Морской обольститель (Ч1)

— Что скажешь насчёт того чёрного? Будто в саже искупался... — Душенька одним лишь взглядом своих карие глаз показывает на молодого мичмана, что разговаривал в данный момент с Обсидианом. Конечно, Душа смотрит только на своего любимого бойфренда. Сам парень юнга и ещё такой неопытный, как и его напарник Алфёдов.

— А ты такой розовый и пушистый, как будто тебя единороги рожали! — Алфёдов, пусть и не любит опускаться до унижения, однако в сторону старших снеговичок побаивается ронять какие-то непристойные выражения.

В отличие от своего близкого друга Алфёдов пришёл после двух с половиной лет просто отрабатывать практику, набираться опыта, а не крутить романы с альфами постарше. Хотя, в некоторой степени его гложило странное чувство ненависти ко всем его знакомым. На борту есть парочка старых его друзей, что учились на несколько курсов старше, а теперь не первый год пашут на корабле. Конечно, с таким капитаном ещё попробуй что-то там вякнуть, пожаловаться. Удивительно, как у такого строгого и непоколебимого мужчины вырос такой сын! Джаст и самостоятельный, и ответственный, и одет всегда с иголочки, и знает ответы на все-все вопросы неопытного юнги. Но при этом демон, несмотря на свою пугающую дьявольскую натуру (которая должна была быть у него, так ведь?), вёл себя куда мягче и по-дружески даже с младшими чинами на корабле. Алф вовсе с ним уже месяц как живёт в одной каюте, ведь каждый "постарше" должен следить за младшими, ибо капитану делать больше нечего, кроме как за безмозглой мелочью следить. Вот, пусть занимаются старшие по чинам, типа всяких боцманов, гардемаринов (сыночек его с этим точно обязан справляться!), штурманов — все эти ребята почти мастера своего дела. Но Джуст особенный, он в свои девятнадцать умеет куда больше. Ему даже штурвал доверяют!

— А вообще... Не знаю, Жуст красивый, ответственный, умный, горячий, наверное, но у него ведь девушка, разве нет? — Алфёдов решает заговорить после долгой паузы и поправляет подол юбки у своей формы. Да уж, кто эту чушь выдумал, что омеги должны шляться в юбках? Это вызывает лишь лишние подшучивания и хищные взгляды со стороны, ведь Алфу только в августе будет восемнадцать, а пока что он ещё совсем-совсем юный. Всё равно что юная плоть: хочется поскорее вцепится зубами и вкусить ощущение невинности на языке.

— Ты с ним буквально в одной каюте живёшь! — Заяц говорит неприлично громко, что стоящий рядом персонал корабля даже обернулся. Душенька ударяет себя по губам, пряча рот за ладошкой и теперь обращаясь шёпотом к своему дружку-омеге. Алфёдов подозрительно нежно отсылается об этом мичмане, может втюрился наконец? Конечно, живёт с этим гардемарином вместе, наверняка видел того хотя бы разочек раздетым до пояса. — Мне кажется, что уже весь состав знает, что эта "девушка" только желание отца. Он там видите ли какую невесту нашёл с другого корабля, хочет сыночка пораньше выдать. Там такая стерва, ты представить себе не можешь! И вообще, Джуст говорил, что он влюблён в другого...

Душенька особенно акцентирует внимание на последнем слове, как бы подмечая, что Джусту абсолютно точно нравится какой-то парень. Юнги даже не замечают, как к ним подходит кто-то постарше. Лишь увесистая тень заставляет прервать разговор. Душенька мог бы болтать ещё минут двадцать точно, не удивительно что у него потом мозоли на языке, только таких юнг отправляют на борт не штаны просиживать, а оказывать хотя бы минимальную помощь на борту. Научить бы хоть морские узлы вязать! Вот и Обсидиан, накачанный, выскочил из универа только-только, мужественный, как подобает альфе. Вот же повезло Душе такого парня отхватить. В целом Обс заботливый и мягкий, хотя работа у него требующая значительной силы, что его руки всегда в мозолях.

