Мастера художественного свиста

Интервью лукашенко ВГТРКшному мракобесу попову уже постепенно уходит из повестки. Фальстарт из-за нарезок на пуле первого и не только к моменту выхода телевизионной версии уже почти окончательно убил тему. К тому же, мнение, будто слушать АГЛ нет особенного смысла, дескать, что он там может нового сказать - так вот мнение это сильное и крепнет. Не без причины, конечно же. лукашенко действительно с каждым годом становится заметно менее внятным, а некоторые пассажи, особенно если вырвать их из контекста, воистину похожи скорее на набор слабосогласованных слов. Я почти согласен с точкой зрения Сергея Чалого, который уже давно говорил, что магия ушла из речи бывшего директора совхоза. 

И тем не менее, я уверен, что погрузиться в дивный мир стоит. Как минимум, в плане приближающихся выборов. Есть ощущение, что интервью это было нужно в первую очередь именно лукашенко. Слишком мягок оказывалась раз за разом попов там, где раба смысловых противоречий можно было если не придушить, то хотя бы поставить в низкий партер. 

Так или иначе, на протяжении часа пятнадцати АГЛ разговаривал со своими мифическими избирателями. И мифические они не потому, что их не существует в природе (увы, они были, есть и пока всё же будут), а потому что уж слишком заметно режим оторван от «земли», живя иллюзиями. На какую аудиторию это было рассчитано - я вообще не очень понимаю. 

В целом, весь предвыборный набор мыслей, в плане содержания которого оперирует политическая система, явно сформирован колоссальной травмой двадцатого года. Это достаточно интересно, если учесть, что заложниками событий четырёхлетней давности остаются и демократические силы. Однако если последним нужно вырываться из этого контекста, то в наших же интересах, чтобы лукашенко там оставался как можно дольше. Ну и конечно, прорабатывать травму режим не планирует. 

Владимир Пастухов, российский политолог, недавно опубликовал любопытную заметку (https://t.me/v_pastukhov/1209), где обвиняет многих представителей оппозиции в недооценке врага: «Реальность, как правило, сложнее. Именно эта сложность является причиной того, что мы находимся там, где находимся. И я искренне не понимаю, что мешает эту реальность признать.   

Зло не превратится в добро, ошибка не станет эврикой, а бандит не станет святым (ну, если он не Соловей-разбойник) от того, что мы признаем зло умным, изворотливым и живучим. Добро не пострадает, если мы заметим, что под его знаменами часто собираются не только альтруисты, но и корыстные циники вперемешку с бескорыстными глупцами.  

Да, картина мира станет менее понятной, более размытой и не сильно привлекательной. Зато появится реальный шанс победить». В чём точно можно согласиться с Пастуховым, так это в том, что нельзя оценивать противника исходя из собственных устоявшихся идеологем. И действительно, каким бы примитивным ни казалось зло, проблема заключена не в факте этой простоты, а в сложности механизмов, которые всему обществу саму примитивность навязывают. Простота проста. А вот упрощение - напротив. Пастухов писал, конечно же, про путинскую систему, где поддержка режима пусть и не задрана куда-то в район влажных фантазий сотрудников ЦИК, но значительна. Где апатия и деполитизированность общества глубоки и успешно культивируются, в том числе страхом и нищетой. 

Однако, подобные рассуждения касаются и лукашенко. Слушая интервью интервью (особенно полтора раза) я не мог не видеть перед собой малообразованного, растерявшего уже свою хитрость пожилого деревенского мужичка. Вот именно - мужичка. Ему бы корову щас, а не отношения международные. Не будь всей этой президентской шелухи, дворцов, цыганского барокко, я бы без проблем представил АГЛ сидящим где-нибудь на пенсии со стаканом, перед костра, под градом комаров. В растянутой хламиде, у болот. Сидел бы он, смотрел прищурившись на молодых, лупил бы их сомнительной народной мудростью.

А я напомню, мудрость - это не про накопление формул, а про процесс мышления, поэтому никакой народной она быть попросту не может. Выход за пределы традиционного воспроизводства - залог понимания природы вещей, а не всякое сомнительное, типа (нашёл в гугле по запросу первой ссылкой): «Кто не сажал дерева, тому не лежать в тени». Величина недостижимая. Что-то в духе, кто не встал, тот сидит. 

