Мирабилис Тенебрис.

1. Мирабилис Тенебрис.

2. 38 лет

3. Фея тьмы ночного небосвода, в прошлом защитник последнего поколения правящей династии Домино, ныне преподаватель в Алфее.

4. Великий дракон — создатель миров. Принёс он собой жизнь и огонь. Но что же за свет без мрака и зла? Защитником стала рождённая тьма...

Давным давно, когда явился Великий Дракон, он принёс с собой магию, что дала жизнь самой вселенной. Он заполнил Пустоту, дав и ей роль колыбели своих творений. И Пустота, обретя смысл существования, а после и новое имя, более не желала быть безликой, поэтому в ответ на милость своего дарителя та в ответ одарила его собственной тенью — другом, во веки веков верным и преданным.

Испокон веков правящую династию королевства Домино безмолвно защищали Тени — тёмные эльфы, которые были связаны законами самой магии с каждым поколением. Каждый принц или принцесса с рождения сковывались узами с последними представителями эльфийского рода главной ветви, если те имели потомков. Подобное являлось высшей честью.

Законы этой клятвы написал своей кровью сам Тенебрис — клинок Дракона и основатель клана по сказаниям Старейшин.

« —...Коли представитель королевской семьи доживает до своей старости и естественной смерти, то его угасшей Тени полагалось вставать в совет Старейшин и обучать юнцов; коли наследник умирает не своей смертью, то и Тень его огня меркнет с ним навсегда; ежели Тьма поглощает дарованный ему огонь... Сама магия не поскупится разорвать предателя и стереть его существование с лица Волшебного Измерения.»

Мирабилис была прямой и единственной наследницей герцогского титула. Имя дала ей её матушка — Ликорис Тенебрис, эльфийка внеземной красоты, с безупречными манерами, с закаленным, взрывным характером, с бесконечно добрым сердцем для своих близких и ледяной тьмой в крови для своих врагов. Она являлась названной старшей сестрой королевы Марион и обе гордились этим. Не смотря на огромную разницу в возрасте, из-за расовых принадлежностей, те росли душа в душу, балансируя друг друга в своём союзе. Даже в выборе себе супругов невольно поучаствовали обе, обсудив всех и вся, избрав несомненно лучших.

Отцом Мирабилис стал придворный эльф-зельевар из Линфеи — Гастер. Он был безроден, но своими упорством и знаниями смог заполучить всеобщее признание, встав при дворе. Полную историю знакомства родители скрывали от дочери, вечно отнекиваясь и смущаясь под еле сдерживаемые смешки королевы, но Мире точно известно, что после женитьбы тот взял фамилию матери и разделил с ней её долг, связавшись клятвой с королём Орителом.

С самого детства старейшины возлагали на Мирабилис свои надежды и со всей прытью обучали её. И надежды были не беспочвенны. Эльфийка умело проявляла свою сообразительность, радовала своими успехами в фехтовании, делала успехи в астрономии и, что самое важное, очень быстро познала своё магическое ядро, его суть, для более гармоничного пользования. Множество часов она проводила за обучением и ни у кого не возникало сомнений, что та не посрамит честь их клана, ведь и в семье правителей намечались изменения. Шли серьёзные разговоры о престолонаследии, от чего и её отец, и её матушка частенько смотрели на неё каким-то не читаемым в ту пору взглядом. Она не понимала их, ей просто не хватало опыта, ведь и достаточного общения со сверстниками Мирабилис было крайне сложно получить, что и видела её семья. Пусть росла она девочкой достаточно бойкой, яркой и открытой, как и её мать, на ней несомненно сказалось время затворничества, навязанное старейшинами, дабы лучше усваивать материал, но вот ещё незадача...

Приближалось время клятвы.

Да, безусловно это являлось честью для всего их клана, но какие родители добровольно будут класть своих детей на эшафот с отсрочкой? Ведь дворцовые интриги всегда были смертоноснее чем та же чума или оспа...

И вот, когда юной Мирабилис исполнился первый десяток на весь волшебный мир прогремела весть о масштабном фестивале в честь рождения принцессы Дафны.

Праздновали всем Домино, краски и огни не меркли даже глубоко за полночь и где-то высоко в одной из башен юная принцесса смеялась, держась за длинный пальчик Мирабилис, пока та кружила в ритуальном кругу в Макабре под хор старших, сплетая их судьбы.

После этого жизнь Миры заиграла новыми цветами. Она стала всё чаще сбегать из под надзора гувернанток в тени коридора замка, наблюдая оттуда, как растёт её подопечная.