Алфеша успевает лишь проводить эту сладкую парочку взглядом и отвернуться в сторону. Нет-нет, он сюда пришёл, чтобы научится работать, держать все эти морские атрибуты в руках и знать, что с ними делать. Надо сначала достичь успеха в карьере, добиться наилучших результатов и попасть в любимчиков у капитана. Тогда его точно не будут воспринимать как какого-то огромного белого медведя. Не такой уж и снеговик огромный, просто что немного пухлый, но ведь у него здоровый процент лишнего снега в теле, прям как полагается обыкновенному омеге. Хотя, некоторые девчонки и дразнят его толстым, называют "пончиком" и поговаривают, что не мешало бы тому сменить форму на что-то более закрытое. Снеговику мерзко слышать все эти фразочки, будто на него кто-то какую-то охоту устроил, хотя кому он такой нужен: неуклюжий и глупый? Им занимается только Джуст и только, дай боже, из уважения и потому что его отец-капитан сказал "надо!".

У Алфёдова есть более важные дела, к примеру, ему бы не мешало почитать теорию в некоторых местах, а то его "наставник" что-то там говорил. Вот, Джаст ему даже отдал тетрадку со своими конспектами, которые он когда-то зубрил под одеялом ночью. Алфёдов же умудряется летать в облаках и считать ворон. Он обращает внимание на какие-то заметки в тетради. Особое внимания уделяет почерку, на какие-то прямые и резкие линии в нём. На полях рисунки каких-то чертей и стрелочки со смешными подписями. Вот какой-то дракон на полях, а снизу таким же почерком написано "Сексбоба :)" и насмехательская улыбочка в конце. Видимо какой-то одноклассник, терпевший вот такие насмешки со стороны чертей. Через пару страниц замечает уже другую надпись и другим почерком "Джаст лох, объелся блох. С+Д". Не сложно догадаться, что надпись эта оставлена тем, кого ранее иллюстрировали как самого настоящего дракона. Для снеговика эта тетрадь целый путеводитель, что может ему подробнее рассказать о мичмане: Джуст был влюблён в какого-то парня во время учёбы. Вот видимо о чём говорил Душенька...

Джаст щёлкает пальцами-когтями третий раз, однако уже не по воздуху, а по белоснежному лбу. Щелбан заставляет Снежка вернуться в реальность, хлопая белыми ресницами. Теперь Алфёдов точно с ним. Мичману приходится поправлять чужую бескозырку, пряча мягкие небрежные локоны, хотя некоторые витиеватые комочки снега продолжали выступать наперёд и не желали скрываться под головным убором. Горячие коготочки также уверенно крадут тетрадь из чужих ладоней, обращая внимание на открытую страницу. Какое-то "управление штурвалом". Охо-хо, демон отлично помнит, как зарисовывал каждую кнопочку, датчик, рычажок и подписывал, где и что для чего нужно. Вместе с тем смотрит на записи на полях, однако они не вызывают у него ничего, кроме некоторой ностальгии по учебному времени. Сейчас он уже подрос, отрабатывает там, где мечтал находиться с детства и новый рейс для него означал только новые возможности.

— Не хочешь посмотреть, как я управляю кораблём? — Джаст предлагает резко и спонтанно, хотя считает эту идею хорошей для новичка. Таким, как Алф, интересно узнать не только процесс в теории, но и на практике. Так обучение может стать более запоминающимся. Уже шёпотом он произносит следующие слова, оглядываясь напоследок, чтобы в округе не было никого, кто мог услышать. Конечно, рабочие есть, но заняты они своей болтовнёй и дел до других чужих рабочих моментов им нет. — И могу дать тебе штурвал в руках подержать, но это только в тайне ото всех. Надеюсь, ты меня понял, юнга?

— Так точно! — Одномоментно у Алфёдова загораются искры в глазах от такого предложения. Он отвечает уже заученными фразочками, хотя вне рабочей обстановки общение у них чаще не деловое, а дружеское. У Джуста столько интересного за плечами, что его уже даже интересно послушать перед сном. К слову, под чужие истории снеговик просто замечательно засыпает. Омега подскакивает с места, хотя всеми силами старается унимать свою активность. Он тотчас скромно мнёт в руке подол юбки, прикусывает губу и также оглядывается с опаской, прежде чем почувствует, как его подпихивают за собой, а уж совсем скоро тянут за руку.