И тем не менее, эта картинка при анализе оппонента, ведь удаётся как-то, штыками, страхом, валютной проституцией с элементами эскорта (ну, РФ!) держаться 30 лет. Возникает соблазн решить, что столь внушительный срок - показатель того, что система сложнее, чем кажется. И это действительно так. Ответственность за выстраивание и цементирование режима лукашенко так или иначе лежит на многих. Социально-исторические предпосылки рассматривать здесь я не предлагаю, но важно понимать, что скамейка формальных сторонников во многом состоит из лишённых пассионарности приспособленцев-охранителей, для которых болванизированная политическая модель, построенная на апатии, популизме и внешних деньгах - лучший вариант, чтобы прожить приятную жизнь. Есть ли в системе вырождение? Безусловно, и мы об этом тоже много говорили: за годы с первых дней посредственные, но преданные сторонники так или иначе будут захватывать места, от налоговых до КГБ. В меньших, по сравнению с немецкими, масштабах, но беда осенних режимов, которые так сложно сковырнуть из-за штыков - это та самая банальность зла. Вся вот эта мерзость типа «вас много, а я одна» - в любой точке системы - это сложная проблема, которую не очень понятно как решать. По крайней мере на данный момент. И выходит, что Пастухов прав и не прав одновременно. С его позиции зло просто сложнее, чем может нам показаться, а смысл, на мой взгляд именно в том, что старые автократии всегда амбивалентны - любая их слабость одновременно и сила. Примитивность зла вполне компенсируется его рутинизированностью. И система под лукашенко - руинированная безусловно - конечно сложнее самого лукашенко. Как и система под путиным, состоящая из тех самых приспособленцев. 

Однако, как ни странно, лукашенко - самое слабое звено собственной системы. Это обычная история для персоналистских автократий. Вот представьте МИД. Там еще остались люди, которые уверены, что их малая, но важная задача - делать работу на благо системы, страны - чего-то среднего между одним и вторым - ведь система и страна в голове номенклатуры сращиваются самыми неожиданными местами. За каждым визитом так или иначе стоит достаточно большая работа. На уровне стратегии, внешнеполитический курс - например двусторонний - это сотни часов и решение сложных задач. И в итоге выходит историк собственной болезни, фотограф собственной камеры - лукашенко к попову и впроброс создаёт новый виток напряжённости с Арменией. Система просто не способна управлять рисками публичной (да и непубличной) деятельности отдельного человека, который над ней надстроен. 

Так или иначе, предвыборное интервью попову позволяет нам определить нарративы, на которые, вероятно, будет опираться подвластный АГЛ режим, выстраивая электоральную стратегию. 

Во-первых, полная зависимость от России - как благо. Отказ от идентичности, закономерный для лукашенко. Отказ со словами - мы одна страна, мы один народ: «Мы - русские люди». Стоит ли за этим тезисом некоторая целевая аудитория внутри Беларуси? Есть ли фланг людей, которые настроены пророссийски (безотносительно войны, конечно же)? Да, есть. Их немало. Я не хочу опираться на какую-то социологию, но считаться с этим флангом просто необходимо. Важно учесть, что, при активном вмешательстве режима, националистический проект как противовес постсоветскому, эклектичному лукашенко до сих пор не сработал. Он существует в головах старой оппозиции, многих политических эмигрантов прошлых волн, но, судя по всему, не очень ярок и убедителен для беларусов в стране. Причин для этого много. Там и побочные действия российской пропаганды, и некоторые формы дебеларусизации. и в целом, конечно же, тот факт, что политическая система не в состоянии понять культуру как социальный феномен - она её отрицает настолько же, насколько её как таковую отрицает сам лукашенко. Не являясь инструментом объединения общества, культура в Беларуси выведена за пределы политической плоскости. И контркультура - то, что развивалось вопреки - увы, слишком завязана на националистический компонент и в итоге упирается в проблемы всего националистического проекта.

