Мене, мене, текел, упарсин

Сюжет помните? Про Валтасаров пир, Ктувим, книга пророка Даниила. Пьяный царь пил вино из священных сосудов, захваченных Навуходоносором из Иерусалимского храма - и это стало символом кощунства. У меня такое ощущение, что именно его мы сегодня и наблюдаем. Стоит вспомнить, чем закончился тот пир по книге пророка Даниила. Пока во дворце пили и веселились, на стене проступили слова: "мене, мене, текел, упарсин" - “исчислено, исчислено, взвешено, разделено”. Царство сочтено и отдано другим, царь взвешен на весах и найден слишком легким. В ту же ночь Вавилон пал. Пирующие не услышали войска под стенами не потому, что были глухи, а потому, что им было весело. У меня такое ощущение, что именно нечто подобное мы сегодня и наблюдаем. Глухота - это не отсутствие слуха, это выбор не слышать. Север горит третий год. Люди сидят под обстрелами. А правительство проводит “специальное” заседание по теме, на которое приходят… три министра. Когда об этом стало известно и запахло скандалом, Биби появился там на минуту, чтобы зафиксировать участие и произнести пару фраз на камеру для социальных сетей. Остальные в это время праздновали взросление чужой двенадцатилетней дочери главы Совета поселений Самарии. И нет, девочка тут ни при чем. Но министрам нынешнего правительства из Ликуда ее бат-мицва под эгидой влиятельного папы накануне праймериз, видимо, важнее, чем безопасность собственных граждан под огнем. 

Люди тысячелетиями читают историю про Валтасара как предупреждение. И каждый раз обязательно находится поколение политиков, которое воспринимает её как пошаговую инструкцию. Какое удивительное упорство… 

Невидимая рука уже выводит на стене свои четыре слова. Исчислено время вашего правления.  Взвешены ваши приоритеты - они оказались легче перышка. Разделено царство - между Хизбаллой, которая диктует условия, и американским президентом, который орёт по телефону.

Вопрос только в том, кто в этом зале способен поднять глаза и прочесть.