Макулатура

Утро было обычным. Настолько обычным, что сначала Руслан даже не понял, почему проснулся раньше будильника. За окном стояло спокойное сероватое небо, сквозь которое лениво пробивался утренний свет. Где-то внизу уже начинали шуметь машины, хлопали подъездные двери, редкие прохожие торопливо проходили мимо окон. Всё было привычно. Всё было как всегда. И всё же внутри что-то было не так. Точнее — наоборот. Слишком хорошо. В груди оставался тёплый, странный осадок от вчерашнего вечера. Он не давал снова уснуть. Не тревожил, не мешал. Просто тихо жил где-то под рёбрами и время от времени напоминал о себе — вчерашний первый поцелуй…

Руслан лежал на спине и смотрел в потолок ещё несколько минут, вспоминая, как это произошло. Как Даня тогда смотрел на него. Как наклонился. Как это оказалось совсем не страшно — наоборот, спокойно и правильно. Он перевернулся на бок, нащупал телефон на тумбочке и почти не задумываясь написал:

— «Доброе утро.»

Сообщение ушло. Ответ пришёл быстро. Даже слишком быстро для случайности. Даня спросил, как он себя чувствует. Не замёрз ли вчера. Не простыл ли. Вчера ведь было холодно под вечер.

Руслан улыбался экрану телефона. Эта забота со стороны Данилы ощущалась почти физически.

— «Всё хорошо», — написал он и поймал себя на том, что улыбается. Не специально, само получилось. Будто тело реагирует быстрее, чем мысли. 

Он ещё немного полежал, перечитывая короткий диалог, будто в нём скрывалось что-то большее, чем просто утренние слова, потом всё же заставил себя подняться.

На кухне было тихо. Чайник зашумел, тостер щёлкнул. Руслан ел медленно, почти не чувствуя вкуса еды — мысли всё равно возвращались к вчерашнему вечеру. Он вспоминал сквер, ветер, теплую руку Дани. Его голос. Сидел и мечтательно жевал тост, концентрируясь только на одном. 

Душ помог окончательно проснуться. Слегка прохладная вода стекала по плечам, и вместе с ней уходило остаточное утреннее сонное состояние. Но ощущение внутри — то самое — никуда не исчезало.

Он собрался. Надел куртку, проверил телефон, взял ключи. И поехал на работу.

В кофейне всё было привычно до мелочей. Он приехал немного раньше начала смены. Открыл дверь своим ключом, включил свет. Зал постепенно наполнился мягким тёплым освещением. Руслан запустил кофемашину, проверил витрину, разложил стаканы. Все движения были отработаны до автоматизма, руки знали порядок лучше него самого.

Первые клиенты пришли почти сразу. Кто-то брал кофе с собой, кто-то оставался за столиками. Руслан спокойно принимал заказы — готовил кофе, сдавал сдачу, слушал короткие рассказы посетителей, если те хотели пообщаться. И всё это время улыбался. Чуть чаще обычного, чуть теплее обычного. Иногда он ловил себя на том, что просто смотрит на кофемашину, ничего не делая пару секунд — и думает совсем не о работе. О вчерашнем поцелуе, мысль о котором все никак не мог отпустить.

Он даже не заметил, как день постепенно подошёл к вечеру. Часы показали 17:42. Но он даже не смотрел на них. Не заметил и того, как дверь кофейни тихо открылась, колокольчик над входом звякнул привычно.

Даня вошёл внутрь. Он подошел к стойке спокойно — так, как делал это каждый день. Сел напротив, и какое-то время просто наблюдал за Русланом. Тот в этот момент что-то раскладывал за баром, перекладывал крышки для стаканов и улыбался сам себе — той самой странной улыбкой человека, у которого случилось что-то хорошее. Будто у него произошло настоящее счастье. Хотя на самом деле это был всего лишь осадок вчерашнего вечера. Однако… Первый поцелуй. Тоже своего рода настоящее счастье. 

— Я смотрю, настроение отличное.

Голос прозвучал прямо напротив. Руслан поднял голову и сразу увидел Даню. Щёки вспыхнули почти моментально, он даже на секунду замер. Даня сидел, чуть наклонив голову, и смотрел на него внимательно, с той самой лёгкой усмешкой, которую Руслан уже начинал узнавать.

— Это из-за тебя, — почти наигранно со злостью и обидой сказал Руслан, слегка нахмурившись и отворачиваясь к кофемашине, будто был недоволен.

Даня рассмеялся. Тихо, но тепло.

