Минсанги

Ёсан сидел у себя на кровати, читая давно откладываемую из-за работы книгу. Тихий писк уведомления вырвал парня в реальность. Отложив толстый томик и взяв в руки телефон, он нажал на уведомление и открыл диалог.

–Хен

–Принеси пожалуйста подавители

У тебя течка началась? –

– Да, мне очень плохо

– Пожалуйста, быстрее

Будучи единственными омегами в группе, оба парня хорошо ладят друг с другом. Ёсану льстит то, что Минги полагается на него. Тот, имея нестандартные для типичного омеги пропорции, часто комплексует. А вот самому Кану очень нравится телосложение Сона. Возможно не только в эстетическом плане, но это уже он предпочитает скрывать.

Взяв коробку с нужными лекарствами, парень идет в уже давно знакомую комнату. Стоило только открыть нужную дверь, как в нос ударил сильный гранатовый запах. Настолько сильный, что Ёсан почувствовал как внизу живота теплеет от наплывающего возбуждения. Если бы он был альфой, то мало ли, как долго бы он мог продержаться.

Закрыв дверь на замок и бросив таблетки на тумбу, Кан приблизился к постели Минги и сел рядом.

– Совсем плохо? – тихо и заботливо спросил, рассматривая лицо.

– По мне не видно? – ещё более хрипло, чем обычно пробасил Сон, машинально вдыхая феромоны Ёсана. Аромат шоколада и кофейных зерен смешивался с его собственным, заполняя комнату.

А тот лишь разглядывал красное отчего-то лицо младшего, его пухлые искусанные губы, и вдыхал его сильный, приторно сладкий от возбуждения запах. Возможно Кан сошёл с ума и противоречит всем своим инстинктам, но его ведёт от этого беззащитного сейчас, такого нежного и желанного омеги. В штанах стало тесно, а от этого затуманенного взгляда, которым сейчас его сверлит Минги, становится невыносимо.

– Можно я помогу? – голос старшего стал ниже обычного, от чего кажется собеседник громко сглотнул.

Сложно думать, когда инстинкты вопят, громче, чем какие-либо возможные мысли, а тело требуют своих биологических потребностей.

– Да

Плевать на все, он слишком слаб для того чтобы отказать такому приятно пахнущему и невыносимо красивому Ёсану.

Последнего же больше ничего не держит от необдуманных, но таких желанных действий. Он стащил с Сона одеяло и гортанно простонал от того, что открылось перед его глазами. Минги был в одной футболке все это время. Крупный для омеги член несильно дернулся, коснувшись живота, который приоткрыла задранная до начала груди футболка. Сглотнув скопившуюся слюну, Кан быстро разделся и оседлал живот Минги. Тот в открытую пялился на красивую спортивную фигуру старшего, его стройную талию и аккуратный пресс, но его любование было прервано жадным, голодным поцелуем. Ёсан смял пухлые вкусные губы, ёрзая уже мокрыми от смазки ягодицами по члену младшего. Но что-то было не так. Словно омегу под ним что-то тревожило. Сладкий запах стал слегка горчить. Оторвавшись от поцелуя, он посмотрел на Сона. Тот словно был чем-то расстроен.

– Омега, ты такой красивый, – бархатным низким голосом произнёс Кан. – Ты так сладко пахнешь, что я готов съесть тебя прямо сейчас.

Выражение лица Минги изменилось. А запах снова стал сладким. Ёсан попал туда куда целился.

Он слез с живота младшего, развел его ноги и разместился между ними. Наклонился к его члену и провел языком по всей длине, заставив этим перевозбуждённого омегу издать тихий стон и согнуть ноги в коленях.

– Мой нежный, робкий и вкусный омега. Ты так красив. Везде красив, даже здесь.

После этих слов, парень наклонился и слизал часть смазки с ягодицы Минги.

Тот машинально сомкнул ноги, и прикрыл лицо от стеснения. Ёсан раздвинул их и провел языком снова, но уже там, где больше всего требовалось внимания. Медленно вошёл языком в колечко мышц, заставляя парня утопать в смущении и возбуждении.

– Не томи, прошу, сделай уже что-нибудь – почти хныча умолял Сон.

Ёсан решил, что достаточно намучил своего мальчика. Он подложил скомканное одеяло под поясницу омеги. Вошёл медленно, одним движением и сильно прикусил губу, чтобы не кончить в ту же секунду. Внутри было так горячо и тесно, что нужно было привыкнуть. Минги словно током прошибло, его внутренняя омега насторожилась. Кан начал двигаться и каждый толчок приносил такое желанное и долгожданное наслаждение.

– Моё солнышко, в тебе так хорошо, – от сбивчивого и томного голоса Ёсана, прерываемого его же несдержанными стонами, от слов, таких приятных и нужных, омега был готов растечься в томном блаженстве.

Сильные руки старшего так приятно сдавливали талию, а каждый глубокий и несдержанный толчок отдавался волнами удовольствия. От громких стонов болело горло, но было слишком приятно, чтобы обращать на это внимание. Старший сорвался, добравшись до желаемого. Мысли покинули голову, перед глазами был только этот нежный, такой желанный омега, которого хотелось довести до пика.

– Ты прекрасен, самый лучший и красивый омега.

Минги что-то попытался сказать в ответ, но прикосновение Ёсана к его члену сбило мысль. Тот начал двигать рукой по всей длине, несильно сжимая, чувствуя, что сам уже готов излиться. Глубоко толкнувшись, с громким стоном он наполнил кончающего вместе с ним омегу. Нега оргазма всё ещё не оставила его тело, а он внимательно смотрел на лежащего перед ним. В этот момент Кан понял, что чувствуют альфы и где-то в глубине души закралась зависть.

Медленно выйдя из разомлевшего от удовольствия Сона, парень лег с ним рядом.

–  Я конечно не альфа, от меня у тебя детей не будет, но омега должна успокоится. – Произнёс он, положив голову на плечо Минги.

­­­

Сидя в столовой, Юнхо не ожидал увидеть там Минги. Не так скоро. Он просил несколько дней отпуска по уважительной причине и альфа прекрасно понимал, что это за причина. Омеги в это время не выходят из комнаты до конца, а течка не проходит за один день. А он уже на второй спокойно разгуливает по общежитию, словно ничего и не было.

Парень проходит мимо Чона и тому в нос ударяет любимый запах граната, смешанный с запахом шоколада и кофе.

«Чертов Кан, блядь его, Ёсан», – проносится в голове альфы.

Через несколько дней, старший омега с собственной персоной принес ему кофе, и бросив лишь: «Извини», быстрым шагом скрылся из комнаты.