МИЛОСЕРДИЕ
📡 ЭФИР. СЕЗОН 2. ТЕМА: «МИЛОСЕРДИЕ».
Экран загорается не сразу — сначала слышен звук, похожий на то, как система пытается загрузиться после сбоя. Затем появляется изображение: Кайрос стоит в студии, но студия выглядит иначе. Голограммы с именами участников приглушены, некоторые — погашены. Одно имя, «Вейт Чоко», обведено красной рамкой и медленно пульсирует. Кайрос держит в руке кружку — ту самую, из которой он «пил» в прошлом эфире. На его экране-лице застыла улыбка, но она не доходит до левого глаза. Правый, как обычно, мерцает ошибкой.
Кайрос:
«И так, я приветствую вас снова, участники шоу. - он делает паузу, и в ней слышится что-то тяжёлое, металлическое - Что же сейчас вам заготовлено? Некоторую новость. Возможно, большая трагедия для вас. И огромнейшая трагедия для зрителей шоу».
Он подходит к голограмме с именем Вейт Чоко и касается её. Изображение разворачивается в краткий профиль: маленькое существо, испуганные глаза, данные жизненных показателей.
Кайрос:
«Вейт Чоко — существо, что многим понравилось. К сожалению, покинуло наше шоу. - он убирает руку, и голограмма сворачивается обратно в красную рамку - После некоторых дополнительных медицинских обследований мной было принято решение вернуть это существо в родной мир. Это милосердие. - он произносит это слово медленно, будто пробуя его на вкус - Я всё же не собираюсь мучить ребёнка. Хоть и в физическом плане это взрослая особь, но всё же... - пауза, его экран на мгновение теряет чёткость - ...мне стало её жаль. Корпорация полностью возместит весь урон, который был нанесён ей».
Он отворачивается от голограммы и идёт к пульту. Его провода тянутся за ним, подключаясь к разъёмам на ходу.
Кайрос:
«Некоторые главы отделов корпорации тоже решили высказаться на всю публику. - он нажимает несколько клавиш - Передаю слово бальзамеру — мистеру У.»
На экране появляется статическое изображение — тёмный силуэт в рабочем фартуке, но затем оно сменяется полем для текста.
Мистер У.:
Что ж, уже многие слышали о бо мне, пора мне уже как следует сказать свое слово в прямом эфире. С вами говорит бальзаемр, кличут меня как Укурыш. Мне уже довелось однажды спасти некоторых, кто находится на этом шоу. Возможно кто-то из вас задавался хоть раз вопросом "Почему после казуснвх смертей вы остаётесь все теми же?" Я работаю день и ночь над каждым из вас. По сей день я продолжаю восстанавливать ваше лица и тела из-раза в раз стоит вам столкнуться с таким понятием как смерть. Будь то падение со скалы или же уйбиство. Как прискорбно.
Я не буду повторять все то, что говрил вам Кайрос в эфире, но молчать мне так же не в моготу. Ваша животная жажда к убийства, угрозам переходит грань трезвости. Вы еле как доверяйте друг другу ожидая того, что у собеседника окажется нож за пазухой, в ходе чего готовы сами загрзыть, лиж бы не быть убитыми. Это начинает раздражать и не только меня. Мы что учавсвуем в играх на выживание? Или может у нас шоу "Убей или будь убит"? Нет. Конечно ваши стычки дают большое количество просмотров, но если вы продолжите дальше руководствоваться только этим, корпорация позаботится о том, что бы ввести для вас усиленные меры наказаний. Насилие может и интересно, но в меру дозволенного. Спасибо Кайросу за предоставленное мне слово, я хочу надеется, что ваша бессмысленная гордыня сбавит обороты. До встречи на моем столе.
Кайрос снова в кадре. Он стоит, скрестив руки, и смотрит в сторону, будто слушает кого-то за кадром. Затем кивает.
Кайрос:
«Благодарю вас, мистер У., за высказывание мнения со стороны всей корпорации. - он делает паузу, и в его голосе проскальзывает что-то похожее на усмешку - Я бы на вашем месте был благодарен, что именно мистер У., собственно, большинство из вас и достал с... - он запнается, и на его экране мелькает предупреждающий знак - ...места, которое я бы назвал... - он машет рукой - А, неважно. Так вот, переходим к словам мисс Клементин Синклер».
На экране снова появляется поле для текста.
Клементин Синклер:
« Вейт Чоко была изъята исключительно потому, что её ментальное состояние тормозило общие показатели эффективности эфира. Тратить ресурсы лаборатории на реанимацию существа, которое ломается от банального страха — это неликвидно. Корпорация T.M.E.S. — не благотворительный фонд. Эта глупенькая девочка была возвращена в свою, надейтесь, живую реальность.
Вы, оставшиеся, мало чем отличаетесь. Мистер У. собирает ваши тела по частям после каждой глупой драки, и поверьте, за ваши лишние колотые раны и оторванные конечности ему никто не доплачивает.
Мне кажется, или мой чип фиксирует в вас отсутствие серого вещества ? Хах, вы заперты в идеальной экосистеме, но вместо логики выбираете животную паранойю. Ваша бесконечная, тупая резня уже давно никого не впечатляет, разве что, самый отбитый процент. Большую часть наших искушенных зрителей не забавляет это бесконечное, однообразное насилие. Им скучно смотреть, как дикари машут железками, вместо того чтобы показать хоть каплю красивой, тонкой стратегии! Поберегите свои Флорины. Если вы продолжите убивать друг друга с такой нерациональной скоростью — мы просто перестанем вас воскрешать. По крайней мере, я лично подпишу этот протокол. Включайте мозги, пока они у вас ещё есть. »
Кайрос кивает, но на этот раз его кивок чуть резче, чем нужно.
