Может ли Украина победить РФ на поле боя?

Еще месяц назад такой вопрос вызвал бы лишь снисходительную улыбку. И даже сегодня, через два месяца боев, в активе Киева лишь одно выигранное сражение, да и то на море (уничтожение флагмана ЧФ РФ «Москва»), что расклад сил практически не меняет. Тем не менее сегодня уже можно обсуждать потенциальную возможность именно военного поражения России.

Тут следует сделать оговорку. Разгром Путлера в третьей мировой войне, а война уже приобрела глобальный характер, разумеется, неизбежен. Но поражение политическое может наступить даже вследствие самой победоносной войны. Например, Советская армия в Афганистане решила все, поставленные перед ней задачи. Но политические цели войны достигнуты не были, СССР полностью провалил войну – потратил ресурсы, понес весьма существенные потери, получил санкции, но самое главное – потерпел в результате этой агрессии колоссальный моральный урон. Достаточно вспомнить бойкот Олимпиады-80 в Москве со стороны более чем 60 стран.

И, собственно, ради чего велась эта 10-летняя бойня? Ладно бы, в Афганистане находился у власти какой-то откровенно враждебный режим, который удалось сменить на дружественный. Тогда можно было бы оправдать все это тем, что, мол, Москва укрепила безопасность своих южных рубежей. Но ведь как до вторжения, так и после, в стране у власти оставалась просоветски ориентированная НДПА. А то, что внутри нее постоянно шла грызня, иногда даже резня, между фракциями «Хальк» и «Парчам» – так это для туземных режимов дело совершенно заурядное.

Но нет, в Кремле обиделись, что афганские товарищи проводят слишком независимую внутреннюю политику и затеяли «маленькую победоносную спецоперацию», приведшую в результате к краху лояльного Москве режима. Правда, это произошло уже после развала СССР, что формально дает возможность утверждать, что страна не проиграла войну, потому что не дожила до этого момента. Но это отмазка из ого же разряда, что Российская империя не проиграла в Первой мировой, поскольку Брестский мир подписали уже большевики. Все гораздо печальнее – романовская империя издохла именно в результате этой последней для себя войны. Ведь умереть в результате драки гораздо хуже, чем просто быть поколоченным.

Еще один пример победоносного поражения – русско-турецкая война 1877-1878 гг. На поле боя русская армия одержала хоть и не очень убедительную, но победу, однако закрепить ее результаты политически не удалось: Сан-Стефанский мир с Турцией был аннулирован в ходе Берлинского конгресса европейскими державами, которые в войне даже не участвовали.

Политически войну с Украиной Кремль уже с треском проиграл. Понятие победы в войне весьма конкретно и не допускает кривотолков: победой считается достижение мира, лучшего, чем довоенный. Лучшего для победителя, разумеется. Но даже идиоты догадываются, что та международная изоляция, в которую попала Раша, точно не может считаться лучшим миром, чем довоенный. И что особенно катастрофично – даже просто возвращение к довоенному «худому миру» невозможно в случае военного разгрома Украины. Возможность пересмотра статуса страны-изгоя для РФ возникнет только вследствие краха путлеровского режима и политической капитуляции перед мировым сообществом и собственно Украиной. Придется вернуть завоеванные территории и выплатить репарации сверх уже уплаченных Кремлем более полутриллиона долларов (это замороженные валютные средства ЦБ и изъятые активы олигархов).

Можно с уверенностью сказать, что война приведет, как минимум, к краху путлеровского режима, максимум – к смерти России, как исторического субъекта (это пока маловероятно, но не исключено). Однако до недавнего момента вероятность того, что русского медведя ушатает именно Украина, выглядел откровенно фантастично. Теперь уже нет.

И даже неспособность украинцев побеждать на поле боя (пока) этому не мешает. Достаточно вспомнить крах победоносного похода Наполеона в Россию в 1812 г. Формально он избил русские войска во всех сражениях, включая генеральное Бородинское, взял Москву и ограбил ее. Но стратегически компания оказалась проиграна. Если не вдаваться в детали, то расклад был такой. Война есть ресурсное соревнование. Наполеон в ходе шестимесячной кампании свой превосходящий военный ресурс израсходовал на победы, но не смог УНИЧТОЖИТЬ военные ресурсы России, что не позволило ему продиктовать Петербургу условия мира и политически зафиксировать результаты своих побед в полевых сражениях. А без политического закрепления военных успехов достижение мира лучшего, чем довоенный, невозможно.

Таким образом еще не война, но кампания была признана Бонапартом провальной, и он принял решение покинуть «завоеванную» им Россию. Вопреки распространенному стереотипу о разгроме наполеоновских войск, он и это смог осуществить относительно успешно. Да, потери интервентов были большие, в основном от морозов, но и у русской армии, которая преследовала их, не решаясь вступить в сражение, потери оказались столь же велики.

Как полководец русский фельдмаршал Кутузов – откровенный лузер. В его карьере было две генеральных битвы – Аустерлиц и Бородино, и обе он позорно слил. Позорно, потому что в обоих случаях имел существенное преимущество перед неприятелем. Однако как стратег, Михаил Илларионович на голову превосходил Наполеона – гения полевого сражения. Оперативное искусство учит выигрывать сражения, а вот стратегия – наука побеждать в войнах, где армия – лишь один из инструментов.

