Мур

Мур сидел за столом, вжавшись спиной в спинку стула.

Листы с задачами были исписаны до полей, но он смотрел не на них. Он смотрел в пустоту перед собой, туда, где на другом конце стола кто-то сидел. Кто-то, кто уже полтора часа не мог решить простейшее уравнение. В комнате пахло перегретым ноутбуком, затхлой бумагой и ещё чем‑то, от чего у Мура немели кончики пальцев. Может быть, терпением, которое лопнуло двадцать минут назад. Может быть, просто бессонницей. Он потёр переносицу. Очки сползли на кончик носа, и он не поправил их, не было сил даже на это. Где‑то за окном хлопнула дверь подъезда. Мур не повернулся. Он смотрел на свои бледные, с обкусанными ногтями, с красными следами от шариковой ручки руки. Они дрожали. Он не спал третью ночь. Пил только чёрный кофе. Объяснял одно и то же в шестой раз, и собственный голос казался ему чужим, срывающимся.

— Ты меня вообще слушаешь? - спросил Мур и сам испугался того, как это прозвучало.

Тишина. Только шорох страницы.

Мур закрыл глаза. На внутренней стороне век всплыло чужое лицо: не того, кто сидел напротив. Другого. Того, кто смотрел на него вчера в метро. Мур не знал его имени. Но с той секунды внутри поселилось что‑то тяжёлое и голодное. И теперь это что‑то рвалось наружу, только вот не на того, на кого следовало. На того, кто оказался рядом. Кто был слабее. Кто просто не понимал алгебры.

Он открыл глаза и посмотрел на ученика. Долго. В упор.

— Встань, - сказал Мур.

Голос прозвучал глухо, почти спокойно. Никто не пошевелился. Мур повторил, тише и внятнее:

— Я сказал, встань.

Шорох одежды. Стул скрипнул. Кто-то поднялся. Мур тоже встал. Обошёл стол медленно, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Остановился в двух шагах. Посмотрел на чужую шею, на линию челюсти, на то, как напряглись плечи.

— Ты думал, я просто так терпел? - спросил он.

— Три недели. Каждый вторник и четверг. Ты даже формулы запомнить не можешь, а я сижу и смотрю на твои руки.

Он сделал шаг вперёд. Ещё один. Прижал ученика к стене спиной и затылком. Ладонью накрыл чужое горло, не сжимая, просто чувствуя пульс под пальцами.

— Не дёргайся, - сказал Мур.

Он прижался всем телом. Бедром в чужую промежность, грудью в чужую грудь. Наклонился к уху, дыхание сбитое, горячее.

— Это тоже занятие, - прошептал он.

— Только по другой дисциплине.

***

Мур развернул ученика лицом к стене. Тот подчинился или его просто поставили, как куклу. Муру было всё равно. Он смотрел на чужую спину, на лопатки, на то, как тонкая ткань футболки натянулась на позвонках. Провёл пальцами сверху вниз от шеи до пояса. Чужое тело вздрогнуло, но Мур не остановился.

— Ты хотел, чтобы я был строгим? - спросил он.

— Будет тебе строгий.

Он стянул с ученика одним рывком джинсы, трусы, всё вместе. Не глядя. Не спрашивая. Потом расстегнул свои. Плюнул на ладонь громко, нарочито. Смазал себя. Другой рукой прижал чужую поясницу к стене, фиксируя.

— Замри, - сказал Мур.

И вошёл.

Резко. На выдохе. До конца. Чужое тело прогнулось под ним, Мур не смотрел на лицо, смотрел на стену, на обои в мелкий цветочек, на трещину в штукатурке. Двигался зло, отрывисто, без ритма. Вжимал ученика в стену с каждым толчком сильнее. Бедро ударялось о чужую ягодицу, создавая глухой влажный звук. В комнате стояло только его сбитое дыхание и скрип подошв по линолеуму.

Он схватил ученика за волосы на затылке. Оттянул голову назад. Другой рукой вцепился в плечо, оставляя следы ногтями. Вошёл глубже настолько, насколько возможно. Чужое тело сжалось вокруг него, и Мур замер на секунду, чувствуя эту пульсацию.

— Ты даже не сопротивляешься, - прошептал он с усмешкой.

— Хороший мальчик.

Он ускорился. Толчки стали короче, жёстче. Пот заливал глаза. Мур уткнулся лицом в чужую шею, лизнул солёную кожу, потом укусил, не сильно, но с чувством. Чужая спина выгнулась ещё сильнее.

Мур кончил со стоном, прижавшись вплотную, не выходя. Член пульсировал внутри, и он оставался так несколько долгих секунд, чувствуя, как напряжение уходит из мышц, как возвращается способность дышать ровно. Потом вышел. Сделал шаг назад. Поправил на себе штаны, застегнул молнию.

Вытер пот со лба тыльной стороной ладони.

— А теперь сядь, - сказал он, отходя к столу.

— И открой задачники. У нас ещё два примера на синусы.

Он сел на своё место, взял ручку. Не смотрел в сторону ученика. Только на часы, на секундную стрелку, которая продолжала свой равнодушный бег.

— Время пошло, - сказал Мур.

И ничем не показал, что только что произошло.