Кайрос:
«Благодарю и вас за сказанные слова о данном инциденте. - он смотрит прямо в камеру - Буду рад, если участники прислушаются к вам. Все. До единого».
Он делает шаг в сторону, и на экране появляется ещё одно поле.
Эрнест Ванж:
« добрый вечер.
меня зовут Эрнест Ванж, и я - глава оперативной группы нашего шоу.
я не буду читать вам лекцию о технике безопасности. вы — не мои оперативники. я не имею права требовать от вас строевой подготовки, знания протоколов и умения держать строй под огнём. вы — участники шоу.
и именно поэтому я сейчас перед вами стою.
..
один из вас выбыл из шоу. ребёнок. Вэйт Чоко. и, конечно, это важно, но есть ещё кое-что.
..
я скажу прямо: в этом шоу переизбыток насилия. не соревновательного напряжения — насилия. разница принципиальная. вы ломаете друг-друга, и называете это зрелищем.
..
и вот что меня... раздражает.
я знаю господина Кайроса. я знаю господина Винсента. и я скажу вам — они ведут это шоу с вежливостью, которой, откровенно, многие из вас не заслуживают. они обходятся с вами мягче, чем я со своими оперативниками на первой полевой неделе. наши ведущие очень вежливы с вами.
..
у меня есть протокол безопасности. и если вы думаете, что Кайрос и Винсент держат вас в жёстких рамках...
...вы не видели жёстких рамок. они могли бы быть жёстче. намного жёстче. »
Кайрос хлопает в ладоши — один раз, коротко.
Кайрос:
«Благодарю Эрнеста Ванжа за его работу и всех оперативников, которые забирают вас после ваших смертей. - он разводит руками - Это очень важная часть для шоу. Без них вы бы просто... - он делает жест, будто рассыпается - ...оставались бы там, откуда мы вас вытаскиваем. Так что, знаете, может, иногда стоит сказать спасибо? Просто мысль. Не настаиваю».
Он возвращается к пульту и берёт кружку. Его пальцы сжимают её чуть крепче, чем нужно.
Кайрос:
«Что ж, не все, конечно, высказались. Но всё же этого хватит, чтобы понять, что о вас, участниках шоу, думают. - он поднимает кружку, будто собираясь сделать глоток - Я буду надеяться на ваше благоразумие».
Пауза. Его экран на мгновение становится абсолютно чёрным. Затем загорается снова — но изображение уже другое. Левый глаз горит ярче обычного, правый — перестал мерцать. Теперь он просто горит красным.
Кайрос:
«Но помните...»
Его пальцы сжимаются вокруг кружки. Раздаётся треск — тонкий, но отчётливый. По руке пробегают разряды молний, ослепительные даже сквозь камеру. Кружка раскалывается, осколки падают на пол, но Кайрос даже не смотрит на них.
Кайрос:
«...у меня тоже есть терпение. Как и возможности всячески "улучшить" вашу жизнь».
Экран Кайроса начинает показывать помехи — рваные, агрессивные. Его голос становится глубже, в нём слышится статический шум, будто говорят несколько голосов одновременно.
Кайрос:
«За которую многие из вас не благодарны. Ведь считают меня ублюдком, что держит вас здесь. *его рот на экране растягивается в улыбку, но глаза не улыбаются* Я бы высказался больше, но... не сейчас».
На заднем плане слышен резкий, встревоженный голос. Один из операторов — молодой, с дрожью в голосе — кричит, и его голос прорывается сквозь помехи:
Один из операторов:
« Вырезать данный фрагмент из эфира для зрителей немедленно, пока они этого не увидели! »
Кайрос медленно поворачивает голову в сторону крика. На его экране на секунду появляется изображение — не мультяшное, а какое-то архивное, старое: человеческое лицо, молодое, улыбающееся. Кадр с той самой вечеринки. Затем он исчезает.
Кайрос (тихо, почти шёпотом, но микрофон всё равно ловит):
«...ничего я покажу, что значит...».
Экран гаснет. Полностью. На несколько долгих секунд. Затем появляется логотип T.M.E.S. — но он тоже повреждён, по нему пробегают трещины.
📡 КОНЕЦ ЭФИРА. ВЕЙТ ЧОКО — ИЗЪЯТА ИЗ ШОУ. ВОЗВРАЩЕНА В РОДНОЙ МИР. КОРПОРАЦИЯ ПРИНОСИТ ИЗВИНЕНИЯ ЗА ДОСТАВЛЕННЫЕ НЕУДОБСТВА. СЛЕДУЮЩЕЕ ВКЛЮЧЕНИЕ — НЕИЗВЕСТНО.
В углу экрана на секунду появляется иконка кота. На этот раз она не исчезает сразу — она сидит и смотрит. Наблюдает. Затем экран окончательно гаснет.
Где-то в техническом отсеке студии слышен голос Кайроса — уже не в эфире, а в закрытом канале связи:
Кайрос:
«Записать этот фрагмент. Отдельно. В личный архив. И найти мне того оператора. Я хочу знать его имя».