У её кроватки всё чаще стояли свежие цветы из герцогской оранжереи, падения где бы они ни были, даже с самого маленького расстояния, всегда предотвращались тёмной материей, которая словно теплое покрывало окутывало тело Дафны и мягко клало на ближайшую поверхность, но что бы ни случилось, Мирабилис никогда не показывалась.

Скромность граничащая со страхом всегда мешали эльфийке появится перед наследной принцессой. А та и не наседала. Ей хватало их тихих разговоров в ночи, когда тёмный силуэт тихо сидел на балконе в лунных лучах и напевал очередную колыбельную, ей хватало этой мелкой заботы, когда после очередного урока этикета, рядом с толстой энциклопедией появлялись очередные сладости прямо с кухни.

Время шло, а в королевской семье родилась ещё одна принцесса, что стало началом конца.

Сначала возникли вопросы, кто же станет тенью Блум? Ведь в последнем поколении основной ветви была только одна наследница... И тут случился нонсенс. Мирабилис связали клятвой не только с Дафной, но и с Блум. Начались внутренние неусобицы и споры, от чего внимание было затуманено и главные защитники не успели подготовиться к новой надвигающейся опасности. Ведьмы прародительницы быстро развернули полномасштабную войну на Домино и недавний праздник сменился вечным трауром.

Сначала Мирабилис потеряла всю семью в одночасье.

Новоизбранная Команда Света, куда входили родители Миры, избрали супругов для подавления Дракара, ведь на них его территория оказывала меньшее влияние. Вернулся лишь Гастер, который выглядел не лучше трупа. Иссушённый настолько, что половина тела держала свою форму только благодаря костям, с телом его супруги в руках и... Полным отсутствием какой либо жизни в глазах. Она первая заметила их появление в замке, поспешила встретить, но так и осталась стоять в метре от них. Молча. Ровно так, как её и учили, пока сама молча задыхалась в истерике и пробивающей её дрожи. Последнее, что та запомнила, это крики старших, а после тяжесть её отца.

Очнулась она в комнате Дафны. Это был уже не первый раз, когда те виделись. С каждым годом Мира всё больше старалась перебороть себя, делая теневой покров прозрачнее, а после и вовсе сидела без него какое то время, но с чужими ей до сих пор было сложно. Принцесса никого не пускала к себе и выхаживала сама, не задавая вопросов, ведь первая и обнаружила ту картину. От неё же Мирабилис узнала, что территории герцогства семьи Тенебрис были уничтожены ведьмами как месть за Дракара, пока та была в отключке.

А после случилась трагедия с маленькими наследницами. Мирабилис бросила все свои знания и магические силы на защиту, пыталась дать как можно больше времени, чтобы спасти обеих и делала это со всей прытью, ведь... Кроме них, теперь ей было некого терять. Но и тут у судьбы были другие планы. Дафну поразили, но Мира не умерла в привычном понимании, ведь огонь дракона в ней не погас, нет, просто приобрёл новую форму. Так и Мирабилис. Тело исказилось, потеряло привычную загорелость, став белым, цвета слоновьей кости. Белки потеряли цвет, дав место её теням, правая сторона приобрела лёгкую прозрачность, а ранее приобретённый Энчантикс стал куда более агрессивнее и угловатее.

Эльфийка исчезла вместе с новой нимфой и на несколько лет была заточена в озере Рокалуче. Дафна после своей смерти более не показывалась. Мирабилис и дальше бы была заточена там, если бы бросила свои попытки сбежать, создавая теневые прорехи, но всё же... Сейчас, оборачиваясь назад, Мира убеждена, что просто что-то или кто-то выкинул её оттуда.

После своего освобождения она ещё долго не могла прийти в себя морально, но ситуация требовала действий. Это и вернуло её в строй, пусть и немного... Поломанную.

У семьи Тенебрис имелись собственные активы и запасные квартиры в Магиксе, чем и воспользовалась Мирабилис, ведь телепортироваться сразу на Домино она физически была не способна. Там первые пол года она обживалась и вникала, что же успела пропустить, а пропустила она многое. Домино пало и было погружено в вечную мерзлоту. Теперь уже, Мира осталась совсем одна. Ей было нечего защищать, ведь даже последняя принцесса была потеряна. Внутри что-то сломалось, окончательно и бесповоротно... Ночами она молила Дракона, саму Бездну о 5 минутах, хотя бы одно, чтобы предупредить, спасти, закрыть собой, попытаться хоть что-то изменить, но... она смирилась. Здесь она никто. Корни? Заморожены. Клятва? Ныне бесполезна, она стала лишь её бомбой замедленного действия. Эльфийка устала бороться и стала привыкать к новой жизни, начиная её с чистого листа. Ведь теперь это даже не её время...