То есть, рассуждая по аналогии, добиться победы Украина сможет в ходе боевых действий, всего лишь избежав полного уничтожения ВСУ, лишив в ходе противостояния оккупантов ресурсов, необходимых для продолжения наступательной войны, сохранив способность вести войну оборонительную. Суть в том, что для перемалывания ресурсов захватчиков победы и поражения годятся в равной степени.

Не обязательно потери оккупантов должны превышать украинские. Значение имеет способность восполнять ресурсы. В этом смысле, какой бы безумной эта мысль не показалась ватной поцреотне, ресурсные возможности Украины с каждым днем увеличиваются, а ресурсный потенциал РФ тает. Не забываем, что война носит глобальный характер, и ушерб Украины в технике восполняют страны Запада. Чем большие потери будут нести ВСУ, тем активнее партнеры станут подпитывать Киев материальными активами.

В людских ресурсах украинская сторона так же имеет преимущество. Не удивляйтесь. Дело в том, что она может проводить мобилизацию, как для восполнения потерь в живой силе, так и для наращивания численности войск. Общество, конечно, не в восторге от мобилизации, но консенсус по вопросу ее необходимости достигнут. Мобилизационный потенциал страны – до полтора миллионов человек. Номинально он даже больше – 2,5 миллиона, но стоит понимать, что сверхмобилизация приводит к ослаблению ресурсной базы для ведения войны, так что перебарщивать в этом деле нельзя.

РФ – страна гораздо больше, чем Украина, и формально Путлер может поставить под ружье до шести миллионов резервистов. Но фактически такой возможности у него пока нет. Для этого надо закрывать границу, объявлять мобилизацию, обучить и вооружить солдат, сформировать новые соединения – вот только тогда у захватчиков появится возможность задавить противника «мясом». Но возникает вопрос: потянет ли четвертый рейх режим тотальной войны экономически, а, главное – психологически? Да, население однозначно поддерживает военную экспансию, но это как раз тот случай, когда пассивной поддержки недостаточно, нужно еще и активное участие. А очереди добровольцев, горящих желанием «бить бендер» у военкоматов не выстраиваются. Полагаю, даже план по призыву выполнить не удастся, либо удастся титаническими усилиями.

Объявление Пыней всеобщей мобилизации будет означать его политический провал – крах концепции «спецоперации», как средства достижения цели (какова эта цель, кстати, ясности как не было, так и нет). Одно дело – когда война идет лишь по телевизору, причем победно и «малой кровью на чужой территории», и совсем другое, если это касается лично тебя. Я не сомневаюсь, что фюрер, дабы избежать позора военного поражения и потери власти, мобилизацию объявит. А вот потянет ли ее правящий режим – б-о-о-ольшой вопрос.

Мобилизация сильно ударит по экономике, из которой будут изъяты колоссальные ресурсы при одновременном росте расходов на полномасштабную войну. Эскалация конфликта вызовет гарантированное введение новых экономических санкций, что еще более осложнит ситуацию. Наконец, не стоит сбрасывать со счетов такой важный момент, как время. Население каким бы зазомбированным пропагандой ни было, не способно выдерживать длительное военное напряжение, следствием которого является существенное снижение уровня жизни.

Украинское общество поставлено в ситуацию, когда оно вынуждено терпеть издержки войны, поскольку страна является жертвой агрессии. Это дает стимул к сверхнапряжению: мол, поднатужимся, изгоним агрессора – тогда и жизнь наладится. Подорвать волю к сопротивлению могут только катастрофические военные неудачи, которых Украине удалось избежать. А вот обосновать необходимость платить кровью и уровнем жизни во имя ведения затяжной захватнической войны гораздо труднее. Особенно если общество не то, что не разделяет, а даже не понимает целей войны. Тем более, если война кровава и неуспешна. В этом случае лозунг «Долой войну!» быстро приобретает популярность, что создает угрозу внутриполитической катастрофы образца февраля 1917 г.

Таким образом пока в распоряжении Путлера есть только очень ограниченные человеческие ресурсы кадровой армии и некоторое количество добровольцев, кстати, весьма сомнительного качества. Ведь на войну люди идут не по идейным соображениям, а почти исключительно из-за нищеты. Прямо скажем, добровольцы – это в массе своей маргинальный сброд из дотационных регионов.

Исходя из вышеизложенного очевидно, что при разности потенциалов двух стран (перевес агрессора очевиден) соотношение реально располагаемых ресурсов на поле боя если пока и не в пользу Украины, то разрыв не так уж и велик. Время же играет в пользу Киева, поскольку поддержка со стороны Запада нарастает в тот момент, когда РФ уже не в состоянии восполнять свои материальные потери и даже сколь-нибудь заметно их компенсировать.

В данном случае ключевой вопрос для Украины – выбор оптимальной стратегии борьбы. Вопрос этот очень сложен, обсудим его в следующих постах.