"Малиновый костёр". Глава 1. Ч.1

Он.

Монотонный стук ножа по старой деревянной доске. Хруст отделяющихся кусочков от картофеля. Шум горящего газа со стороны плиты и закипающая в кастрюле вода. Моё собственное равномерное дыхание, ради которого приходится прикладывать некоторые усилия. Как бы я ни старался сосредоточить внимание на окружающих меня звуках, совсем отвлечься не получалось.

Закинув картофель к подпрыгивающим в воде кускам мяса, я ополоснул руки и схватился за полотенце. Ладони начали неприятно гореть от того, как усердно я пытался убрать с них воду. Готовка уже давно стала настолько привычным делом, что можно было просто утонуть в потоке мыслей. Особенно в этой проклятой тишине. Мой взгляд обратился в дверной проём. А почему тишине?

Я убавил газ и быстрыми шагами направился в гостиную, к проигрывателю пластинок. Неважно, что сейчас будет играть, лишь бы были слова. Схватив первую попавшуюся пластинку, осторожно положил её на опорный диск и опустил иглу. Щёлкнула кнопка запуска под моим пальцем, и после пары секунд привычного потрескивания заиграли инструменты. Так будет гораздо лучше.

Подпевать получалось плохо, потому что этот язык я не изучал так подробно, но нести тарабарщину всё же было лучше. По крайней мере, теперь я мог вернуться на кухню и закончить с супом, не думая о том, что готовлю его на двоих. Положил заранее очищенную морковь и приступил к её нарезке под собственный голос и музыку, доносившуюся из гостиной.

С морковью всегда была проблема – как бы хорошо мы ни затачивали ножи, всё равно он соскользнёт неровно, и придётся работать с тем, что есть. Потому, отказавшись пару лет назад от привычной тогда нарезки полосками, я приучил себя к более крупным кускам. По-своему, в блюдах вроде рагу это было даже лучше, но в супе всё никак не получалось привыкнуть к этим полукругам, плавающим в бульоне. По крайней мере, обжарка может спасти положение.

Покончив с ненавистным овощем, я наскоро нарезал лук полукольцами, бросил на нагревшуюся сковороду щедрый кусок масла и отправил вместе с морковью пассироваться. Подумав, добавил в обжарку немного толчёного перца и паприки. Терпеливо помешивая, дождался, когда лук начнёт золотиться, и отправил в кипящий бульон. Не слишком ли жидкий получится суп?

Подойдя к холодильной камере, дёрнул ручку и откинул крышку. С неприятным скрипом она поползла вверх, демонстрируя своё скромное содержимое. За эти три дня, что я был один, что-то уже успело пропасть, да и в целом запасы еды подходили к концу. Надо будет отправиться в город, но сейчас явно не до этого. Нужно сначала дождаться.

Захлопнув крышку, я повернулся к стоявшей рядом корзине с овощами. По крайней мере, они не испортились. Я опустился перед корзиной и без особого интереса покопался среди картофеля, моркови и лука с чесноком. Выудил всю скопившуюся за пару недель шелуху и пару сгнивших овощей с самого дна. Придирчиво осмотрел головку чеснока, давшую стрелки. Вроде гнить не собирается.

Я стиснул чеснок между пальцев и поднялся с колен. В длинном горшке, стоявшем на подоконнике, уже не было места. То ли оставить, как есть, то ли поискать место в оранжерее. Подумав, я всё-таки отложил чеснок в сторону – закончу с супом, а там уже решу, что делать. Нужно ещё зелень добавить.

Положив на доску перед собой петрушку с укропом, взял нож. Внезапно раздался резкий щелчок со стороны плиты, заставивший меня вздрогнуть, и я обернулся. Ещё один щелчок, а потом ещё несколько. Я наклонился, заглядывая под кастрюлю. Газ закончился.

- Да Случай тебя дери! – в сердцах бросил я плите. Ответа от неё ждать точно не стоило.

