Люди травы
Народ йедина (будума) - один из наименее изученных этносов, населяющих озеро Чад. Соседям они внушают ужас: в старые времена они считались бесстрашными пиратами, бороздившими заводи озера на своих каноэ. Считается, что будума - это имя, данное им более "цивилизованным" народом канури. Согласно одному из "народных" толкований, -ma означает "люди", а budu - "траву". Нигерский лингвист Эльхаджи Авагана, знаток языка будума, утверждает, что их имя на самом деле переводится как "люди, которые плавают". Сами же они себя именуют йедина, а свой язык - йединами (принадлежит к группе чадских языков). Толкование этого самоназвание вызывает не меньше проблем; по одной из версий, оно переводится как "люди с востока". Собственно йедина называют себя только жители севера озера, в то время как его юго-восточных обитателей чаще именуют кури.
Как народ они образовались в результате смешения разных беглецов и диссидентов, укрывшихся на островах и берегах озера. Согласно легенде, мифический предок йедина по незнанию женился на вдове своего брата, которого считал покойным. Но тот неожиданно объявился живым, и незадачливый брат был вынужден спасаться бегством. Увидев сплавлявшуюся по озеру судно с просом, он решил выяснить его назначение и запрыгнул на него, и лодка вынесла его на западный берег озера. Там он встретил людей, возделывавших просо - легендарных гагантов Сао. Он женился на их женщине и вместе с ней вернулся на родину брата, чтобы забрать свою долю скота. После этого с женой, скотом и несколькими ремесленниками он вернулся на озеро и остался там жить навсегда.
Эта легенда раскрывает ряд важных особенностей уклада жизни йедина. Это скотоводы и рыбаки, но они умеют возделывать землю и знают ремесла - гончарное, кузнечное, ткацкое. Но миф умолчал о другом традиционном источнике дохода йедина - бандитизме. На своих быстрых каноэ они совершали регулярные рейды за скотом и рабами и веками внушали ужас соседям.
Каждый из кланов населяет отдельные острова озера Чад, однако еще никому не удавалось интегрировать этот народ в политическое пространство государства. Йедина так и не были покорены рабовладельческим государством Канем-Борно, позже они отказывались признавать власть британских и французских колонизаторов. Точно так же, как ни одному клану или объединению кланов йедина не удалось установить свое политическое господство над всем народом йедина. В сущности, как пишет один французский исследователь, это "контр-общество", всегда подозрительное к вторжению государства, которое здесь появляется только в лице чиновника, полицейского или военного.
С колонизацией этих мест они вынуждены были оставить разбойничий промысел и осваивать другие экономические ниши. Однако за последние века все изменилось. В борьбу за ресурсы засыхающего озера и пролегающие по нему маршруты активно включилось пришлое население, вытолкнутое сюда демографическим прессом. Торговцы и рыбаки-хауса фактически присвоили себе всю ловлю и торговлю рыбой (особенно вяленой) на южной оконечности озера. Со стороны Нигера конкурентами за пастбища йедина стали скотоводы-фулани. Обмеление озера, приток населения и обострившаяся борьба за скудеющие природные ресурсы бросили серьезный вызов традиционному укладу жизни йедина.
Вполне понятно, как йедина стали естественными союзниками "Боко харам". Работая на них проводниками и шпионами, они заручаются их поддержкой, чтобы выбивать конкурентов из своих экономических и экологических ниш. Знакомиться с исламом, в отличие от своих соседей, йедина начали поздно, и недоброжелатели сомневаются в ортодоксальности их веры. Если она и есть, она имеет под собой твердую социальную почву: йедина, оказавшиеся на обочине мира и не успевшие к празднику жизни, стали восприимчивы к милленаристским идеям, призывавшим сокрушить мир коррупции, беззакония и греха, потому что на руинах старого мира они точно обретут свое место и будут оставлены в покое. Показательно, что теракты, совершенные в столице Чада Нджамене в июне-июле 2015 г., совершили сторонники секты именно из числа йедина. Комплементарны йедина и сами структуры "Боко харам": несмотря на заявления о создании "всемирного халифата", в отличие от многих других джихадистских движений они не стремились к установлению твердого контроля над территорией, а предпочитали действовать через союзы с отдельными общинами и поселениями.