— О, прости меня… — произнес тот с сарказмом в голосе. 

Руслан тоже не выдержал и улыбнулся. Напряжение исчезло почти сразу.

Он поставил чашку под носик кофемашины, насыпал кофе, нажал кнопку. Пар мягко поднялся вверх, а запах свежемолотых зёрен быстро заполнил пространство между ними.

Руслан приготовил ему кофе аккуратнее обычного. Подписал привычно стаканчик и поставил его перед ним, задержав руку на секунду дольше, чем нужно.

Они немного поговорили. О работе, о рабочем дне. О мелочах, в основе своей. Руслан иногда специально строил ему глазки, совсем незаметно для других. А Даня… всё замечал. И улыбался в ответ. Потом, в какой-то момент, он спросил:

— Ну так, я всё ещё могу забрать тебя после работы?

Руслан посмотрел на него чуть внимательнее. Секунду подумал, хотя ответ уже был готов заранее.

— Да... — сказал он спокойно, но голос всё равно прозвучал мягче обычного. — …Но только если заедем сначала в библиотеку. 

Даня улыбнулся. Многозначительно… почти довольно. Кивнул и встал.

— Конечно. 

Перед тем как уйти, он ещё раз посмотрел на Руслана — коротко, но так, что этот взгляд остался с ним даже после того, как дверь закрылась. Колокольчик снова звякнул, и Руслан остался работать дальше. Но теперь ждать конца смены стало гораздо труднее.

Потому что он точно знал:

вечером они снова увидятся.

***

К концу смены время вдруг стало идти странно. До этого оно летело почти незаметно — чашка за чашкой, заказ за заказом, разговор за разговором. Но после того как Даня ушёл, стрелки часов словно замедлились. Руслан ловил себя на том, что чаще смотрит на дверь, чаще проверяет время, чаще улыбается сам себе без причины.

Когда часы наконец показали 21:13, он почти не поверил. Смена закрывалась уже привычно: они вместе с ребятами протёрли стойку, выключили часть света в зале, проверили кассу, убрали последние чашки на сушку. В помещении постепенно становилось тише — исчезал дневной шум кофемолки, исчезали голоса, исчезала привычная рабочая суета. Кофейня становилась практически ночной, почти домашней. 

Руслан накинул куртку, попрощался с коллегами и вышел наружу. Свежий вечерний воздух сразу коснулся лица. Он вдохнул глубже и почти сразу увидел знакомую машину. Она стояла чуть в стороне от входа — как и тогда раньше. Руслан тихо хмыкнул, улыбнулся, и пошёл к ней. Шаги сами стали быстрее.

Он открыл дверь и сел внутрь. В салоне было тепло, запах знакомый — немного кофе, немного самого Дани. То ли его парфюм, то ли лично его запах… это Руслан еще не до конца разобрал. Тот повернулся к нему сразу. Встретил его мягким, внимательным взглядом. Таким взглядом, от которого становилось спокойно. И чуть улыбнулся. Руслан тоже улыбнулся в ответ. Секунду они просто смотрели друг на друга, только потом Даня завёл машину.

— Поехали сначала в библиотеку, как договаривались?

Руслан кивнул.

— Да.

Машина мягко тронулась с места. За окнами медленно поплыли вечерние огни города. Где-то ещё работали магазины, где-то уже гас свет в окнах домов. На дорогах стало свободнее, чем днём, и ехать было удивительно спокойно. По дороге Даня спросил:

— Какую книгу сдаёшь?

Руслан чуть повернулся к нему.

— Из прошлой серии любимого автора… я её давно дочитал уже, просто всё никак не доходил вернуть.

— Понравилась?

— Да. Очень.

Он говорил спокойно, но иногда всё равно ловил себя на том, что смотрит на профиль Дани чуть дольше, чем нужно. Он немного рассказал ему про сюжет книги и дал свой отзыв, на что получил комментарии о Дане и даже комплимент, что Руслан так вдумчиво оценивает прочитанное. 

Вскоре машина остановилась возле библиотеки. Они вышли. На улице было тихо. Возле входа горел жёлтый фонарь, освещая ступени и стеклянные двери. Войдя внутрь, в библиотеке стояла привычная тишина. Та самая особенная тишина, в которой слышно перелистывание страниц даже через несколько рядов стеллажей. Пахло бумагой, деревом, старой мебелью. И чем-то до боли знакомым… очень детским.