Рука резко опустилась, вонзая лезвие ножа в доску. Привыкшая лишь к нарезке на ней, деревяшка протяжно скрипнула, почти жалобно. Не обращая на неё внимания, я машинально повернул ручку на плите, перекрывая доступ газу, и ринулся в гостиную. Музыка продолжала играть, низкий голос солиста даже не думал умолкать. Ему не было дела до происходящего.

Собрав волю в кулак, я со всей возможной осторожностью выключил проигрыватель, снял иглу и убрал пластинку на место. Внутри всё кипело, а голова, опустевшая без музыки, наполнялась мыслями. «Я ведь просил не ходить в одиночку далеко». «Почему до сих пор нет вестей?». Сотни копошащихся в разных уголках разума мыслей скреблись, как назойливые жуки.

Не одеваясь, я выскочил наружу. Тело обдало холодом, колючий ветер бросил в мою сторону ледяные капли дождя. Я и не заметил, что погода так испортилась. Отгоняя мысли о том, что могло произойти, я сосредоточился на газе. Взять новый баллон из сарая и заменить старый. Взять новый, поменять его местами со старым. Ничего больше.

Краем глаза за косыми каплями дождя я уловил движение. Кто-то бежал в сторону нашего дома, размахивая руками и перекрикивая шум падающей с тяжёлых тёмных туч воды. Я развернулся в сторону бегущего и поспешил ему навстречу. Расстояние между нами сократилось достаточно, чтобы я услышал заветные слова:

- Нашли! – сложив ладони рупором, снова крикнул Эрленд. – Они нашли!

- Где?!

- Дом того умалишённого живодёра.

_________________________________________________________

Она.

Сознание медленно возвращалось, а вместе с ним проявилась и неприятная боль в затылке, словно по голове ударили чем-то тяжёлым. Пальцы машинально потянулись к тому месту, где горело особенно сильно, и я попыталась сесть, упираясь свободной рукой в то, что, как я думала, является матрасом. К моему удивлению, ладонь нащупала только какую-то тонкую ткань, сквозь которую прорывались мелкие иглы, похожие на… сено?

Наконец открыв глаза, я огляделась. Комната, в которой я оказалась, была практически пустой. Источником света в ней служило лишь окно. Возле этого подобия кровати обнаружился мой рюкзак, и я поспешила проверить содержимое. Кроме книги, ничего не пропало, и это несколько успокоило меня. Даже кошелёк с деньгами и банковскими картами остался нетронутым. Однако отсутствие какой-либо другой мебели в комнате невольно нагоняло ужас. Зачем кому-то пустая комната?

Глубоко внутри нарастало ощущение, что я сейчас не то, что далеко от дома или парка, где я была до этого. Я была далеко даже от своей страны, как минимум. Иначе объяснить по-осеннему холодный воздух и дождь за окном после сильной июньской жары у меня не получалось. Это сколько же времени я пробыла в отключке, учитывая такие изменения в погоде?

Стараясь отвлечь разум от подступающей паники, я попыталась вспомнить, что же привело меня в эту комнату. Ну или, по крайней мере, что стало причиной моей внезапной транспортировки. Точно помнила, что незадолго до этого разговаривала с мамой. Нет, не разговаривала, скорее… ругалась? Как минимум, я точно говорила с ней на повышенных тонах. Потом она попросила никуда не уходить и ждать её приезда. Зная, что путь у неё займёт не менее часа без учёта пробок, я решила всё же ненадолго пройтись в парке, остудить голову. В будний день народу было не сказать, что много, но на главной площади было какое-то количество людей.

Пока я придумывала способы не сорваться на крик и не заплакать на эмоциях, взгляд невольно приковался к странному молодому человеку. Он подходил к прохожим и спрашивал, не видели ли они его сестру. После очередного отрицательного ответа он вдруг заметил меня, на его лице едва заметно мелькнула ухмылка. Губы его шевельнулись, тихо и чётко проговаривая одно-единственное слово – «подходит». Мгновение, и я замечаю, как он стремительно движется в мою сторону, попутно крича за спину что-то вроде «да-да, вот она, спасибо большое за помощь».