Алфёдов заостряет внимание на температуре чужих ладоней, хотя до этого момента никогда не обращал внимания. В его форме всегда нужно было носить перчатки, но даже сквозь них он ощущал: ладошки у Джуста мокрые. То ли от влажности самого снеговика, то ли от того, что чёрт нервничает. Скорее всего всё вместе, ведь Алф прекрасно понимает, что как Джаст может не нервничать, ведь не дай бог их увидит кто. Снежок не хотел доставлять каких-то проблем, зная, что у гардемарина и так их выше крыши, отец сыпет только новые, а старые сами по себе не решаются. Не хватало того, чтобы его задалбливали ещё и сплетнями таких-то мерзотных девчонок, которые решили, что он зажимается с кем-то по углам. А ещё, ведь отец парня не желал, чтоб тот шлялся в одиночку с другими омегами, пусть даже и парнями, когда где-то там Джаста ждёт достойная невеста...

Тьфу, как же это надоело демону за какую-то четверть года. Отец постоянно показывал ему фотографии девушки, хотя Жуст ни в какую не воспринимал её как будущую партнёршу. Гораздо интереснее мичману было общаться с парнями, что, к слову привлекали его куда сильнее. Уж на учёбе он успел побегать за одним из парней со старших курсов. Ну вот, сильно взрослые отшили, а вот молоденькие, только окончившие хотя бы курса три, даже пискнуть в сторону не смеют. Джуст ощущал на себе эту непоколебимую долю власти и ему так нравилось быть в чужих глазах наставником-советчиком. Рядом с тем же Алфёдовым Джаст чувствовал себя намного лучше и легче, зная, что его никто теперь не ударит и голос не повысит, в очередной раз будто шуточно обзывая всеми возможными матерными кличками. Но всё это, естественно, шуточно и никакого абьюза в тех отношениях нет.

Демон, чуть застряв в своих мыслях о ненависти ко всему вокруг, чуть ли не пропустил поворот в нужный коридор. Через пару минут он уже должен быть на рабочем месте, ведь у него уже давно с отцом заключена договорённость касаемо рабочего графика. Как он только должен совмещать обучение младших с работой? Ну вот, пусть Алф посидит-постоит рядом и около, посмотрит, как тёмные фаланги когтистых пальцев умело бегут по панели действий, щёлкают что-то, нажимают на какие-то кнопочки, а умные изумрудные глаза успевают следить за всеми экранами и датчиками сразу. Надо же как-то совмещать приятное с полезным. Джуст в одиночку сидя готов сходить с ума уже после двухчасовой езды, может насвистывать себе что-нибудь, напевать и всё ещё успевать следить за работой, а теперь ему под нос что-то увлекательно будет бубнеть Алф, ну или наоборот, чертёнок будет также умно рассказывать про значение каждого огонька на датчиках или про кнопки. Алфёдов любознательный мальчишка и схватывает всё буквально налету!

Парни заходят внутрь, с ухода капитана прошла может минута, так, что Джасту всё равно пришлось пересечься с отцом в коридоре и услышать недовольное хмыканье вслед только из-за того, что с ним в паре Алфёдов. Ему не запрещалось с собой брать кого-то, но все прошлые путешествия обходились в одиночку и без таких учеников, а теперь наконец подали на блюдечке хоть кого-то достойного, способного к обучению. Альфа вперёд пропускает младшего, какой культурный и знающий этикет! Алф мнётся по-прежнему, садится за главным креслом на небольшую скамеечку, чуть в сторонке, чтобы наблюдать за действием чужих рук, а после за главное сидение усаживается и сам черныш, регулируя то под себя и придерживая штурвал снизу одной рукой. Чертёнок выпрямляется на сиденье, плечами качает и голову держит высоко, хотя у него нет никакого повода так горделиво сидеть. Периодически он устало трёт глаза, но всё так же пристально следит за дорогой и поступательно рвущимися волнами от носа корабля.