Руслан подошёл к библиотекарю сдавать книгу. Пока он стоял у стойки и разговаривал, Даня оглядывался вокруг. Он действительно бывал здесь много раз, но всё равно взгляд скользил по полкам, по столам, по лампам над читальными местами. Иногда он смотрел на Руслана. Потом снова на книги. Просто ждал. Когда Руслан закончил и подошёл обратно, он сказал почти сразу:

— Надо взять новую.

Даня чуть улыбнулся.

— Какой жанр хочешь?

— Пока не знаю… посмотрим.

И они пошли вдоль полок — медленно, не спеша. Иногда останавливались, иногда наклонялись ближе к корешкам книг, иногда читали названия вслух, иногда обсуждали авторов. А иногда просто шли рядом молча. И это молчание было комфортным. Таким, от которого все внутри приобретает особую теплоту.

Потом они разошлись в разные ряды. Руслан остановился возле высокой полки. Сначала просто смотрел, потом заметил знакомую фамилию автора. Сердце сразу откликнулось. Любимый автор. Но эту книгу он ещё не читал… Он протянул руку. Не достаёт. Потянулся сильнее, встал на носки. Ещё чуть-чуть. Но всё равно не получилось. Он тихо выдохнул, успев подумать, мол, нахрена вообще делают такие высокие полки, и оглянулся.

— Даня?

Голос прозвучал негромко, но в библиотечной тишине его было слышно отчётливо. Даня появился почти сразу — вышел из-за соседней полки.

— Да? Нашёл что?

Руслан показал пальцем вверх на одну из книг.

— Вот эту.

Ещё бы совсем немного — и он бы достал сам, но рост всё-таки не позволял. А Дане, вот, как раз позволял. Тот посмотрел на нужную книгу. Кивнул и подошел ближе. Остановился очень близко, почти вплотную. И… неожиданно, одной рукой аккуратно приобнял Руслана за талию, другой потянувшись вверх.

Руслан замер. Прямо сразу. Плечи чуть напряглись, дыхание сбилось. Он почувствовал его ладонь на своей талии — тёплую, уверенную, спокойную, слегка тяжелую. Щёки моментально налились краской, он отвёл взгляд в сторону, пытаясь сделать вид, будто внимательно рассматривает соседние книги, хотя на самом деле почти перестал понимать, что происходит вокруг.

Даня спокойно достал книгу. Посмотрел на него и улыбнулся.

— Вот.

Потом чуть наклонился ближе, практически шепча на ухо:

— Ну что ты?… я же ничего не сделал.

Он мягко поцеловал его в макушку, будто это было самым естественным жестом на свете.

Руслан окончательно растерялся. Он медленно поднял взгляд. Сначала на книгу, потом на руку на своей талии. Потом — на Даню. Тот продолжал смотреть спокойно. Уверенно, без спешки. Протянул книгу ещё раз:

— Я достал.

Напомнил он, и от этого Руслан почувствовал себя так неловко, будто действительно стал в моменте каким-то пятнадцатилетним школьником. Даня же тихо посмеялся, умиляясь внутри. Только после этого он убрал руку с его талии, когда Руслан наконец взял книгу и провел пальцами по обложке.

— Это новая из серии моего любимого автора… я её ещё не читал.

— Значит берёшь?

— Да, конечно.

Они пошли обратно к стойке библиотекаря. Шли рядом. Иногда их плечи слегка касались друг друга… и каждый такой случайный контакт почему-то ощущался слишком заметно.

Книгу записали в карточку. Библиотекарь поставил штамп и вернул её Руслану. Парни вышли обратно на улицу — вечер стал ещё темнее, фонари светили ярче, воздух стал прохладнее.

Они снова сели в машину — машина мягко тронулась от библиотеки. Некоторое время они ехали молча. Это было не неловкое молчание. Не пустое. Оно было глубоким — таким, которое возникает, когда рядом человек, с которым можно не подбирать слова.

Руслан сидел, держа книгу на коленях, иногда проводя пальцами по её обложке, будто проверяя, действительно ли она теперь у него. Иногда он смотрел в окно. Иногда — на отражение Дани в стекле. Он заметил, куда они поворачивают, и почти сразу понял. Набережная. Та самая. Та, где они гуляли в первый раз. Почему именно сюда — он не знал, но и спрашивать не стал. Просто посмотрел на Даню чуть внимательнее. Тот вёл машину спокойно, будто это был самый естественный маршрут на свете. Руслан тихо кивнул самому себе и больше ничего не сказал.