Идея, пришедшая мне тогда, оказалась максимально глупой – вместо того, чтобы пойти ближе к другим людям и смешаться с толпой, я быстрым шагом направилась вглубь парка, где почти никого не было. За спиной я слышала его шаги. Слышала, как он звал меня: «Сестрёнка, подожди!». Только я собралась перейти на бег, как он настиг меня, схватив за руку и с силой потянув к себе.

Убеждаясь, что вокруг нет лишних глаз, молодой человек оттащил меня в сторону деревьев. Эффект неожиданности сыграл со мной злую шутку, потому что попытки вырваться оказались безуспешными. Казалось, его это даже подзадорило – одной рукой крепко стискивая мои запястья, другой парень до боли надавил мне на рот. Ни открыть, чтобы укусить, ни тем более закричать я не могла.

Без особой надежды, я всё-таки предприняла ещё одну попытку и, что было сил, лягнула его пяткой под колено. Стиснув зубы, он замычал от боли, и выпустил мои запястья. Едва я успела этому порадоваться, как он сильнее надавил на мою голову той рукой, что закрывала мне рот, а потом раздалось подозрительное шуршание. После этого – лишь боль в затылке и темнота, а затем и эта чёртова комната, в которой я пришла в себя.

Радоваться тому, что он, по крайней мере, будет немного хромать, не получалось. Очевидно, что этот странный парень не оставил меня в одиночестве надолго. Но этим определённо нужно воспользоваться, хоть как-то. Не зная, сколько у меня осталось времени, чтобы продумать дальнейший план действий, я встала на ноги и подхватила рюкзак. Медленно, почти бесшумно застегнула на нём молнию и закинула на плечо. Только бы ничего не гремело там.

Первый, самый банальный вариант, я тут же отбросила. Выходить через дверь как минимум небезопасно. Может, он уже где-то там неподалёку. Подранная ткань на сене не выглядела достаточно крепкой, чтобы её можно было применить. Взгляд метнулся к окну справа от меня. Да, это будет получше.

Крадучись дойдя до застеклённого квадрата света, я как можно тише потянула ручку, распахнула окно и посмотрела вниз. Ветер трепал волосы за спиной, но мне было не до того, чтобы собирать их. Как оказалось, эта комната находилась на втором этаже дома. Внизу на сильном ветру колыхалась осока. Газоном этот человек явно не заинтересован – даже при беглом взгляде можно с уверенностью сказать, что трава мне по пояс, не ниже.

Я похлопала по подоконнику, затем стиснула дерево пальцами и пошатала вперёд-назад. Хлипкий, но мой вес какое-то время удержать сможет. По крайней мере, не развалится в ту же секунду, как я на него встану.

_________________________________________________________

Он.

«Из всех возможных – именно к нему?!» - не мог перестать думать я. В довесок к этой мысли прибавлялись и проклятия в адрес законодательства, которое только урегулировало деятельность охотников на оборотней лет десять назад. Их история и живодёрские «традиции» не стоят того, чтобы кого-то из сородичей продолжали забирать. Пусть им теперь и поставили запрет на «особые виды жестокости».

Плана у меня не было, даже какого-то скромного намёка на него. Спасти и вернуться, вот и всё. Шерсть успела промокнуть насквозь, а лапы то и дело тонули в грязи, словно Случай измывался надо мной. Только дал мне надежду, и тут же чинит препятствия. Ну уж нет, я свою семью не брошу. Свернув с Тропы, я поспешил через деревья, в сторону просвета. Дом этого живодёра там, я точно помню.