Во-вторых, невступление в войну. Тут лукашенко противоречив, так как ему нужно каким-то образом выставить предел проникновения в свою модель пророссийской парадигмы. То есть да, мы с братом вовой «спина к спине отстреливаемся», но призрачные беспилотники - не казус белли. Настолько не казус, что от прямого вопроса попова АГЛ увернулся неуклюжим кувырком - просто проигнорировал. В итоге - «расширять фронт нецелесообразно. Мы с валодей не справимся, если он станет 1200 километров». И лукашенко дальше будет продавать себя, как хранителя мира на фоне войны под боком, и это еще один нарратив, с которым нужно бороться. Он, собственно, сам (ну слабое же звено) предоставляет все возможные инструменты для этого. Российская идеологема, в соответствии с которой «Запад будет бороться с РФ до последнего украинца, Запад виноват в войне, потому что поставляет оружие» - ломается об один любопытный тезис из интервью. Вот мол, Киеву помогает 60 стран, а мы не должны помогать России. В этом плане, кстати, мне кажется интересным, насколько картина мира лукашенко переполнена зеркалами. Я не уверен, что его сильно напугала курская операция ВСУ - её не так легко спроецировать на Беларусь. Однако некоторые собственные страхи АГЛ всё-таки прорываются в процессе неподготовленного речеизвержения. Так, отвечая на вопрос о легитимности Зеленского, лукашенко сказал: «Де-юре, не хочу повторять старшего брата, он читал конституцию эту Украины, все уже знают. Де-юре к нему есть вопросы о легитимности. Де-факто - он президент. он принимает решения, и эти решения исполняются». Тут интересны два момента. Во-первых, абстрагирование путина в этот неудобный момент разговора - старший брат. Во-вторых, отражение самого себя. Осознаёт ли лукашенко подобную параллель. Не факт. Однако я уже писал выше про травмы 2020 года - и это одна из них. 

Третий пункт предвыборной программы - чистый популизм с элементами некроцинизма. Он развивает предыдущий пункт - идею, что лукашенко у нас хранительница мирного очага. «Есть несколько оголтелых нациков… но они уже не в тренде. Сегодня процентов 70 ненавидят Зеленского. Не потому что он Зеленский и плохой, а потому что он обещал одно, а делает другое. И что гибнут люди. А родителям плевать на то, какой там Зеленский, лукашенко или путин, если у него из семьи хватают ребёнка и везут на смерть». Это достаточно гадкий приём, который у меня ассоциируется с шантажом. И снова наша любимая двухходовка Е2-Е4. Обратите внимание - важна не личность (Зеленский, лукашенко, или путин) - важна безопасность. АГЛ её обеспечивает тем, что не вступает в войну, пускай, судя по всему, никто его об этом не просит - Е2-Е4. Сам придумал. Сам подвёл войска. Сам придумал еще раз. Сам отвёл войска. Спекуляция на создании мнимой угрозы, и угрожает лично он и угрожает семье. 

Про кокетство, типа «я не вечный» - говорить не стоит. Это как в анекдоте: «Вы всё обещаете, Василий Иванович». 

В-четвёртых, диалог с Западом. Тут я, признаюсь честно, потерялся. И литовская власть у него - безумцы, и поляки - мерзкие настолько, что любого немца от них тошнит. На поляков, понятное дело, обида смертельная - лукашенко не сдерживается, ему такой функции не завезли - поляки у него мерзкие. И в итоге не выходит стройный сигнал в сторону Европы и США. Всё через манипуляции, угрозы и оскорбления. И потом вот это вот, что я обязан процитировать, в духе вики цыгановой: «Если они (ОНИ!) хотят, чтобы этого не было, давайте сядем за стол переговоров, и закончим эту драчку. Она ни украинскому народу, ни беларусам, ни россиянам не нужна. Она нужна им. Я не могу привести эти факты - они абсолютно закрыты, где они (ОНИ!) в открытую говорят, высокопоставленные люди: пусть бьют друг друга… Пускай в этом котле все подохнут. Это высокопоставленные лица об этом говорят - американского происхождения. Они хотят, чтобы мы друг друга уничтожили». Хорошо, я согласен с тем, что у мужа цыгановой бред гуще и забористее, у него там то ли сионистской фашизм, то ли фашистский сионизм. Однако посыл общий - они (ОНИ!) хотят, чтобы мы территорию освободили, поубивав друг друга. 