Они доехали довольно быстро. Машина остановилась на знакомом месте, фары погасли. Вечер вокруг сразу стал тише. За пределами салона слышался только ветер и плеск воды где-то впереди. Они вышли. Воздух здесь оказался прохладнее, чем у библиотеки. Свободнее, свежее. Руслан вдохнул глубже. И почти сразу Даня взял его за руку, как будто это уже стало привычным. Как будто так и должно быть. Руслан на секунду посмотрел на их сцепленные пальцы, после сжал руку в ответ.

Они пошли вдоль набережной. Шли медленно, почти синхронно. Иногда их плечи касались друг друга. Иногда Даня слегка притягивал его ближе к себе, когда дорожка становилась уже.

Вокруг было тихо. Редкие прохожие появлялись где-то вдалеке и исчезали так же незаметно, вода тихо шуршала у бетонного края, фонари отражались в тёмной поверхности длинными золотыми дорожками.

Они подошли ближе к воде. Остановились. Так же, не отпуская рук. Стояли рядом, молча. Смотрели вперёд — на воду, на отражения огней, на редкие волны, разбивающиеся о край набережной. Ветер мягко двигал края их курток, иногда задевая волосы. Никто из них не говорил. И это молчание было полным смысла.

Через какое-то время Руслан медленно поднял голову. Посмотрел на Даню. Долго, очень долго, не отводя взгляда. Сначала осторожно, мельком, потом увереннее. Он смотрел на линию его профиля, на губы, на ресницы. На то, как ветер слегка трогает его волосы. Он практически любовался им, в открытую.

Даня заметил этот взгляд почти сразу, но не повернулся. Сначала. Он видел его боковым зрением, чувствовал. Понимал. Но ждал.

Прошла почти минута, потом ещё немного. И только когда стало ясно, что Руслан всё ещё смотрит на него, он медленно повернул голову, встретив его взгляд. Теперь они смотрели друг на друга. Долго, очень близко, всё ещё держались за руки. Руслан почувствовал, как сердце начинает биться быстрее. Он медленно привстал на носочки, будто собирался потянуться вперёд сам. Даня это заметил сразу. И внутри себя широко улыбнулся, умилился, но виду не подал. Он наклонился сам, чтобы Руслану не пришлось тянуться, но остановился буквально в нескольких сантиметрах от его лица. Немного погодя, тихо, низким голосом он спросил:

— Можно?

Руслан кивнул почти сразу, быстро. Будто боялся, что если не успеет — момент исчезнет. И через секунду их губы встретились. Поцелуй получился мягким, теплым. Совсем не таким неожиданным, как первый. Он длился немного дольше. Руслан чувствовал дыхание Дани рядом, чувствовал тепло его губ. Чувствовал, как тот чуть сильнее сжимает его руку.

Когда они отстранились, Руслан сделал шаг вперёд сам, почти автоматически, и положил голову ему на грудь. Обнял. Без слов. Будто это было самым естественным движением на свете. Даня сразу положил руки на его талию. Уверенно, без колебаний. Прижал чуть ближе, а Руслан и не протестовал. Совсем. Наоборот — ещё немного придвинулся.

Так они стояли несколько минут — в полном молчании, но это молчание говорило всё само за себя. Ветер шуршал над водой, где-то вдалеке проехала машина. Отражения фонарей медленно двигались по поверхности реки.

И только потом, через несколько минут, словно убедившись, что говорить уже можно, Даня наклонился ближе, тихо шепча Руслану в волосы:

— Вернёмся к машине?

Руслан чуть отстранился, поднял голову. Посмотрел на него непонимающе — в его взгляде читался вопрос — зачем? Но Даня не объяснил. Просто ждал ответа. И тогда Руслан всё-таки выбрал:

— Да… хорошо.

Он кивнул. Немного медленно, но уверенно. Даня мягко улыбнулся и повёл его обратно.

Идти пришлось недолго, но всю дорогу его рука лежала на талии Руслана. Спокойно, естественно, уверенно. И от этого жеста Руслан снова заметно смущался — щеки чуть теплели, но он не отстранялся. Даже наоборот — шёл ближе, будто уже привык к этому прикосновению. Будто оно стало правильным.