Алф держит тетрадь и сравнивает рисунок с действительностью. Видимо многое уже поменялось за какие-то два-полтора года учёбы, хотя важно понимать, что во всех кораблях управление общее, но где-то может отличаться. Снеговик сравнивает рисунок каких-то лопастей и пытается найти их где-то на панели управления, однако может лишь мусолить уголок листка пальцами в перчатках. Многие детали рисунков уводились стрелочками ниже и молодому ученику сложно было понять, о чём вообще идёт речь в этом конспекте. Художественные навыки у Джаста явно хромают, поэтому для Снежка — целый квест, чтобы угадать, что хотел изобразить чертёнок года два назад от своей учёбы. Омега кладёт тетрадь на колени, поправляет выскочившие кудри из-под бескозырки. Он должен спросить, но стесняется, будто первоклассник на самом первом уроке, будто ругать его будут. Хотя Джуст на него никогда не ругался.

— А что за лопасти тут? Для чего они? — Снежный студент подходит ближе и становится около кресла, где сидел нынешний "капитан". Ладошки его потеют, но в перчатках это не сильно ощутимо, хотя снег отделяет достаточно влаги. Где ткань особенно тонкая, ощутимо. Демон пробегается глазами по всем датчикам, проверяя, может ли он отвлечься от дороги, и наконец переводит внимание сначала на самого Алфёдова, а через пару секунд на бумажный источник информации. Внешность у снеговика так и манит, чтобы заглядеться, посадить на колени и ещё долго и пристально разглядывать милое пухлое личико.

— Это лопасти, которые обычно контролирует ВРШ. Понял, о чём я? — И вновь поднимает взгляд выше, проходясь по внешнему одеянию своего напарника, быстрым движением зрачков разглядывая голубые полосы на юбке, потом выше крадучись взглядом по белой рубашке и треугольному матросскому галстуку, а далее наконец заглядывает в стеснительно прикрытые ресницами глаза. Почему-то Алфёдов вновь избегает зрительного контакта, покраснел вновь. Очевидно, что не сильно понимает. — Винт регулируемого шага, он обычно нужен, чтоб регулировать наклон лопастей винта. От этого зависит движение и скорость корабля. Дурашка.

Алф не обращает внимание на обидное прозвище, однако очень быстро отвлекается от этого, когда пушистая пепельная кисточка хвоста обвила ногу и подвинула ближе, напористо. Снежок чуть тетрадь не роняет, но вцепился пальцами как в последний шанс на жизнь. Джаст выпрямляется и водит указательным пальцем по панели, сравнивая ту с тетрадью и показывая где что находится. Алфёдов молчит, но ощущает, как хвост бегает в районе икры его ноги, задевая кончиком ткань молочных чулок. Джуст то ли подтянуть их пытался, то ли снять. Заигрывает что ли?

— Вот это электронно-картографическая система. Люди ж не дураки, чтоб пользоваться старыми картами. Вот радары для избежание столкновений, это эхолот и лаг ... — Кисточка хвоста заманчиво остановилась, словно проверяя существование Алфёдова в этом мире. Парень слушал внимательно, однако всё как-то пролетало мимо него, и весь фокус был где-то на касаниях, которые казались ему неправильными и противоречивыми, но что он скажет против? Да и Джуст вряд ли делает это из плохих намерений, просто ухаживает, хочет сделать как лучше. Остановившийся кончик, а после привычный голос с некой хрипотцой заставил прийти Алфа в себя. — А ты вижу внимательно слушаешь меня, юнга? Может и сам за штурвал сядешь, раз уж на теории всё-все запомнил, да?

— Не-не-не! Я в другой раз лучше попробую! — Алфёдов хотел отскочить, прижать тетрадь к груди и отойти на безопасное расстояние, но точно получит в лоб от своего наставника, если ослушается. Если прислушается, то получит в лоб от любого, кто может заметит его за таким, но в первую очередь получать будет сам чертёнок. Очень часто после отбоя Джуст приходит позже, ведь ему нужно выслушать выговор за каждого ублюдка на этом борту, который смел нарушить правила. Как минимум, что за безобразие с ухаживанием, лезут всякие к друг дружке, а потом удивляются откуда дети! Жуст выслушает, скажет три слова своим товарищам и будет заниматься дальше своими делами. Чем он лучше, когда сам активно проявляется к одному такому ученику?

