Молодогвардейцы настоящие и мнимые
Александр Чаленко
Командиром молодогвардейцев стал Иван Туркенич, а комиссаром – Виктор Третьякевич.
Организация сражалась всего четыре месяца - с сентября 1942 по январь 1943 года, когда большая часть ее членов была арестована немцами. За этот период молодогвардейцы: подожгли здание "биржи труда", где хранились списки людей, предназначенные к угону в Германию на работы; постоянно устраивали на дорогах засады, уничтожая немецкие автомобили; разрушали немецкую телефонную и телеграфную связь; освободили несколько десятков пленных красноармейцев; изготавливали и распространяли среди краснодонцев листовки, в которых сообщались сведения о положении на фронте; вывесили красные флаги на 7 ноября на самых высоких объектах города и многое-многое другое.
Благодаря роману Александра Фадеева "Молодая гвардия", написанному сразу после войны - в 1946, а потом и его двухсерийной экранизации 1948 года, имена героев-молодогвардейцев – Олега Кошевого, Сергея Тюленина, Ульяны Громовой, Любы Шевцовой, Ивана Земнухова и других - узнал весь Советский Союз.
В сентябре 1943 года пятерым молодогвардейцам посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. В 1990 году оно было присвоено командиру Ивану Туркеничу, а совсем недавно – в 2022 году – звания Героя России было присвоено и комиссару Виктору Третьякевичу, которого некоторое время незаслуженно считали предателем.
В городе Краснодоне до сих пор действует большой мемориальный музей, посвящённый подпольщикам. В рамках декоммунизации в 2016 году Верховная Рада переименовала этот город в Сорокино. Слава Богу, луганский Краснодон теперь в составе России.
Как это ни странно прозвучит, но украинские националисты решили присвоить память молодых подпольщиков себе. Мол, никакого комсомольского подполья в Краснодоне не было, а сопротивлялись немцам только они, бандеровцы. С таким заявлением еще в 60-х выступил член ОУН(б)* Евген Стахив, который во время войны действительно был в Донбассе.
С подачи историка и политолога Костя Бондаренко то ли в 2007, то ли в 2008 году в Киеве я, будучи спецкором киевской газеты "Сегодня", взял интервью у Стахива, который на момент нашего с ним знакомства был колоритным 80-летним дедом, говорившем по-украински с сильным галицким акцентом.
"Я был в Донбассе с февраля 1942-го до лета 1943-го. Там организовал украинское национальное подполье под жовто-блакытным флагом. Имел свои ячейки от севера до юга в Славянске, Краматорске, Константиновке, Горловке, Ясиноватой, Волновахе и Мариуполе, а также в Красноармейске на западе и до Ворошиловграда (Луганска) на востоке.
Кузельский начал работать в Сталино в подполье. Доехал однажды аж до Луганска и, вернувшись, рассказал мне, что встретил случайно парней, которые переписывали знаки на немецких машинах (немецкие дивизии имели свои отличительные знаки).
У него состоялся с ними разговор. Володька сказал мне, что они хорошие люди. Я ему ответил: "Как ты думаешь, для кого эти парни записывали все эти сведения?" Может быть, для Советов, и посоветовал поэтому не иметь с ними дело. Зачем нам иметь лишние хлопоты.
Я догадывался, что около Луганска действовала какая-то шпионская группа. Больше контактов с "Молодой гвардией" я не имел.
После войны я эмигрировал в Америку. Где-то, возможно, в 1953 году в Нью-Йорке… рядом с домом, где я жил, были два маленьких кинотеатра, которые показывали советские фильмы… я ходил несколько раз туда их смотреть.
Вдруг и увидел фильм "Молодая гвардия". Хуже того, я увидел свое имя. В нем показали, что изменник, который предал молодогвардейцев, носил имя Евгений Стахович".
Стахив, как он говорил мне, был за это сильно зол на Фадеева. На мой резонный вопрос, почему он решил, что Стахович это он, если Фадеев ничего о нём не знал, так как Стахив никогда не попадал в руки советских органов. Старого бандеровца мой скептический вопрос совершенно не смутил:
"Советская армия как пришла, то хватала все немецкие документы. И в немецких документах значился такой человек, как Евген Стахив. Немцы меня искали целый год. Документы на меня они имели.Когда Фадеев писал роман, то ему дали эти документы. Я в своих выступлениях на "Радио Свобода" неоднократно говорил о том, что правдивыми лицами книжки Фадеева являются только Шевцова, Тюленин и Туркенич. Никакого Олега Кошевого не было. Точнее, он был, но был никем.
Считаю, что, когда Фадеева послали в Краснодон посмотреть на все своими глазами, он там жил у молодой матери Олега Кошевого и спал с ней, а после и написал такие вещи".
На мой недоуменный вопрос, откуда Стахиву было известно, что Фадеев спал с матерью Кошевого, дедуля привел феерический по своей комичности аргумент: "А что, мужчины не спят с бабами?".
И продолжил излагать свою конспирологическую версию деятельности молодогвардейцев.
Спрашиваю у Стахива, на каком языке он общался с жителями Донбасса, ведь он говорил на галицкой версии украинского языка, а в Донбассе все повально говорят по-русски, а в некоторых селах только на легком суржике. На это он мне рассказал следующую примечательную историю.
