Мой герой
ОгурчикРирика в пятый раз поправила челку перед зеркалом в своей комнате в общежитии. Сердце отстукивало предательски быстрый ритм, а пальцы нервно разглаживали воображаемые складки на юбке. «Спокойно, это просто свидание...Обычное свидание с моим парнем.Как и другие.А переживаю так будто это первое!» — уговаривала она себя, подводя глаза тонкой стрелкой в последний раз.
Сделав глубокий вдох, она наконец вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. И замерла на месте.
Тогата уже ждал ее в коридоре, прислонившись к стене. Увидев ее, его лицо озарилось такой теплой, беззлобной улыбкой, что все тревоги разом улетучились. Но самое удивительное ждало впереди. Из-за спины он плавным, почти торжественным жестом вынул небольшой, но изумительный букет.
«Букет для самой красивой девушки на свете», — просто сказал он, протягивая ей композицию.
Это был нежный букет из белых роз и облачка гипсофилы.
Девушка взяла букет, и ее пальцы чуть дрогнули от прикосновения к прохладным лепесткам. Аромат белых роз, тонкий и сладкий, окутал ее.
«Спасибо...Они прекрасны», — прошептала она, поднимая на него сияющие глаза.
Он в ответ лишь улыбнулся еще шире и, не говоря ни слова, мягко взял ее свободную руку своей. Его пальцы аккуратно переплелись с ее пальцами, закрепив между ними ту самую, долгожданную связь.
И так, держа в одной руке хрупкую невинность белых роз, а другую — доверяя теплу его ладони, они пошли. Не нужно было слов, не нужно было указаний. Они просто шли вместе, шаг за шагом, в сторону Ботанического сада, и весь мир вокруг казался таким же ярким и цветущим, как этот внезапный подарок.
«Тебе так идет это платье,Ририка!Ты прямо куколка!»
Щеки не перестовали гореть от смущения,каким же все таки Мирио был внимательным.И правда,девушка волшебно выглядела в этом нежно-жёлтом платье с пышными воланами.
Так, держась за руки, они и дошли до входа в Ботанический сад. Когда они приблизились к кассе, Мирио легко отпустил ее ладонь, но лишь для того, чтобы сделать шаг вперед.
«Два,пожалуйста», — сказал он кассиру, уже доставая кошелек.
Ририка порывисто полезла в свою сумку. «Давай я...»
Но он уже протягивал деньги,мягко покачав головой.
«Ни слова.Сегодня все за меня. Твое общество — это уже бесценный билет», — он взял два бумажных талона и, повернувшись к ней, снова бережно взял ее за руку, вручив один из них ей. — «Пойдем,Рири!».
И они вошли под сень крон, где воздух был напоен ароматом земли и цветов, а ее сердце билось в такт их шагам — не от волнения, а от предвкушения счастья.
В саду было так красиво и тихо,свежий воздух развивал волосы на ветру.Хоть ребята и молчали,но это было не неловкое молчание,а комфортное.Делать вместе фотки на память и смотреть как бегают белочки,что собирают орехи возле деревьев.
Воздух в саду был густым и сладким, словно сам мед тек по его аллеям. Их сплетенные пальцы казались самым естественным явлением на свете, будто так и должно было быть. Дорога сама вела их по извилистым тропинкам, уводя вглубь зеленого лабиринта.
«Смотри, какое исполинское!» — Мирио указал на могучий дуб, чьи ветви напоминали застывшие молнии. — «Должно быть, ему лет двести. Представляешь, сколько историй он видел?»
Ририка лишь улыбнулась, глядя, как солнечные зайчики играют в его волосах.Парочка шла дальше, и он то и дело обращал ее внимание на мелочи: на гроздья рубиновых ягод, гнувшие ветку куста, на причудливый узор коры, напоминающий древнюю карту. Казалось, он знал душу этого места и с радостью делился ею с ней.
Подойдя к величественному зданию оранжереи, они обнаружили табличку «Закрыто на технический перерыв». Вместо разочарования на его лице появилась забавная ухмылка.
«Ничего, — сказал он, мягко направляя ее дальше. — Значит, сегодня наше приключение будет полностью под открытым небом. И знаешь, здесь есть на что посмотреть».
И правда, сад преподносил сюрприз за сюрпризом. Из зарослей папоротника на тропинку важно вышла крупная птица с переливчатым оперением — фазан. Он неспешно прошествовал перед ними, бросив на пару надменный взгляд, и скрылся в кустах.
