Любовь к женщине — счастье глубокое и страстное, рождение ребёнка — очищающее душу, пронзительное и нежное, как цветок едва распустившейся сакуры, а шоу — квинтэссенция творчества, драйва и сумасшествия на грани гения. Фанаты на концерте — огромное, живое, бьющееся в такт музыке сердце, запускаемое Джонатаном и группой, словно дифибриллятором.
И, как ни крути, справляться с самим собой выходило лишь через музыку. Злость и отчаяние — первоклассное топливо.
В былые годы он мог себе позволить не выйти к поклонникам, выбрать вместо них бухло, наркотики, девчонок или элементарно вырубиться без задних ног, но сейчас многое изменилось — возраст заставил пересмотреть взгляды на многие вещи. По крайней мере, в этой значительной части жизни Джон хочет соответствовать своим представлениям о порядочности.
pokatac [https://t.me/pokatac_art]
А так, настоящее и гениальное по всем параметрам сумасшествие: иссиня-чёрные линии, бордовые, точно венозная кровь, широкие мазки и, закованная в картину, душа живого человека.
Джонатан выдаёт пронзительные стихи об одиночестве и бессилии маленького человека под инфернальный взгляд другого Джонатана. Нет, это даже не взгляд, а клетка без выхода. У Эммы определённо талант в психологическом насилии посредством кисти и красок.
Душ, банка пива и сон — для хорошего завершения бесконечного дня всё, что нужно. Об остальном можно подумать завтра, как завещала Скарлетт О’Хара всем женщинам на земле, а они взяли да и воспользовались посланием на полную катушку.
Нет, невозможно. Так не бывает. Они же не в грёбаной сказке от Уолта Диснея: она не золушка, обронившая вместе туфельки телефонный номер, да и Джонатан Линклейтер — уж точно не принц и не фея-крестная. Просто сиюминутный порыв души, на миг образовавшаяся связь творца с творцом — и ничего больше.
А жизнь... она продолжает течь, как и всегда. Работа в казино, поездки к маме и бабушке раз в неделю, чтобы не прослыть хреновой дочерью, бар на выходных с парочкой старых друзей и вполне себе уютное одиночество, в котором она привыкла существовать.
Отправить. И не сойти с ума.
— А почему нет? — новый виток разговора уносит всё глубже, и это погружение затягивает вопреки воле и здравому смыслу. — Мы ведь оба творцы, просто выбрали разные способы самовыражения.
