Мой чемпион.

Всего три секунды.

И старт резко стрельнул, как и две машины, не думая даже уступать друг другу длинную трассу.

Чонин тут же набирает обороты, не собираясь уступать место этому прохвосту. Он осмелился явиться сюда на машине брата. Совсем жизнь не дорога?

Ян резко уходит в дрифт на небольшом повороте, заслоняя дорогу пылью в самые стёкла Сынмину.

Пальцы самодовольно стучат по рулю в признании собственного «я». Ведь всего немного — и будет доказано обратное. Всего чуть-чуть и…

Чужая машина неожиданно подрезает его, отчего Чонин судорожно уходит немного вбок, стараясь удержаться на трассе и остаться в принципе целым.

Стекло машины повторно опускается и Сынмин посылает воздушный поцелуй ему, повышая все отрицательные чувства на ещё несколько процентов выше, и быстро стартует дальше, оставляя Чонина позади вместе с пылью от колёс своей машины.

Ненависть и злость вновь вскипают в жилах крови рыжих прядей, отчего температура в теле становится выше лишь от одной мысли об этом человеке.

Сынмин испортил жизнь Сону. Испортил весь его характер и наплевал на чувства. Из-за него он пострадал и погиб.

И теперь так нагло насмехается, использовав его машину перед ним, чтобы унизить.

— У тебя ничего не выйдет, — самому себе шепчет он и смело жмёт на педаль газа, вбирая скорость в свои лёгкие и глядя, как быстро пейзаж растворяется перед взором, проносясь слишком резво перед глазами.

Всё медленно начинает трясти от напряжения, которое оказывает Чонин своим убийственным нравом.

Он с самого начала знал о своей победе.

Потому что уверен в себе и в том, что Сынмин сейчас не в полноценной форме, чтобы вновь занимать высшую ступень в гонках.

Но какого тогда хрена Сынмин сейчас лидирует?

Чонин готов от злости локти кусать и бить по рулю. Как бы ни жал на газ, Сынмин всё равно оказывался впереди и успевал уходить в лёгкий дрифт на поворотах, демонстрируя своё восхитительное мастерство, от которого многие пищали возле предстоящего финиша.

Неужели без использования жульничества ему никогда не победить этого человека?

Даже когда он не в самой лучшей форме?

Сынмин неустанно наблюдает то за дорогой, то в заднее стекло, понимая, насколько находится впереди Чонина.

Машина оказывалась не так далеко. Пальцы сжимают руль сильнее и с трудом удерживают его на поворотах.

Холодный пот выступает на его лбу от волнения. Ладони потеют, но, благодаря перчаткам без напальчников, они не скользят по рулю, позволяя удерживаться на поворотах как можно лучше.

Сынмин доходит до последнего круга и вырывается ещё больше вперёд. Что-то подсказывает ему в самом сердце, что это не конец. Что откуда-то снова нагрянет Чонин и покажет всего себя настоящего.

«Выиграешь или проиграешь — не имеет смысла. Для меня, как и для твоих близких, ты будешь оставаться чемпионом».

«Моим чемпионом».

— Сону…

Блеклая звёздочка проявляется в тёмных глазах, плавно поселяясь, как на ночном небе, освещая путь путнику.

Но в этот раз эта звёздочка прокладывает не только путь, но и отдаёт часть чувств, что были закрыты от сердца на некоторое время.

Эти слова проносятся несколько раз в голове Сынмина перед самым финишем. Он замечает боковым зрением, как чужая машина практически обходит его.

Но Ким резко вдавливает педаль газа и перекрывает путь, не позволяя Яну вырваться вперёд и на секунду.

Народ ликует вместе с шумом горящих шин, что оставляют за собой чёткий след, как только черта финиша остаётся перечёркнутой.

Сынмин несколько секунд кружит в знак своей победы и только после тормозит, сразу выходя из машины, чтобы вдохнуть запах победы.

Вот она.

Та самая победа, о которой он мечтал так давно.

Знакомые лица тут же оказываются рядом, особенно те глаза, что горели неистовым светом перед ним.

Он вытягивает руки навстречу, и второе тёплое сердце сразу оказывается в его объятиях.

Сынмин как можно крепче прижимает к себе девушку, вдыхая аромат цветочных духов, что стали привычны для него.

— Я верила.

— Знаю.

Они шепчут друг другу так тихо, что практически не слышно, что слетает с их губ. Но сердца, которым были адресованы эти слова, ловят их, как маленьких бабочек небольшим сачком, забирая к себе желанную искренность.

Ким немного приоткрывает глаза, всматриваясь в своего противника. Тот даже не решается посмотреть на него, что, может, и к лучшему.

Чонин раздражённо сел обратно в машину и, дождавшись, когда Феликс сядет к нему, оставляет после себя только грязную пыль, покидая место трассы и уничтожив своё имя.

Сердце внутри трепещет от сладкого чувства и ощущения победы в собственной груди.

Сынмин ещё никогда так не был рад победе.

Победе над своим главным страхом.