Люциус

Они познакомились весной 1938 года. Тогда жизнь казалась спокойной и бесконечно долгой. По вечерам в городе играла музыка, люди смеялись на улицах, а в маленькой пекарне у площади всегда пахло свежим хлебом.

Она увидела его впервые у реки. Он стоял на мосту, опираясь локтями о перила, и курил, задумчиво глядя на воду. Когда она проходила мимо, ветер вырвал из её рук платок. Он поймал его раньше, чем тот упал в реку, и, улыбнувшись, сказал:

— Похоже, судьба решила нас познакомить.

Позже он признался, что видел ее несколько раз и не решался подойти, боясь показаться глупым.

Они влюбились почти сразу. Он провожал её домой после работы, рассказывал о мечтах, о доме у окраины города и яблоневом саде. Она смеялась над его серьёзностью и говорила, что он слишком много думает о будущем.

А потом будущее начало рушиться.

В газетах всё чаще писали о войне. Мужчины на улицах стали говорить тише, женщины — тревожнее смотреть в окна. Но рядом с ним ей всё ещё казалось, что мир можно удержать.

Они поженились за месяц до его отправки на фронт. Скромно, без гостей и музыки. В день свадьбы шёл сильный дождь, и она расстроилась из-за промокшего платья. Он тогда осторожно вытер капли с её щёк и сказал:

— Главное, что ты теперь моя жена. Остальное переживём.

Через несколько недель он уехал.

Сначала письма приходили часто. Он писал о пустяках: спрашивал, цветут ли деревья возле их дома, не мёрзнут ли её руки по вечерам, помнит ли она их первую встречу у реки. О войне почти ничего не рассказывал.

Потом письма стали редкими.

А однажды пришло извещение.

«Пропал без вести».

Она перечитывала эти слова снова и снова, будто надеялась, что буквы изменятся. Но годы шли, а вместе с ними приходило страшное понимание: его больше нет.

Спустя много лет, разбирая старые книги на чердаке, она случайно нашла тонкий пожелтевший конверт. На нём всё ещё было написано её имя его почерком.

Руки дрожали, когда она открывала письмо.

«Моя любимая,

Сейчас уже поздняя ночь. Ты, наверное, спишь, а я сижу у окна и никак не могу заставить себя собрать вещи. Завтра утром за мной придут, и я уеду туда, откуда многие не возвращаются. Все вокруг говорят, что война закончится быстро, но почему-то никто не смотрит друг другу в глаза, когда произносит это.

Я хотел сказать тебе всё сегодня, когда провожал мы шли по парку, но не смог. Ты улыбалась, рассказывала что-то про соседскую кошку, а я только смотрел на тебя и думал о том, как сильно люблю тебя.

Помнишь нашу первую встречу у реки? Тогда ветер вырвал твой платок из рук, а я сделал вид, будто случайно оказался рядом. На самом деле я заметил тебя ещё раньше. Ты шла по мосту, и мне показалось, что весь шум вокруг вдруг исчез.

С того дня моя жизнь стала другой.

Я до сих пор не верю, что ты стала моей женой. Иногда просыпаюсь ночью и просто смотрю на тебя, боясь, что это окажется сном. Мне страшно уезжать. Страшно не из-за войны, не из-за смерти — страшно оставить тебя одну.

Если со мной что-нибудь случится, пожалуйста, не плачь слишком долго. Я знаю, ты всё равно будешь плакать, потому что у тебя слишком доброе сердце. Но пообещай мне, что однажды снова научишься улыбаться. Даже если без меня.

Только знай: что бы ни произошло, ты была самым счастливым, что случалось со мной в жизни.

Если мне повезёт вернуться, я снова приведу тебя к реке, где мы встретились впервые. Мы будем жить в маленьком доме, о котором мечтали, и посадим яблони возле окон.

А если нет — просто старайся радоваться и находить радость в мелочах.

P.s: Твой навсегда.»

Она дочитала письмо глубокой ночью. В доме было тихо, только старые часы мерно отсчитывали время. Слёзы падали на пожелтевшую бумагу, размывая чернила.

А далеко на другом конце страны, в почти заброшенной деревне, где не проходило боёв. Он сидел на крыльце старого дома и молча смотрел на луну, вспоминая девушку, которую любил всю свою жизнь. По его щеке покатилась одна слеза, а позднее ещё несколько. Он тихо сказал.

— Я надеюсь, когда все это закончиться мы увидимся, а может даже раньше… и тогда я точно никуда больше не уйду.