Я увидел промокшую насквозь голубую шерсть Зу-Зу почти сразу, как показался дом – он сидел у самого порога задней двери, на его задних лапах красовались кандалы. Вот она – верность традициям. Зубы в пасти заскрежетали от отвращения, сильнее стискивая металлический лом. Зу-Зу выглядел истощённым и уставшим – в дом его явно не пускали, и он все эти дни сидел на улице под проливным дождём. Сомневаюсь, что его кормили достаточно, если вообще хоть немного кормили.

Пригнувшись, я прошёл по густой высокой траве вдоль стены, подбираясь ближе к лису. Казалось, он успел смириться со своей участью, но, завидев меня, просиял и жестом позвал к себе. Оглядевшись по сторонам, я подошёл ближе к нему и прижал к себе. Шерсть Зу-Зу пропахла дождём и грязью, в которой он сидел. Высказаться о его неосторожности у меня не получилось:

- Да, я знаю, знаю, я очень сильно сплоховал, - полушёпотом затараторил он, пока я возился с кандалами. – Но, если хотим уйти живыми оба, то поспеши-ка применить этот проклятый лом. Он сегодня явно занят, притащил какую-то девушку.

- Какую-то девушку? – невольно отвлёкся я. – Она из наших?

- Точно нет, но явно не добровольно висела у него на плече без сознания, пока он её в дом затаскивал.

- Зу-Зу, ей нужна наша помощь. Вдруг он собирается её в рабство отдать или ещё чего похуже?

Зу-Зу на мгновение замер, прикидывая возможные варианты. Его опасения по поводу того, чтобы помочь неизвестному человеку, были понятны - семья этого охотника на протяжении многих поколений славилась своей жестокостью, и он уж точно не хотел оставаться здесь даже на небольшой промежуток времени. Судя по тому, как лис поморщил свой нос, особых идей по оказанию сиюминутной помощи той девушке у него не было.

- Мы сразу же отправимся к Трувуду, - заверил он меня, потирая затёкшие лапы. – Он что-нибудь придумает, я в этом уверен. Может, отправит кого-нибудь. Она же на территории Леса.

Не совсем довольный, я тяжело вздохнул. К сожалению, в наших условиях это был единственно возможный вариант помочь ей. Ни я, ни Зу-Зу, не имели ни малейшего представления, в какой части дома она находится, к тому же был риск столкнуться с охотником лицом к лицу. Сомневаться в помощи Старейшины не было повода, поэтому я кивнул лису, сломал цепь на второй его лапе, и уже волком указал ему на свою спину. Зу-Зу послушно залез, держа одной лапой лом, и я пошёл в обратном направлении по густой траве, как можно ближе пригибаясь к земле. Краем уха я услышал над головой какую-то возню. Кажется, открылось окно этажом выше?

- Ты куда собралась?! – раздался голос охотника. Нужно было торопиться.

Кто же мог знать, что помощь все-таки в каком-то смысле мы ей окажем, да еще и так быстро, да еще и моя спина пострадает. Прилетело мне с высоты второго этажа, от неожиданности я обратился, вскрикнув. Зу-Зу так и остался сидеть на мне, только лом он уже крепко сжимал двумя лапами. Каким-то чудом его не зацепило – наверное, из-за того, что он сидел на шее.

- Да слезь ты, Зу! - рыкнул я, махая на него рукой. – Что это сейчас было?!

Не то что бы было зверски больно, но спина ныла. Я сел, потирая ушибленное место, взглядом ища что-то или кого-то, упавшего сверху. Очевидно, это была та девушка, про которую упоминал Зу-Зу. Но то, что она пойдёт на такой опасный прыжок с высоты второго этажа, было неожиданностью. Даже сородичи, и те не все могли решиться на подобный риск, так и ноги повредить можно.

Наконец найдя её глазами, я замер. Прямо на меня смотрела пара чёрных зрачков, окаймлённых серо-зелёной радужкой. Как два маленьких отражения туманного Леса с тёмными лунами. На мгновение мне показалось, что ничто не сможет заставить меня оторваться от этих глаз.

