Мама.

1990 год.

С тех пор как Фредерик ушел из семьи, прошло четыре года. И это были… не самые лучшие годы его жизни. После бесконечных (так ему, по крайней мере, казалось) разбирательств между опекой и его семьей из-за очередного избиения ребенка, Фреда изъяли. Но куда его девать? Кроме этой семьи, у него нет родственников. Ответ нашелся простой — в другую семью! (В те годы в Америке действительно не было развитой системы детских домов.)

На этот раз семья ему попалась адекватная, что было полной противоположностью самому Фреду. Он творил всё, что хотел, и демонстрировал свой подростковый бунт во всех красках. Побег из дома для него был обычным делом, поэтому новые родители со временем перестали сильно удивляться. Поначалу они, конечно, пугались и чуть ли не вызывали полицию, но Фред всегда возвращался сам — бежать ему было всё равно некуда.

Нет, он любил эту семью. И да, это был просто его сложный характер, сформировавшийся после жизни в той «бешеной» семейке. Хотя, если подумать, не все в его родной семье были такими уж бешеными...

Мама.

Как бы ему хотелось даже сейчас увидеть её и обнять. Он до сих пор с теплом вспоминает тепло её рук, её широкую улыбку, её хрупкость, женственность и миниатюрность. Даже к пятидесяти годам она сохранила в себе эти черты и продолжала быть музой для него, его братьев и сестер. А отец? Отец был просто дополнением к ней. Дополнением, которое, ко всему прочему, сломалo ей жизнь.

Почему она не ушла? Любила. Она всем своим хрупким и при этом огромным сердцем любила и не могла бросить любимого, особенно в такой трудный для него период — в пучине затяжного алкоголизма. А дети? Для неё муж был важнее. Хотя своих детей она тоже любила — всем своим сердцем, горящим от доброты и милосердия.

Фреду хотелось бы снова встретить её. Хотя бы в Аду, лишь бы узнать, что она всё ещё жива. Узнать, что она есть — хотя бы на Земле или на небесах. Ему так хотелось бы снова прийти к ней, прижаться, как маленькому мальчику, ощутить биение её сердца, вдохнуть её запах. Он хотел бы просто увидеть её и понять, что она всё ещё помнит его, что она всё ещё его мама.

После того как Фреда изъяли из семьи, он не видел её ни разу и не слышал никаких новостей. Он лишь знал, что всех детей из их любовного союза забрали одного за другим, начиная с него самого. Но ведь с ней всё хорошо, да? Ведь правда?