Любовная болезнь

Чувства ощущались как аллергия. Ты пытаешься от них избавиться, но они, как сыпь, распространялись по всему телу. И так каждый день, аллергия появлялась всё больше и больше. Ты по утрам просыпаешься с надеждой, что стало лучше, но как только ты случайно касаешься причины аллергии, сыпь вновь начинала расцветать: на лице, ушах, груди. И тебе оставалось только бегать от проблемы. Ты старательно игнорируешь сыпь и её причину. Но это не помогало. Становилось только хуже. Нужно было лечение, а для этого, первым же делом, надо принять аллергию.

Та злосчастная прогулка на гаражи. Дилан что-то подхватил там. Сначала оно не мешало, лишь иногда мелькало в голове. Но в какой-то момент он проснулся и понял. Он видит это. Чувствует это. Он будто не только заразился чем-то, но его ещё и заставили надеть розовые очки. Мир стал странным, ярким, раздражительным, но в то же время красивым. Все серые краски попрятались по углам, а изображение на холсте стало красочным. Оно не нравилось Дилану, и он старательно зачёркивал всё черными чернилами. Но в итоге у него отобрали кисти; перестал быть творцом своей жизни. Как только перед ним оказывался Лололошка, Дилан чувствовал прилив новых красок на сердце. Он не хотел их принимать. Дилан знал, что это, боялся этого больше всего на свете. Это мерзко, отвратительно, унизительно. Как он только мог влюби-...

Нет. Нет. Нет. Нет. Нет.

Как всё дошло до этого?..

Он прятал чувства. В себя, в шкаф, под подушку, в чулан. Куда угодно. Они появлялись рядом с Диланом, и он быстрее хватал и прятал их, чтобы никто не увидел. Да даже если кто-то увидит! Главное не Лололошка. Только не он. Кто угодно, лишь бы не он.

Дилан пытался заткнуть свои мысли, подавить чувства. Он старался вести себя как обычно. И это у него частенько получалось. Но как только Лололошка ненароком задевал его плечи или руки, кожа тут же покрывалась сыпью, а щёки нездорово краснели. Чтобы избежать чужого контакта, Дилан вспомнил про своё личное пространство спустя столько времени и напомнил о нём Лололошке.

— Дилан, но мы же всегда вместе кушали. Что изменилось? — как-то запереживал Ло после отказа пообедать вместе.

— Мы что, влюблённая парочка, чтобы каждый раз есть за одним столом?

— Нет... Мы друзья. Да и семья в конце концов...

Друзья. Друзья. Друзья. Друзья. Друзья. Друзья. Друзья. Друзья.

— Ты решил вспомнить, что ты мой приёмный брат? Что-то ты поздновато.

— Я не о том. Я не считаю тебя братом. Но считаю семьёй. Это ощущается больше, чем друзья.

Больше, чем друзья?..

—...Как близкий друг. Понимаешь? Как... — Лололошка продолжил свои слова, но не смог закончить. Его перебили.

— Да понял я. Только вот забывать о моём личном пространстве не надо. Я хочу сегодня пообедать один.

После этого Лололошка не навязывался. Он послушный мальчик. Ему скажешь "нет", так он сразу отстанет. Дилана это очень расстраивало. Он злился на себя и своё поведение. Почему нельзя, как раньше? Когда Дилан спокойно реагировал на выходки Ло и его позитивный настрой, и мог без зазрения совести ляпнуть ему что-то грубое. Когда Ло мог ходить по дому в одной футболке и нижнем белье, потому что жарко. Когда Дилан мог нагло ворваться в занятую Ло ванную, потому что мог там что-то забыть. Когда Ло был болтливым, приставучим, мог сказать что-то похабное с ехидной улыбкой на лице. Дилан видел его тело: веснушки, шрамы, плечи, грудь, живот, половой член. Знал о его мастурбации в ту несчастную ночь июля. Всё знал, видел и реагировал спокойно. Но что-то изменилось. Он чем-то заразился. Появилась аллергия на Лололошку.

Нужно бежать. Бежать. Бежать. Бежать.

Как только настала перемена на обед, Дилан первым же выбежал из кабинета. Он бежал в столовую, чтобы не идти туда вместе с Лололошкой и не видеть его. Дилан чувствовал себя очень виновато перед ним, особенно, когда смотрел на него по-другому. Но он не мог иначе. Ло стал таким приторным, красивым, милым, очаровательным, хорошим. И много-много ласкательных слов, появляющихся в голове Дилана при виде его. Зачем он только слушал Жаклин и принимал во второй раз поцелуй в лоб от Лололошки? Это запустило отвратительный процесс, от которого приходилось только блевать, несмотря на то, что хотелось большего.