"Однажды в Енакиево я был в одной семье. Муж и жена в нашей подпольной группе. Слышу, а их сынишка говорит по-русски. Я ему с упреком: "Ты ж украинец, не должен говорить поэтому по-москальски!". Мальчик мне в ответ: "А я по-москальски и не говорю". Я с удивлением: "А как же ты говоришь?" Парнишка, даже ничуть не смутившись, выдает: "Я говорю по-енакиевски".
Также тогда меня смущало, как это Стахив, который был в Донбассе почти целый год, не был со своим галицким языком сразу же разоблачен как подпольщик, ведь сразу же было понятно, что он не местный. Люди могли донести полицаям, а те его сразу же арестовать. На этот старый бандеровец ответил мне что-то невразумительное.
Уже позже я узнал, что Стахив во время пребывания в Донбассе служил у немцев, поэтому ему не было нужды скрываться. Созданием "украинского подполья", которого, как выяснилось в ходе моего исследования этого вопроса, на самом деле никакого не было, он занимался в свободное от службы на немцев время. Подполье — это всё, если не выдумки, то сильное преувеличение Стахива.
Помню, я спросил у него, вот молодогвардейцы, в которых он не верит, убили столько-то немцев, подожгли то-то и то-то, освободили тех-то и тех-то, а вот сколько его "украинское подполье" убило фашистов и провело диверсий. В ответ единственный пример борьбы, который он смог привести, было распространение листовок, которые к тому же не само "подполье" печатало, а присылали бандеровцы. За ними ездил сам Стахив в Днепропетровск, куда они прибывали поездом.
Несмотря на всю бредовость утверждений Стахива о том, что именно он и его люди были молодогвардейцами, а не Олег Кошевой и его группа, он был ценным свидетелем того, как тогда в Донбассе местный шахтерский люд враждебно относился к галичанам. Стахив об этом говорил мне прямо и ничего не скрывал.
"Хочу сказать тебе, Сашко, одну правду. Мне люди из Сталино, которые были со мной в подполье, в году 43-м говорили: "Евген, когда мы добьемся самостийности для Украины, то вас, галичан, к власти не пустим". Я закипаю: "Так что, как воевать — так вместе, а во власть не пустите?"А мне отвечают: "Вы можете все хорошо организовать, мы вам доверяем, а вот руководить вы не умеете, потому что вы узко мыслите. Так что власть будет наша".
После разговора с Евгеном Стахивым я проинтервьюировал по телефону тогдашнего директора краснодонского музея "Молодой гвардии" Анатолия Никитенко и донецкого историка — профессора Донецкого университета Владимира Никольского, автора книги "ОУН(б) в Донбассе". Они в один голос заявили мне, что Евген Стахив — обычный барон Мюнхгаузен. Никакого, по большому счету, подполья ОУН, в отличие от красного подполья, в Донбассе не было. Это все выдумки, преувеличения и натяжки.
Профессор Никольский подтверждает, что да, Стахив был на Донбассе и попал в поле зрения немецких органов. Его имя есть в немецких документах. Но его рассказы о том, что он создал украинское подполье в Донбассе в количестве 600 человек, полная чепуха.
"Я не знаю, откуда он взял эту цифру. В своей книге я ссылаюсь на документы из фондов СБУ в Киеве и на советские архивно-следственные дела, находящиеся в Донецке. Они свидетельствуют, такого количества людей, которые обвинялись в принадлежности к ОУН в Донбассе, не было. Украинских националистов было всего несколько десятков человек".
По словам Никольского, вся деятельность "оуновцев" в Донбассе заключалась всего лишь в распространении листовок, которых к тому же ни в каких архивах обнаружить не удалось. Больше никаких следов и документов об их деятельности не сохранилось.
Несоответствующими действительности утверждениями называет рассказы Евгена Стахива и Анатолий Никитенко.
"Меня в свое время Стахив так достал своими бредовыми публикациями, что я задал ему заочно вопрос: хорошо, если "Молодой гвардии" не существовало, то за что были казнены около 100 человек?Он пишет, что якобы его организация засыпала листовками весь Донбасс. Так вот, листовки молодогвардейцев у нас есть, но вот сколько я не обращался в наши спецслужбы (в СБУ по Луганской области), чтобы они дали мне хотя бы одну листовку "оуновцев", они только пожимают плечами.
В письме СБУ сказано, что в архивах УСБУ по Луганской области сведений относительно Стахива Евгена Павловича, 1918 года рождения, у них нет и порекомендовали мне обратиться в архивы ФСБ.
Такой же ответ я получил и от управления СБУ по Донецкой области.
Я написал письмо в центральный архив ФСБ и получил от них ответ, что они также не располагают сведениями о деятельности Стахива. То есть нигде нет сведений о деятельности на Донбассе Стахива.
Я не сомневаюсь в том, что он во время оккупации был в Донбассе, но ни одного документа, не говоря уже о листовках, о нем нет, а ведь он пишет, что в донецких и луганских архивах есть целые тома, которые рассказывают о нем и его участии в подполье в Донбассе. А утверждения Стахива о том, что Фадеев спал с мамой Кошевого — это вообще бред".