Еще я заметил это нечаянное противопоставление: украинский народ, но «беларусы и россияне». Специалист по фигурному переворачиванию страницы упорно проговаривает противоречия в своей голове - результат травмы. Про драчку, кстати - я за эти дни видел несколько спорных трактовок, дескать - это заявка на деэскалацию. Мне, напротив, кажется, что это чистый путинский нарратив «мы готовы к переговорам на наших условиях», условия хорошие - соглашайтесь, пока дают. В этом смысле хочу на мгновение вернуться к теме картины мира. Нормальные люди читают книги. лукашенко, очевидно, подборки в папочках. И даже несмотря на явное желание высунуть хотя бы голову из российского идеологического котла лукашенко оказывается заложником собственного режима, который подносит ему информацию с явным перекосом в сторону московских пропагандистских приколов. Это я к тому, что однозначно лживую новость про Зеленского, который купил у короля Чарльза особняк в Британии лукашенко пересказывает так, словно это его естественное знание. Я и правда потерялся. Если есть какое-то стремление к диалогу с противником, где информационная основа для этого? Даже на вопрос попова про миграционный кризис АГЛ повторил свою чушь про «они сами виноваты, удавку на шею набросили санкционную, а я должен границу защищать». 

К слову, как наблюдение. В плане активизации диалога с Западными странами подсанкционный министр дел заморских рыженков - не выгядит релевантный субъектом. Может ли за этим стоять какой-то план? Вероятно, но как фигура для диалога на мой взгляд апшный министр проигрывает классическому карьерному дипломату алейнику. Однако именно в этот момент АГЛ принимает аппаратное решение усилить российский фланг за счёт крутого и добавляет во внешнеполитическое ведомство исполнительного и близкого к телу человека с сомнительной репутацией. То есть фактически, укрепляет российское направление и как будто бы усложняет процессы на западном треке. 

Закончить же хочу разбор электоральных экзерсисов режима темой о помиловании (как же омерзительно, черт возьми, это слово использовать). Хочу ошибиться - правда хочу - но мне видится, что эта история скорее внутриполитическая и связана она в большей мере с выборами и всё той же травмой 2020-го. Причин несколько. Первое. Репрессивный аппарат всё такой же страстный и нет маркеров замедления. Я согласен с теми, кто считает, мол, 30 человек - это хорошо. Это просто отлично. Я всего лишь предлагаю не обманываться. История с амнистией сильно растянулась во времени и пропагандистский её эффект заметно испортили сообщения о систематических задержаниях, так сказать, поверх. Но это общее место.

Второе. Если посмотреть короткие интервью нескольких человек, которых выпустили, можно заметить несколько особенностей. В меру своей способности выступать публично, освобожденные повторяют ментовские формулировки целыми конструкциями. Вот девушка, стоя у ворот каземата, говорит: «В 20-м году участвовала в несанкционированных массовых мероприятиях». И дальше, совсем уж гадкое в ответ на вопрос, что сподвигло: «Беспечность наверное какая-то, и, возможно, неграмотность в какой-то сфере. Таким образом я оказалась на улицах, что и привело к таким печальным последствиям». Отсутствие конкретики, а главное, эти дивные конструкции: «таким образом», «что и привело». Натурально, протокол допроса. И еще одна цитата, другой уже женщины: «Я оставила нелицеприятные комментарии в адрес должностных лиц…» Что всё это значит? Нам пытаются протолкнуть картинку, где люди очевидно раскаялись, переполюбили бывшего председателя совхоза «Городец», признали его правоту и мудрую дальновидность. Этот нарратив - один из ключевых в предвыборной конструкции лукашенко. В определённой, ощутимой мере, стоя на спинах сломанных в тюрьмах людей, он будет выигрывать не выборы 2025-го года. Он будет выигрывать выборы 2020-го.