Они подошли к машине, остановились возле багажника. Вокруг них снова стало тихо. Совсем тихо, будто весь вечер ждал именно этого момента. Сама машина стояла чуть в стороне от дороги. Парковка рядом выглядела почти пустой — пустые парковочные места вокруг, только несколько занятых, старый дорожный знак и один высокий фонарь, который освещал площадку неровным жёлтым светом. Остальное пространство вокруг уходило в мягкую вечернюю тень. Людей не было. Только иногда где-то далеко слышался звук проезжающего транспорта. Руслан остановился чуть в стороне от машины, в стороне от ее багажника и Дани. Он всё ещё не до конца понимал, зачем они вернулись сюда так быстро после набережной. Он смотрел на Даню вопросительно, чуть приподняв бровь, но ничего не спрашивал.

Даня тем временем подошел близко к багажнику. Щёлкнул замок, крышка поднялась вверх. Он наклонился внутрь машины и начал там что-то искать. Руслан сначала просто наблюдал, потом переступил с ноги на ногу, потом снова посмотрел на него внимательнее.

Прошло всего около тридцати секунд, но для Руслана они ощущались вечностью. Он не выдержал:

— Что ты делаешь?..

Спросил он тихо, с лёгким недоумением.

Даня не ответил. Через несколько секунд он выпрямился. Но теперь обе его руки были спрятаны за широкой спиной, явно держа что-то за ней.

Руслан приподнял одну бровь ещё выше, теперь уже почти улыбаясь от любопытства. Даня закрыл багажник мягким движением ладони и сделал шаг к нему. Потом ещё один, и ещё. Шёл медленно, будто специально тянул время. Может, собирался с мыслями.

Он остановился почти вплотную. Настолько близко, что Руслан снова почувствовал его тепло. Даня вдохнул глубже и заговорил. Голос у него стал другим — тише, серьезнее. Ни капли прежней лёгкости.

— Знаешь… мы знакомы довольно давно.

Руслан почти моментально перестал улыбаться. Стал слушать внимательнее.

— Общаемся часто. Очень хорошо…

Он на секунду отвёл взгляд в сторону парковки, будто вспоминал заранее прорепетированную речь. Будто собирался сказать что-то важное. Потом снова посмотрел прямо на Руслана.

— Ты помнишь, как всё начиналось? Как мы впервые встретились?

Руслан кивнул почти незаметно. Конечно он все помнил. До мелких деталей. Тогда Даня продолжил:

— Я тоже помню… и храню в памяти все воспоминания, связанные с тобой. Храню на самой глубине…

Он чуть улыбнулся. Очень искренне.

— …Как самое дорогое, что у меня есть.

Сердце у Руслана начало биться быстрее. Он уже понимал, к чему всё идёт, но всё равно не верил до конца. Слушал, не перебивая. 

— Я думаю о тебе постоянно.

Над парковкой тихо зашуршали листья. Где-то далеко проехала машина. И снова стало почти совсем тихо. Выдержав паузу, Даня чуть усмехнулся — немного смущённо.

— Знаешь, есть такая песня… и там есть строчка: «пока я думаю о тебе меня не отправят на казнь, не растерзает толпа…»

Он посмотрел на Руслана, очень внимательно.

— И здесь так же.

Руслан почти перестал дышать, задержав дыхание, будто почувствовав что-то.

— Ты мне нравишься, Руслан.

Пауза.

Очень короткая.

Но внутри она длилась бесконечно. Руслан выдохнул на этом моменте, смотря Дане в глаза. 

— Я влюблен давно и очень сильно.

Он вдохнул глубже, словно решаясь окончательно. И сказал:

— Кажется… я даже готов сказать, что люблю тебя.

После этих слов он наконец вывел руки из-за спины. Между ними появился большой букет красных роз. Пышный, свежий. Лепестки выглядели почти бархатными в свете фонаря. Красный цвет казался особенно ярким на фоне тёмного вечера.

— Давай встречаться?

Спросил Даня. Не «давай будем вместе», не «ты хотел бы стать моим?», и даже не «…моим партнером?», а именно «давай встречаться». Он явно понимал, что говорит, и ответственно к этому подходил. И теперь уже сам заметно нервничал. Это было видно. По тому, как чуть напряглись плечи. По тому, как он внимательно следил за лицом Руслана. По тому, как он почти перестал двигаться. Ждал. Очень сильно ждал ответа. 

Руслан слушал его чуть нахмуренный. Сначала он правда не понимал, к чему идёт это все. Потом начал догадываться. А когда перед ним появился букет и прозвучали слова: «давай встречаться?», у него внутри будто всё остановилось. Он открыл рот, хотел что-то сказать. Но слова не вышли. Он просто смотрел. Сначала на Даню, потом на букет. Потом снова на Даню. Даня заметил это молчание — его брови чуть приподнялись, взгляд стал осторожнее, менее уверенным. Он уже успел подумать о плохом — об отказе, и о самых худших для него сценариях. 