Раздавшийся над головой предупредительный выстрел, впрочем, поспешил убедить меня в обратном.

_________________________________________________________

Она.

Оглушительный выстрел быстро привёл меня в чувство. Ни секунды не раздумывая, я подскочила и бросилась в сторону леса, не разбирая дороги. Воздух здесь был очень странным и непривычным, сильно отличался даже от заповедника, в который я часто ходила. Как будто поблизости не было даже захудалой легковушки с этими мерзкими выхлопными газами. Меня точно увезли далеко за пределы города.

За спиной раздался крик:

- Покажьте, просимо!

Мужской голос, но тому парню, из дома которого я только что сбежала, точно не принадлежал. Видимо, это был тот, на которого я смотрела. Как он там оказался, ещё и с тем лисом странного окраса, я не догадывалась. Возможно, он спасал этого маленького зверька с голубой шерстью, иначе откуда у них бы взялся лом?

- Отстань! – обернувшись, крикнула я ему. От него и лиса валил густой пар, будто он только-только вышел из горячего душа в проветренную до мурашек комнату. – Ты с этим ублюдком заодно, да? Чёрта с два я вернусь!

Взгляд молодого человека метнулся к лису. Тот посмотрел на него с явным выражением непонимания на морде. Останавливаться или хотя бы замедляться он, впрочем, даже и не планировал. Прижав лиса к себе, он быстро сокращал расстояние между нами, и снова крикнул, уже на знакомом мне языке:

- Да говорю же, подожди! Мы не с ним, Случаем клянусь!

На мгновение мне захотелось поверить ему. Но, учитывая случившееся ранее, эта мысль быстро улетучилась. За ней улетучилось и равновесие – не заметив торчащий из-под земли корень, я зацепилась за него носком кеда и упала плашмя, едва успев выставить перед собой руки. В ладони вонзились осыпавшиеся с растущей рядом ели иголки, и я зажмурилась. Руки машинально метнулись к груди, словно ища там защиты.

- Дурна дивча, - раздался новый голос откуда-то спереди. – Сказали же, не с ним мы, а ты всё убегаешь!

Моего плеча коснулась чья-то тёплая и мокрая от дождя ладонь. Я тут же отшатнулась от непрошеного прикосновения. В глазах напротив читалось лишь желание помочь, и, сама того не заметив, я успокоилась.

- Не бойся так, - мягко проговорил молодой человек, убирая налипшие на лоб пряди свободной рукой. Правую он всё ещё протягивал ко мне. – Ты не шибко поранилась? Нам треба бежать, здесь всё ещё небезопасно.

Его манера речи была странной. По большей части, я понимала как минимум смысл его слов. Но некоторые из них по отдельности казались одновременно и знакомыми, и чужими. Такое ощущение бывает, когда повторяешь какое-то слово несколько раз подряд и уже сомневаешься в его существовании.

Молодой человек подался вперёд, настойчивее протягивая свою руку. Сам ведь сказал, что нужно бежать, а при этом и лиса странного спустил на землю, и сел так, чтобы быть со мной на одном уровне. Может, стоит ему довериться? Всё ещё не до конца уверенная, я взялась за протянутую руку. Его пальцы осторожно сжали мои, и парень потянул меня за собой, заставляя встать на ноги. Лёгкая улыбка мелькнула в уголках его рта, а потом он быстро посерьёзнел:

- Коли ноги не шибко болят, возьмёшь Зу-Зу? Я выведу нас к безопасному месту, а потом решим, что робить дальше.

Я кивнула, и в этот же момент сзади нас раздался голос того ублюдка:

- Пшинес е з повротем, помиот Орлиетт! Тераз взрочь дивчине и зверя!