Внешность изменилась, а с ней и личность стала буквально ломаться и строится заново, во многом поспособствовала эльфийская природа. Мирабилис стала в разы раскованней, ведь теперь на неё никем не возложены их мечты, надежды и жизни; она стала наслаждаться каждым мгновением своего долголетия, ведь каждый день мог стать для неё буквально последним, ну и она стала безрассудной. Безумной, если вам так угодно, ведь кто останется после такого в здравом уме?

Но всё же, она не смогла изменить в себе одно — желание направлять, защищать, обучать. Да и не сидеть же ей всё время без дела, не так ли? Мирабилис пошла в преподавание, в лучшую школу всего Магического измерения — Алфею.

Изначально, Мира предполагала, что могут возникнуть вопросы по поводу её происхождения, ведь Фарагонда могла слышать о ней, но благо, её затворничество сделало своё дело. В высших кругах о семье Тенебрис знали совсем мало, они имели прекрасную привилегию игнорировать множественные приемы в высшем обществе, да и... Помимо Домино их мало кто звал и воспринимал всерьёз. Рассовую дискриминацию никто не отменял, от чего и длинные уши Миры частенько привлекали чужое внимание, но проблем при приёме на работу так таковых не возникло. Да, Фарагонда задумчиво посмотрела на эльфийку, пытаясь понять, где они встречались, даже в лоб задала этот вопрос, но Мирабилис лишь сказала, что её фамилия ранее была известна, пока не сгинула в войне на Домино. Женщина лишь посочувствовала, но приняла на должность запасной учительницы боевого раздела магии, помощницей Гризельды.

Жизнь текла своим чередом, она стала спокойнее и безмятежнее. Мирабилис наслаждалась своей нынешней ролью и покоем без войны, но ровно до того момента, как в её жизни появился клуб Винкс, а вместе с ним и Блум...

5. Имя Мирабилис означает «Ночной цветок», что хорошо описывает её любимое время суток. В юношеские годы Мира никогда и нигде не опаздывала, но сейчас, после занятий, за ней часто можно заметить зевоту, нерасторопные телодвижения, если вы сами ночью не спите, посиделки на балкончике её комнаты в особенно звёздные ночи.

Носит маску, скрывая шрам на правом глазу, который будто имитирует чёрную слезу. Так же носит водолазку с полностью закрытой правой рукой, ведь эфемерность пришлась именно на эту сторону. Так же на кисти руки видно отверстие. Почти никогда не снимает, от части стыдится этого.

В её комнате нет зеркал. Вообще. Она их не то чтобы боится, скорее... Сторонится. Предпочитает закрытые вещи и почти никогда не трансформируется. Заместо этого она всегда носит с собой что-то из оружия. Чаще всего нож, она даже спит с ним. Сон всегда чуткий.

Характер не сахар, как может сперва показаться из-за её фейской сущности. Жизнь Миру помотала, это стоит признать, от чего яда у неё хоть отбавляй, но своё добродушие та не растеряла. Чаще всего её колкости не направлены на оскорбление собеседника, скорее на свою собственную защиту, а после уже просто удовлетворение привычки, ведь если она захочет оскорбить, то там словцо будет и поинтереснее. В общении с чужими менее эмоционально, но когда общение происходит с ближним кругом общения, она может позволить себе проявлять тактильность, более широкую эмоциональную окраску и снизить контроль за своими словами, став раскованней.

Строга к своим ученикам, но справедлива. Любит подкалывать, правда, из-за маски трудно понять серьезно ли та говорит, или шутит, но глаза, даже погружённые во тьму до сих пор являются зеркалом души.

Парочка хобби эльфийки, это игра на гитаре и пение. Так же обожает читать, ведь с ранних лет книги разделяли судьбу Миры. И да, обожает музыку по тяжелее.

Знает несколько языков, один из которых её клана — тёмноэльфийский, с драконьим диалектом. На слух воспринимается обрывисто, рычащим и иногда шипящим.

Из-за особенностей своей рассы считается ещё довольно юной, но с изменением энчантикса девушка сама прошла этап взросления с изменением эльфийской внешности, поэтому сейчас в ней мало кто узнаёт бывшую наследную графиню. Лишь только её тяжёлый, сканирующий взгляд, прямо как у её покойной матушки оставляет намёки на прошлое. Да и былое воспитание оставило весомый след. Оно помогло в более лёгкой форме пережить потери, раны от которых всё ещё ноют на душе, но хотя бы не гноятся. Мирабилис с детства готовили принимать Смерть как соратницу и, кажется, этим все и сказано.

I guess it goes to show, does it not? That we've no idea what we've got until we lose it.