Мгновения. Глава 3

Глава 3

Гэйр провел до стадиона, у него были ключи от ворот и рабочих помещений. Они прошли через закрытую территорию и поднялись к трибунам. Альфа помог спуститься между высокими сиденьями и остановился рядом с припаркованными тренировочными мотоциклами. Две Хонды стареньких моделей и разномастные гоночные Сузуки. Сверре привычно прошелся вдоль спортбайков, касаясь ладошкой твердых сидений. У отца в мастерской всегда такие стояли – к лету, когда рейсеры приезжали в город, отец на работе пропадал почти сутками, и Сверре в детстве часто ему помогал. С тех пор прошла, кажется, целая жизнь.

— Нравится? Хочешь прокатиться? — Гэйр остановился рядом с GSX, мощной и легкой машинкой.

— Я же выпил. — Сверре подошел ближе, примерился, привставая на подножку.

— А я нет. — Гэйр сел в седло и помог омеге устроиться перед ним. Протянул шлем и надел свой. Бедрами подтолкнул чуть вперед, и стало слишком тесно и знакомо. Так Сверре возил папа в детстве, когда еще сам гонял на трассе. Приятные воспоминания и приятные ощущения. Ненавязчивые, но все же интимные. Сверре смутился. Рядом с этим альфой смущение преследовало по пятам.

Гэйр прижался со спины, немного прохладный и тяжелый, перехватил руль рядом с его руками и нажал на стартер. Машина взревела, слишком громко на пустом безлюдном треке, и Сверре вцепился крепче, немного от страха, но больше от предвкушения. Забытые чувства, когда ветер срывает тепло с обнаженных пальцев и врывается под одежду обжигающим холодом. Дорога, чуть влажная от утренней росы, скрывалась в рассветном тумане, куталась в тишине и одиночестве прохладного утра. От скорости перехватило дыхание, голова закружилась, задрожали руки. Гэйр сделал неспешный круг, а потом еще два, вдавливая газ и заставляя Сверре пищать от удовольствия и захватывающего адреналином страха.

Когда они вернулись к гаражу, Сверре с трудом смог сползти на землю. Гэйр подхватил его, пошатнувшегося, неспособного удержаться на ногах. Земля казалась слишком твердой и неровной, ноги – вялыми, деревянными, а руки Гэйра – слишком приятными и сильными.

— Спасибо, — неловко произнес он, не спеша снимать шлем, чувствуя, как залило краской лицо, и как смущение смешивается с чем-то еще, незнакомым и приятным.

— Тебе спасибо, — рассмеялся Гэйр, — мне не часто удается найти компанию.

— Всегда с радостью покатаюсь, — еще сильнее смутился Сверре.

Гэйр сам снял с него шлем, и теперь они стояли слишком близко. Альфа – высокий, широкоплечий, а Сверре, мальчишка, еле носом доставал ему до груди. И Сверре слышал, как в этой груди стучит сердце. Быстро и громко, почти оглушительно. Рубашка Гэйра пропахла горячей резиной и влажной дорогой, горечью выхлопа и сладким маслом. Так часто пах папа, пока гонял как сумасшедший, и этот аромат пугал и притягивал. Он напоминал о доме.

— А сам не хочешь за руль?

— В детстве хотелось. Но потом как-то пропал запал. У меня папа увлекался гонками, и пока я был маленький, постоянно попадал в аварии. Сейчас он мало ездит, потому что отец запретил, и я тоже решил, что не стану рисковать. Не буду расстраивать своего альфу безрассудными поступками.

Гэйр наклонился и ненадолго прижался к его губам. Просто прикоснулся. Но сердце от этого прикосновения остановилось. Сверре, испуганно моргая, смотрел на парня как на великое чудо и не мог вспомнить, как дышать снова.

— Любой альфа тебя за такое бы поцеловал, — с мягкой улыбкой ответил Гэйр, словно случилось что-то простое и не особо важное. Но для Сверре это – первый поцелуй, и всю важность ситуации невозможно было описать словами. Потому что Сверре понравился Гэйр. Очень.

Неловкий момент прервали пришедшие на трек рейсеры, они поздоровались с Гэйром, о чем-то разговорились. Сверре не слышал, он тихо переваривал свои мысли и смущение. Со стадиона их проводили, не позволяя уединиться, а в машине Гэйр увлеченно стал рассказывать о предстоящей гонке. Разговор ушел, свернул совсем в другое русло.

— Ты тоже гоняешь? — спросил Сверре.

— Временами. Полупрофессионально. В высшую лигу мне не попасть – навыков не хватает, но для собственного удовольствия и удовлетворения своей страсти вполне хватает.

— Пригласишь посмотреть? Я за тебя поболею.

— Обязательно, — рассмеялся Гэйр. — Наконец у меня будет свой болельщик. Очень льстит.

— Разве у тебя нет поклонников? — Сверре был уверен, что такой альфа собирает стадионы.

— Результаты у меня посредственные, да и побед почти не бывает. Какие поклонники? Мне бы просто в листе удержаться. Признаться честно – гонщик из меня никудышный.

— Главное, чтобы нравилось.

— Нравится. Люблю дорогу, люблю машины, участвую в кольцевых заездах на выносливость. А по вечерам часто подрабатываю таксистом, потому что нравится кружить по ночному городу, кататься по пустой дороге. Просто обожаю крутить баранку.

— А спать когда? — изумился Сверре, а Гэйр заразительно рассмеялся.

— Днем обычно. График у меня безбожно сбитый. Часто просыпаюсь к четырем, работаю немного – занимаюсь фрилансом, проектирую новые модели для крупных компаний, а потом катаюсь на авто или провожу время с друзьями. Под утро гоняю на треке, тренируюсь, смотрю, как ездят другие. Не слишком разумно, но пока нет семьи и омеги, можно ни о чем не думать. Согласен?

— Наверно. — Сверре из всего этого понял, что Гэйр не занят, и на все остальное было глубоко плевать.

— А ты на кого учишься?

— Инженер. Может, в будущем тоже буду проектировать машины.

— Головастый омега – редкость. Повезло с тобой познакомиться.

— Глупости, у нас на курсе много омег, — снова смутился Сверре, но приятно было, что Гэйр считает его умным.

К общежитию они приехали только к десяти. Распрощались тепло, Гэйр обнял его, слегка похлопав по спине. Отпускать его было жаль, но Сверре понимал, что они и без того задержались – Сверре пропустил первую пару, а еще не мешало бы поспать. Только тянуло остаться, прижаться к широкой груди и вдохнуть ненавязчивый запах. Он бы поселился в этой теплой машине, в горячих обьятиях, рядом с его хозяином.

— Мы ведь еще встретимся? — спросил омега на прощанье.

— Обязательно встретимся, — пообещал Гэйр, и Сверре радостно кивнул. Но лишь когда тот отъехал, понял, что не спросил никаких контактов – даже номера телефона.

Глава 4