Ну вот, Дилан вновь начал думать о нём. Маршрут перестроился со столовой в туалет. Он забежал в туалетную комнату и закрылся в первой же попавшейся кабинке. Сел на корточки и начал прятать сердечки, что тут же всплыли в воздухе рядом с ним. Кидал их в стенку кабинки, сжимал в руках, совал по карманам. Делал всё, чтобы избавиться от них или хотя бы на секунду спрятать. Но они, как на зло, вновь появлялись рядом с ним. Дилан схватился за голову и начал бубнить себе под нос:

— Нет-нет-нет-нет-нет-нет. Хватит, прошу. Он дурак, идиот, глупый, раздражающий, тупой...

Дилан пытался себе внушить, что Лололошка не такой уж и привлекательный, чтобы в него влюбляться. Фу, ну и слово! Влюбляться. Как такое ему вообще могло прийти в голову? Хотелось открыть крышку унитаза и заставить себя вытошнить это слово, чтобы оно никогда больше не появлялось в голове.

Он чувствовал, будто один на всём белом свете. Один с подобной проблемой. В его голове лишь кричал вопрос: «Как?». Как так вышло? Всю жизнь он считал девушек объектом для отношений, даже встречался с одной и действительно был влюблён в неё. Всегда выбирал на сайте "PornHub" запросы только с девушками, и думал, что в будущем у него будет хорошая жена. Как у всех нормальных людей. Общественное мнение навязало ему это? Или он просто вырос в семье, где никогда не обсуждались иные отношения? Но он передружил со столькими парнями, и у него ни разу не возникало мысли думать о них иначе. Может дело в том, что сам Лололошка из другого мира? Или даже вселенной? Он другой, воспитан иначе и видит мир по-другому. Или же Дилану просто не попадался хороший парень, на которого он мог бы взглянуть с нежностью и теплом?

Мерзость.

Вдох, выдох. Так, Дилан. Это временно, всего-то нужно переждать. Да, этот процесс долгий, но это лучше, чем ничего. Ты всего лишь путаешь обычную привязанность к человеку с симпатией. Парням не положено говорить между собой о таком: как они ценят друг друга и по-дружески любят. Поэтому Дилану это в новинку. У него совсем другая дружба с Лололошкой, более теплая и надёжная. Просто нужно перенастроить свои мысли в правильное русло и жить, как прежде.

Он вышел из кабинки, а затем из туалетной комнаты. Нужно отвлечься на еду, иначе он из-за мыслей пропустит приём пищи. Дилан зашёл в переполненную столовую и взял поднос для еды. Посмотрел по сторонам, в надежде, что нигде не будет Лололошки. И, к счастью, его действительно было не видать. Пару минут, и Дилан отправился с едой к столу своего класса. Сегодня давали пюре с говядиной, салат из капусты и моркови и обычный черный чай. Он не придирчив к школьной еде, поэтому рад любой. Подойдя к столу, Дилан начал выискивать себе место. И как на зло, оказалось оно возле Жаклин. Точно. Жаклин! Раз она заварила всю эту кашу у него, пусть и расхлебывает!

— Привет, — неохотно выдал из себя Дилан, пристроившись рядом с одноклассницей. Та удивлённо взглянула на него, взяв в рот ложку с пюре.

— Ого, Дилан, ты сказал мне привет...

Он уже начал жалеть о том, что сел рядом с ней и начал разговор. Это действительно не в его репертуаре, но Жаклин резко понадобилась ему. Она специалист в отношениях, наслушалась уйму историй о них. Наверняка у неё есть похожая, как у Дилана.

— Слушай. Ты знаешь, как... — он старался подобрать слова к своему ложному запросу. Главное не напереться на истинный, которого и сам Дилан знать не желал, — человеку перестать думать о ком-то в неправильном ключе? К примеру, он думает о нём плохо, а нужно хорошо.

— А зачем? Если ты думаешь плохо о том, кто ведёт себя, как смазливый паинька или нытик, то это никому не понравится, — пожала плечами Жаклин.

— Да нет же. Этот человек не паинька или нытик. Он наоборот очень хороший, но дело в том, что кто-то думает о нём не так, как нужно.

— А можно конкретнее? Как он о нём думает? Понятие "плохого" обширное и у каждого оно индивидуальное.

— Да бля! Лололошка какой-то не такой! Он ведёт себя так же, но что-то изменилось, — Дилан тяжко вздохнул, а потом решил всё же добавить то, чего не хотел говорить, — У меня.

— Изменилось у тебя? — не поняла сначала Жаклин, а после округлила глаза. Шестерёнки резко заработали в её мозге, — Неужели... Это то, о чём я думаю? Я же просто шутила...

В голове Дилана пронёсся весь словарный запас. Он думал, что она всерьёз хотела свести его с Лололошкой, а это оказались тупые шутки. Дилан во второй раз пожалел, что знаком с ней.

— Забудь.

— Тебе нравится Лололошка!

— Не нравится.