Алфёдов не успевает даже глазом моргнуть, как оказывается на уже нагретом Джустом месте. Снежок ёжится с непривычки, сразу поправляет юбку, пусть под ней были защитные шорты от всяких молодых обольстителей, что любили заглядывать младшим омегам под юбки. Алф очевидно хочет избежать лишних прикосновений и внимания к себе. Снеговик очень быстро возвращается белыми пальчиками в перчатках к управлению, придерживая штурвал. Он буквально вцепился в него своими руками, будто это его единственный шанс выжить. Губки он сжимает и цепляет зубами, оставляя на них лёгкие следы от клычков. Глаза разбегаются по бесконечному количеству датчиков, кнопок и он не знает за что схватится, да и тетрадь лежит где-то за спиной, там же, где сейчас стоит Джуст и, кстати, опускает свои ладони на чужие плечи.

У Жуста горячие и сильные руки, ведь он постоянно выполняет не только умственную работу, но и физическую. Да тут только чтобы управлять такой махиной сколько сил надо! Когтистые пальчики навязчиво ударяют где-то около шеи, ключиц, иногда одна рука опускается ниже к груди, одёргивая синий воротничок-гюйс и поправляя галстук на чужой груди, будто с ней было что-то не так. Алф дрожит от каждого такого жеста и ощущает давление могучих рук на себе, что будто вот-вот сломает его. Джуст заигрывает и это очевидно, но он не такой наглый и напористый, хотя самый настоящий демон. А, может, хочет лишь воспользоваться чужой мягкостью, поэтому подступает так медленно и ласково, чтобы потом ударить больно и сломать Алфёдова самым ужасным способом? Нет, этот гардемарин самый благородный чёрт, который только может быть в округе и вряд ли способен на такое. Мозг плывёт от навязчивого давления альфы со стороны, ведь омежий разум, девственный и нетронутый, совершенно не привык к такому вниманию.

Джаст медленно наклоняется и вот его руки добираются до чужих локтей, даже ближе к кистям, позволяя уверенно управлять кораблём в привычном темпе. Чужую бескозырку он отложил в сторону за собственную спину, кладя вместе с тем и тетрадь. Черныш странно прижимается к чужой макушке, утыкается в белые кудри и иногда даже опускается кончиком носа к чувствительным железам, что обычно находятся около затылка или шеи. Снеговик же пытается увернуться и все равно попадает в плен чужих рук, расслабляясь и пытаясь отвлечься в этой ситуации, смотря вперёд на вид разрезающихся волн. Он не может оставить все эти знаки внимания без должной реакции, так что порой издавал кокетливый смешок. Организм не слушался и отдавался в плен каких-то фантазий, хотя Снежку не мешало бы в свои близкие восемнадцать посмотреть в сторону других альф, приглянуться хоть разочек и перестать расценивать тех, как каких-то ублюдков. Вот, жизнь ему и показывает Джуста: умелого, заботливого, сильного и понимающего. Демон держит дистанцию, но когда Алф позволяет, то приближается. Сначала погладил по плечам, потом первый раз обнял, а ещё позже уже взял за руку. Сладость, возникшая во рту от прокручивания таких "романтичных" моментов, лёгким намёком смущала Алфа.

— Чего же ты вцепился так? Нервничаешь? — Джуст произносит деликатно около снежного ушка, ощущая, как руки в перчатках тут же расслабились и Алф практически сразу отреагировал телом на эти слова. Мичман словно специально шепчет, заставляя омегу стеснительно сжимать ноги под юбкой и склоняться в сторону. Щёки у Алфёдова заметно краснеют, как и кончики ушей, на которые обжигающе дышит Джуст.

— Никак нет! Просто... просто сложно такой махиной управлять. — Ком в груди подступил неожиданно. Алфёдов должен давать какой-то взаимный ответ, как-то заигрывать, ведь не постесняется признать для себя, что Джаст ему симпатичен. И не даром ведь он засматривается на него каждую свободную минуту, не ложиться спать, пока тот не вернётся в каюту. Какой-то совместный быт и темп жизни объединял их. — У тебя сильные руки, мне легче расслабиться, когда ты держишь власть надо мной.