Лис запрыгнул ко мне на руки, всем своим небольшим телом прижимаясь ко мне. Он был несколько тяжеловат для своего размера, а его шерсть промокла насквозь, словно он просидел под проливным дождем не один день. Холодная дождевая вода тут же просочилась под тонкую ткань футболки, от чего меня передёрнуло. Однако от самого животного исходило приятное тепло. Его маленькое сердечко отбивало бешеный ритм.

Лом уже оказался в руках молодого человека. Крепче взяв меня за руку, он потащил меня с лисом на руках за собой, быстро переходя на бег. За спиной раздавались проклятия и ругательства, но от бешеного стука сердца в ушах их почти не было слышно. Несмотря на тысячи мыслей, метавшихся в этот момент в голове, я всё же продолжала бежать за этим неизвестным парнем вглубь неизвестного леса. Я понимала, что нельзя сейчас разговаривать – все силы уходили на бег, и любая лишняя трата энергии, возможно, могла стоить жизни всем троим. Молодой человек не отпускал мою руку, петляя между деревьями, словно заметал следы. Лис сильнее прижимался ко мне, заглядывая мне за спину. Хотел убедиться, что за нами нет погони?

В какой-то момент незнакомец начал замедляться, а потом вовсе перешёл на шаг, отпуская мою руку:

- Всё, тут безопасно. Сейчас выйдем на Окружную тропу, тут до Волчьей – рукой подать, - сообщил он мне, прерывисто дыша. – Можешь отпускать Зу-Зу, дальше он сам.

Послушно опустив лиса на землю, я упёрлась ладонями в изодранные колени. Мало того, что порезала ноги об траву у того дома, ещё и из-за того корня умудрилась пораниться. Горло после неожиданного забега горело изнутри, требуя хоть глотка воды. Выдыхая, я сглотнула слюну. Не буду же я стоять и набирать в ладони дождевую воду.

- Спасибо, - незаметно для самой себя проговорила я. Несмотря на горящее горло, из меня посыпались вопросы: - Что тут происходит? Кто ты такой? А ОН кто такой? Что это был за человек? Что вы двое там делали? Где я? Почему тут дождь и холодно, как будто не лето на дворе, а осень? Какого…

Маленькая лапа коснулась моей голени, останавливая. Такого ясного и понимающего взгляда, какой был у этого лисёнка, я не встречала ещё ни у одного животного. Если оглянуться на всё, что уже успело произойти, не удивлюсь, если тот голос, который назвал меня «дурной дивчей», принадлежит ему.

- Успокойся, просимо, и выдохни, – да, это был именно тот голос. Видимо, огрел меня тот ублюдок сильно. – Давай не спеша и по порядку – меня спасали от охотника, тебя тоже, по воле Случая. Он – Максимилиан, но пока выговоришь, язык сломаешь. Я – так уж точно не хочу заморачиваться. Думаю, он не будет против, если будешь называть его Максом, - могу поклясться, что в этот момент парень недовольно пробормотал «Я бы и сам справился», – меня можешь звать Зу-Зу, это ты и так поняла. Про следующие два вопроса, полагаю, тоже и так понятно, так что без лишних объяснений. Ты вместе с нами в Лесу Оборотней, а дождь… ну, очевидно, потому что сейчас пасмурно, осень, самое время для дождя. Сезон всё-таки, ничего не попишешь.

Я непонимающе уставилась на него. Какой ещё охотник? Что за «Лес Оборотней»? В каком смысле – осень? И этот лис что, действительно говорит?! Что вообще, чёрт возьми, со мной произошло? Заметив выражение моего лица, парень, которого лис назвал Максом, убрал от меня маленькую лапу.

- Ты только хуже сделал, - устало вздохнув, пробормотал он, а затем снова посмотрел на меня. – Тебя-то хоть как зовут?

- Иветта. Но, если неудобно, можно просто Ив, - неуверенно откликнулась я. Холодные капли дождя уже стали привычными, но вот периодические порывы ветра вызывали неприятные мурашки по телу.

