Memory 2

В этот раз триггерных пометок НЕТ! (ура?). Но всё ещё держите в голове – всё от лица Соммерса

Я люблю её. Моё сердце трепещит, когда я думаю о ней, когда вижу, как играет, как она свободна от бытия. Чувства щекочат меня, пока я думаю о ней, когда я пишу о ней.

В труппе есть ещё двое, они тоже старше, но Мария затмевает их. Они всегда второй план на её фоне. Я преисполнен благодарностью и чистой, непорочной, почти божественной, прости Господь за такое сравнение меня, любви к ней. Она взяла меня сюда, чтобы я помогал; по началу так и было, я просто занимался бытом, а потом перешёл на игру за кулисами, сопровождая их выступления, пока один из них, Гарри, не предложил выйти на сцену мне. Прекрасное время было. Я наконец-то стал ближе к Марии, а она – ко мне. Она твердила, что с самого начала видела во мне потенциал. Она тогда и впервые поцеловала меня. Я никогда не чувствовал того, что почувствовал тогда. Я не спал всю ночь, думая об этом. Мария спала тоже со мной. Это было невероятно.

Если я мог, был бы готов сочинить пьесу. Но я не умею. Я читаю, ставлю их, по чужим указам но всё же, ставлю, но не знаю, как они творят. Гением надо родиться а не стать, видимо. Господь говорил, кой будешь трудолюбив и верен, найдёшь блаженство после смерти. Надеюсь, в раю есть Данте.

Ещё я слышал что артисты это послы бога. Приятно думать о том, что я ближе к нему, чем горе папашка. Я не думаю о семье в последнее время, только о тебе. Про артистов, кстати, говорила так же Мария, когда напилась в таверне и плясала, но её согнал со стола хозяин-барин, чтоб не испортила или, не дай Бог, упала. Мутило всю ночь после выпивки, Гарри сказал это нормально, а его брат, как я узнал позже, это был брат, трезвенник после того, как чуть не угодил под лошадь, настолько напился. Не знаю, как они все с Марией встретились. Думаю, она тоже их завлекла и образовала эту группу.

Она уже взрослая женщина. Ей, как она говорит, уже за двадцать три года. В её возрасте матушка, как я помню, уже имела двойню и пахала, а она – другая. Пляшет, играет. Умна, так ещё и своевольна. Я никогда не знал о таком, она открыла мне глаза почти на новый мир. Мария сама распоряжается нашими финансами, потому что по её словам Гарри дуралей а брат ещё хуже. Мне она не даёт это делать, но по ночам, пока она спит, я разглядываю заработанные деньги. Они золотые, представляешь? Обычно мы снимаем комнаты в таверне или гостинице, по две, итого – два человека на кровать. Я сплю с Марией, а Гарри с братом. Она говорит, что до тех пор, пока я не пришёл к ним, её кровать всегда была холодной.

Мне нравится Мария. Она особенный человек. Настолько, насколько это возможно. Мы как огонь и дым. Я люблю Марию. Она хвалит моё владение инструментом, актёрское мастерство и ловкость. По секрету, у нас было свидание. Мы наедине беседовали ночью, крыльце, заедали всё ягодами и я слушал о её планах. Она сказала, что хотела бы всю жизнь выступать и что в жизни не пошла бы замуж насильно. Я кивал, а потом она уснула на моем плече. Мы так и просидели до холодного ветра, а потом Гарри погнал нас в комнату. (Орал через окно). В комнате наше свидание и продолжилось.

На следующей неделе мы едем в другой город. В этом наше выступление окончено, мы собрали приличную сумму и этого хватит на, может быть, полтора месяца, если экономить. Но обычно таких сумм хватает на недели три. Свою часть я пока не знаю на что потратить.

С любовью, Уильям С.

Письмо не было никогда доставлено адресату. Оно не было отнесено куда либо, его ожидала участь быть выброшенным на дорогу.