Они нашли скамейку у пруда, где плавали лебеди, и несколько минут просто молчали, наблюдая за жизнью, текущей своим чередом. В этом неспешном молчании не было неловкости — лишь полное понимание и умиротворение. Букет белых роз лежал у нее на коленях, а его рука, все так же державшая ее, была теплой и надежной. Этот сад, этот день, этот парень — все складывалось в идеальную картину, которую ей хотелось хранить в памяти вечно.
Наконец, легкий ветерок принес прохладу, и Тогата встрепенулся.
«Что-то стало прохладно.Не замерзла? Может, пойдем в то кафе, что я обещал? Согреемся чашкой чего-нибудь горячего».
Не дожидаясь ответа, он одним плавным движением снял свою легкую куртку.
Парнишка не просто накинул ее ей на плечи. Он встал перед ней, его взгляд был таким же теплым, как и ткань подкладки, и бережно помог ей продеть руки в рукава. Пальцы его скользнули к воротнику, поправляя его, а затем он взялся за обе полы куртки, чтобы застегнуть ее на самую верхнюю пуговицу. Его движения были медленными, сосредоточенными, будто он совершал самый важный в мире ритуал.
«Вот так... Теперь не замерзнешь», — прошептал он, его пальцы ненадолго задержались на застегнутой пуговице, почти прикасаясь к основанию ее шеи. От этого прикосновения по ее спине снова пробежали мурашки, но на этот раз — от жара, разливавшегося изнутри.
Куртка была на несколько размеров больше, пахла его мылом и свежим воздухом, и в ней она чувствовала себя крошечной, хрупкой и невероятно защищенной.
«Спасибо», — выдохнула она, тонув в его внимательном взгляде.
Он снова взял ее за руку, и его ладонь, теперь уже без перчатки, показалась еще теплее.
«Пойдем,нам в ту сторону!», — улыбнулся он, и они направились к выходу из сада, оставляя за спиной шепот листьев и щебет птиц. Дорога к обещанному кафе казалась теперь не просто переходом из точки А в точку Б, а продолжением их маленького, теплого путешествия, где он был ее рыцарем в джинсовой куртке, а она — феей любви.
Дорога до кафе была недолгой, но наполненной тем особым чувством, когда два человека понимают друг друга без слов. Рири куталась в его просторную куртку, утопая в тепле и запахе, который теперь ассоциировался только с ним. Он же, не отпуская ее руки, то и дело поглядывал на нее с такой нежной ухмылкой, будто видел самую очаровательную картину на свете.
Кафе «Амаи» оказалось именно таким, каким он его описывал — уютным, с пастельными стенами, деревянными столиками и ароматом свежей выпечки, витавшим в воздухе. Звяканье колокольчика над дверью возвестило об их приходе.
Мирио выбрал столик у окна, за которым вечернее солнце рисовало на столе золотые блики, и галантно подал ей стул. Прежде чем сесть, он аккуратно помог ей снять куртку, и его пальцы снова на мгновение коснулись ее плеч, оставив после себя приятное тепло.
Изучая меню, он спросил мягко:
«Что бы ты хотела?»
Она, немного смущаясь, выбрала горячий шоколад со взбитыми сливками и зефирками — что-то сладкое и по-детски уютное, идеально подходящее к этому вечеру.
«Отличный выбор», — одобрил он и, обратившись к официантке, сделал свой заказ: «Два горячих шоколада, один с зефиром, и, пожалуйста, тарелку ванильных эклеров к ним».
Когда заказ унесли, он облокотился на стол, его глаза сияли.
«Знаешь,сегодня был почти идеальный день. Единственное, что омрачило... это табличка «Закрыто» на оранжерее. Но! — он сделал драматическую паузу, — это просто повод вернуться сюда в следующий раз.»
В его словах было столько уверенности в их общем «завтра», что ее сердце забилось чаще. Они проговорили за десертом еще почти час, смеясь и делясь историями, а ее горячий шоколад, такой же сладкий и согревающий, как и эта атмосфера, казался самым вкусным напитком в ее жизни. И когда они наконец вышли на улицу, где уже зажглись фонари, она поняла, что это свидание запомнится ей навсегда — не из-за красоты сада или вкуса шоколада, а из-за того, как бережно он держал ее за руку, застегивая свою куртку и предлагая ей эклер.
«Спасибо тебе за сегодня,Мирио!Было очень весело,и вкусно.Я отправлю тебе наши общие фотографии!»
«Договорились!Как насчёт завтра тоже пойти погулять?»
«Ты еще спрашиваешь,конечно пойдём!»
Пойду,с тобой хоть на край света.
Мой герой