- Что же, будем знакомы, Иветта, - парень улыбнулся. – Прости, но придётся сразу тебя огорчить – я не смогу вернуть тебя домой. Ты к нам попала из другой Реальности, а обратно – только с тем же телепортом. А телепорт, понятное дело, у того кретина.

Не успела я удивиться возможности телепортации, как последние слова нового знакомого больно ударили по сознанию. Хоть вернуться и есть шанс, но очень маленький и небезопасный. И неизвестно, чем может закончиться очередная встреча с тем странным «охотником».

Лис переминался с лапы на лапу. Видимо, он уже достаточно провёл времени в плену, и ему не терпелось оказаться в полной безопасности. Выражение лица Макса казалось напряжённым, словно он, помимо своих проблем, ещё и мою пытался решить.

- Ив, - позвал меня Зу-Зу, - может, останешься у нас? Мы с Максом, конечно, не шибко стратеги, но втроём уж точно сможем что-то придумать.

Он перевёл испытующий взгляд на Макса. Чёрт их разберёт, какая у этих двоих иерархия в доме, но, судя по выражению морды лиса, он мог только предлагать, а окончательное слово было за этим парнем. Тот на мгновение опешил:

- Не смотри на меня волком! – возмутился Макс. – Иветта, если ты хочешь, мы с радостью примем тебя к себе.

Холодный ветер вдруг перестал ощущаться на лице. Вместо этого я почувствовала, как заполыхали мои уши. Неожиданно щедрое предложение от того, на кого я свалилась со второго этажа. Ещё и убегала, едва не назвала ублюдком наравне с «охотником», похитившим меня. Две пары глаз были обращены в мою сторону, терпеливо ожидая ответа.

В этой «Реальности», как выразился Макс, обо мне знали лишь он с Зу-Зу и тот выродок. Вернуться обратно не представлялось возможным, учитывая все возможные и невозможные риски. И из всего этого вытекал только один вывод – идти мне некуда. Только слепо довериться незнакомцам, помогшим сбежать от «охотника», и принять их приглашение.

- Я… буду очень благодарна, если вы позволите остаться, - переборов смущение, скороговоркой пробормотала я.

- Значит, решено, Иветта из другой Реальности. Пойдём, тут хвылин тридцать  пешего пути.

Опять эти непонятные словечки. Звучащие знакомо и интуитивно все-таки разбираемые, но при этом странные. Ведя меня и лиса за собой, Макс молчал, лишь изредка реагируя на рассказы Зу-Зу о том, какого страха он натерпелся, будучи в плену. Сама я старалась лишний раз не влезать в их разговор. Но вот взгляд, который никак не хотел переключаться на что-нибудь другое, оставался прикован к спине впереди меня.

Макс был ощутимо выше меня, минимум на голову. Его спину облепляла не по погоде лёгкая рубаха – видимо, он планировал всю дорогу быть зверем, но мое появление слегка испортило его план. Волосы его были достаточно длинными, чтобы он мог собрать их в маленький хвост на затылке, хотя часть челки, скорее всего, выбивалась бы из общей массы. В каждом ухе у него я разглядела по три серьги. Не сказать, что он выглядел как-то необычно – в плане того, что каких-то там волчьих-кошачьих-медвежачьих ушей и хвостов у него ниоткуда не торчало. В целом он создавал впечатление сильного и, если можно так выразиться, безопасного человека, которому можно довериться. Конечно, если исключать лом, крепко сжатый в кулаке. Лом внушал лёгкий страх.

Идя сзади, в глаза ему посмотреть явно было бы затруднительно, но они мне запомнились. Два внимательных ледяных озера, с особой сосредоточенностью всматривающиеся в моё лицо. До дурманящего головокружения знакомое чувство вдруг вспыхнуло где-то глубоко внутри. Разница была лишь в том, что никогда в жизни оно не было настолько сильным и настолько очевидным. Я недовольно замотала головой и отбросила эти мысли.