Но именно в этот момент Руслан будто оттаял. Он осторожно протянул руки, взял букет. Пальцы коснулись прохладных стеблей, лепестки мягко задели запястье. Он поднял взгляд и сказал тише, чем собирался:

— Давай.

На секунду между ними повисла тишина. Потом Даня резко выдохнул. С облегчением, с радостью. С тем напряжением, которое наконец исчезло. Он сразу аккуратно отвёл руку Руслана с букетом немного в сторону — чтобы тот не помялся между ними, и шагнул ближе. Остановился совсем близко и прижал парня спиной к машине. Прохладный металл корпуса почувствовался даже через куртку, но ладони Дани на его талии были тёплыми. Уверенными, смелыми. Теперь уже без прежней осторожности. Будто он наконец получил право держать его так.

Он почти сразу наклонился. Но прямо перед самым важным Руслан прошептал ему в губы:

— Дань… Ты мне тоже очень нравишься. Я тоже очень давно в тебя влюблен… практически с первых наших встреч. 

Даня посмотрел ему в глаза несколько секунд, будто наконец удостоверился в том, что он был прав все это время на счет чувств Руслана, и наконец поцеловал. Этот поцелуй получился сильным, настойчивым, долгим. Будто он действительно очень долго ждал этого момента.

Руслан на секунду растерялся от такого напора — он правда не ожидал этого. Но не сопротивлялся. Совсем. Наоборот, ответил почти сразу. Букет он всё ещё держал в руке, но уже почти не чувствовал его веса.

Следующий поцелуй случился сразу после первого. Потом ещё один. И ещё. Руслан отвечал на каждый. Молча, не отступая, а наоборот, растворяясь вместе с Даней в этом ощущении близости.

Поцелуи становились горячее, глубже, дольше. Пальцы Дани сильнее сжимали ткань его куртки на талии, потом ладони легли шире, еще увереннее. Будто он больше не хотел отпускать его ни на секунду.

Ветер тихо шевелил края букета, лепестки касались рукава Руслана. Фонарь над ними едва слышно потрескивал, а вокруг них всё оставалось пустым. Тихим. Закрытым от чужих взглядов. Будто этот вечер действительно принадлежал только им двоим.

Спустя время, когда поцелуи наконец прекратились, Даня крепко обнял Руслана и наклонился к нему, утыкаясь носом в макушку.

— Возможно… я поспешил со словами про любовь, но влюблен я уж точно…

Он тихо рассмеялся, чуть отстранившись, и Руслан подхватил этот смех, улыбнувшись. Они стояли в объятии, смотря друг другу в глаза. Руслан произнес:

— Тебе не обязательно было тратиться на цветы… я бы и без них согласился. 

— Но тебе ведь приятно. — почти не думая ответил Даня, скорее констатирую факт. 

— Приятно… — смущенно ответил Руслан, мягко улыбнувшись и окинув взглядом букет в своей руке. 

— Ну вот. — недолгая пауза, что будто давала заполнить себя тишиной и своими мыслями. Он добавил: 

— Поедем ко мне?

Руслан на этом моменте задумался, смотря в глаза Дане. Но потом кивнул, сопроводив этот кивок тихим:

— Мг…

Даня мягко улыбнулся и, чмокнув Руслана в щеку, словно не удержавшись, отстранился. Он открыл перед ним дверь и усадил в машину, сам обошел и сел за руль, включив зажигание. Он выехал с парковки и вел машину легко, с улыбкой на лице, иногда поглядывая на Руслана. 

Тот выглядел задумчиво. Словно… думал о чем-то своем, глубоком. Тогда Даня медленно, аккуратно протянул руку и положил ее чуть выше колена Руслана, спросив:

— Все хорошо?

Руслан моментально очнулся от своих мыслей, почувствовав чужую ладонь, и ярко засмущался, кивая.

— Да… задумался просто.

Даня мягко улыбнулся, давая понять, что в этом нет ничего плохого, и спросил, чуть кивнув на свою руку:

— Ты не против?

Руслан немного подумал, оглядывая взглядом ладонь теперь уже своего парня на колене и покачал головой.

— М-м.

— Ну и отлично.

Сразу же ответил Данила, чуть погладив кожу под большим пальцем сквозь ткань брюк, и продолжая вести машину в сторону своего дома, где Руслан однажды уже был…