Ну и ерунду же он сморозил, называя это властью! Тёмная рука убегает в бок, хватаясь за какой-то рычажок и нажимая на кнопку, чтобы облегчить управление и изменить некоторые параметры работы корабля. Алфёдов решает, что Джаст точно не оценил такого выражения, что даже поспешил убрать руки от чужих, хотя пару минут назад гладил фалангами чужой сгиб локтя. Словно специально, словно знает откуда-то, что для Алфа это место чувствительное! А Джаста, наоборот, заводит такое обращение. Алфёдов не оставляет его знаки безразличными, видимо, начал принимать их наконец и готов к дальнейшему развитию, раз уж говорит что-то о власти. Это льстит чужому эго, заставляя в моменте сильнее обхватывать чужие руки, управляя. Будто бы водит за нос, правда.

— Это не единственное моё дело, где ты можешь чувствовать себя уверенней благодаря мне.

— Хм? А что ещё можешь предложить?

— Поцелуи.

Краткое слово даёт понять всё. Алфёдов вздрагивает, пальцы его тотчас дрогнули на штурвале, переставая держаться за него. Сиденье повернулось в бок, как раз в сторону молодого мичмана. При этом Жуст придерживает одной ладонью руль и взглядом пробегается по панели, убеждаясь в полной правильности тактики своих действий ближайшие несколько минут.

Чёрт вводит своего напарника в глубокий и напористый, страстный поцелуй, показывая всю свою власть, о которой говорил в диалоге. Даже если Алфёдов пытается, он упирается языком насильно, толкается и ладонью наклоняет чужую голову в бок, чтобы язык быстро проскочил в чужой рот и коснулся зубов, дёсен или другого язычка, вступая в танец с тем. Коленом он упирается в чужие, пытается также нагло раздвинуть те и толкнуться в чужие чувствительные места. Алфёша дрожит всем телом, отчаянно хватается за сильную ладонь, что всё время сковывала его лицо, сжимая пухлые щёки и заставляя его издавать сдавленные вздохи прямо в поцелуе. Белые ручонки оказываются закинутые некуда за шею, перебирая пепельные волосы, растрёпанные, непослушные. Снежок пытается отвечать, но он ощущает это ужасное давление на себе со всех сторон, и даже там, где Жуст его не касался. Тянущее чувство внизу живота зарождалось медленно и пока что не разрослось до устрашающих размеров, но уже давало о себе знать лёгким покалыванием и неспокойствием, словно вот-вот их могли увидеть.

Уже без прежнего стеснения они переплетаются языками, хотя Алф иногда вжимался в кресло и мазал поцелуй, чтобы захватить чуть воздуха. Он, конечно, мальчонка сильный, но даже тут выносливость его подводит. Гардемарин специально лезет языком глубже, встречается с чужим и с ощутимым чмоканьем цепляется губами, что в маленьком помещении слышно, как губы друг друга жадно встречаются вновь, желая получить ещё одно горячее прикосновение. Юнге казалось, что длится это будет долгую вечность, а покалывающее чувство внизу живота становилось более ясным. Кончик чужого хвоста будто совсем случайно забегает под чужую юбку, что-то там рыскает и щекочет, хотя желает обласкать. Белоснежные кудри были взъерошены ещё сильнее, уже никакая бескозырка не смогла бы справиться со слепленными локонами снега, что таяли из-за наколенной страсти.

От поцелуя отвлекает один из запищавших датчиков, показывающий, что через несколько километров будет другой рейс, так что не мешало чуть изменить маршрут в правую сторону, дабы избежать столкновения. Этим Жусту пришлось заниматься сразу после поцелуя. В целом, поведение демона отличалось особенной активностью. Джаст неожиданно берёт снеговика под бёдра, садит на колени и близко дышит, прямо около шеи. Алфёдов дрожит, сжимается и наровит слезть с чужих коленей. Как будто какой-то поцелуй мог решить все отношения между ними. Чёрт напрашивается только на большее, двигаясь ближе к шее и стремясь продолжить ласку. Мичман выныривает из-под чужой головы, целует в губы по-детски, но уверенно, прежде чем заглянет в глаза, испуганные до чёртиков в прямом и переносном смысле, в трусящиеся зрачки от новизны чувств и странного зрительного контакта.

— Продолжим? — Альфа, конечно, принял эту игру и всё, что могло вертеться у него на языке — вопрос такого рода. Старший бы впился в эти губы ещё раз, придерживая рукой за белоснежной спиной штурвал и поглядывая периодически на датчики да прислушиваясь к звукам за дверью. Стоило бы её закрыть и полноценно продолжить данный процесс "обучения".