— Нравится! Ты тогда бы не обращался ко мне, ведь я в округе одна из тех, кто положительно относится к людям с нетрадиционной ориентацией!

Сбоку от Жаклин послышался скрип скамейки, на которой они сидели. Они вдвоём медленно повернули свои головы в сторону звука. Ребята шептались настолько громко, что их слова дошли до чужих ушей. И ладно это был бы какой-нибудь Престон или Чед. Но нет. Это был самый занудный человек. После Дженны, конечно.

— Но они же братья, — хрустнул салатом Карл, посматривая то на Жаклин, то на Дилана. Карл, не смотря на то, что был вегетарианцем, обедал со всеми, но со своей едой.

— А, да? — удивилась Жаклин, — Так это ещё лучше! Инцест!

Дилан подавился чаем. Он планировал им прочистить сухое от разговоров горло, но стало только хуже. Вместе с Карлом он взглянул с отвращением на одноклассницу.

— Фу, Жаклин! Мы же не родные братья. Только по документам. И мы друг друга не считаем родственниками или типа того.

— Я же шучу! Я не фанатка данного жанра. А вот омега-...

— Да, но в обществе вы именно братья, — уточнил Карл, перебив Жаклин, — И говорите всем, что братья.

— Да потому что так легче. Иначе будут вопросы, а почему Ло живёт со мной и носит мою фамилию. Мы просто однофамильцы.

— Но тогда вы не сможете афишировать людям свои отношения. Иначе их посчитают аморальными не только из-за того, что вы одного пола, но ещё из-за наличия одних родителей.

— Но это же просто опекуны, а не родители. Ничего связанного с инцестом нет, — влилась в диалог Жаклин, — Да и не думаю, что Дилан будет говорить всем о своих романах с Лололошкой.

— Да какие блять романы! Их нет и не будет! — чертыхнулся Дилан, — Никакого инцеста и гейства!

— А я всегда знал, что между ними что-то странное... — задумался Карл, отпив томатный сок, — Жаклин, ты же видела, как Дилан смотрит на него?

— И я о том же! Я уверена, что наш Дилан влюбился!

— Да не влюбился я, заебали!

— Ты в кого-то влюбился? — неожиданно ворвался в разговор Лололошка, спугнув своим присутствием ребят. Карл с Жаклин сразу закрыли рты на замок и по очереди посматривали на обоих Линайви. Дилан с ноткой раздражения вздохнул. Присутствие Лололошки это меньшее, чего он хотел на данный момент.

— Ло, я ни в кого не влюбился. Они просто начали дразнить меня, что я когда-то там был в отношениях, — сиюсекундно придумал отговорку Дилан. Но она не сработала.

— Нет же, я услышал слова Жаклин, что ты влюбился.

— А ты, вижу, развесил уши, раз подслушиваешь чужие разговоры?

— Но вы мои друзья, и ты тут. Так что я не подумал о том, что нельзя подслушивать, — Лололошка отпил из трубочки яблочный сок, — Так ты влюблён в кого-то?

— Нет. Ты чего подошёл-то сюда? — Дилан сразу же перевёл тему, иначе тот не отстанет от него с подобными вопросами.

— Тебя жду. Вот, решил подойти, чтобы в коридоре не стоять. Я уже поел.

— Ло, иди в класс. Мне... — Дилан замялся и взглянул на Жаклин, — Нужно с Жаклин переговорить о кое-чём.

— О чём? — Ло настойчиво пихал свой любопытный нос к друзьям.

— О том, о чём тебе знать не положено.

— Ты от меня секреты держишь? — Лололошка грустно приподнял свои брови, тем самым сбив Дилана с толку.

— Нет-нет, Ло, — Дилан приподнялся с места, намереваясь опровергнуть предположения своего любопытного друга. Он неосознанно улыбнулся ему, — Никаких секретов. Просто у нас очень сложная тема для проекта, и я оказался в паре с Жаклин.

— У-у-у-у-у... Уже всё запущено... — прошептала девушка, заметив изменение лица у Дилана. Она встала из-за стола, чтобы подтвердить его слова, — Прости, зайка, но там триггерная для меня тема, и Дилан случайно узнал о ней. Хотелось бы, чтобы только он и знал о ней.

Как только Жаклин назвала Лололошку "зайкой", Дилан хмуро взглянул на неё. Та хитро, как лиса, улыбнулась, довольствуясь своим поведением. Ло постоял пару секунд в раздумьях, пожал плечами и вернулся в прежний вид. Он развернулся и ушёл, удивив Жаклин своей простотой и быстрой сменой эмоций. Ведь секундой ранее у него были такие грустные глазки!

— Так, мы остановились на твоих чувствах... — начала Жаклин.

— Стой. Мы Карла упустили! — Дилан резко схватил её за плечи и повернул в сторону выхода из столовой. За дверью скрылись Ло с Карлом.

— А что он?

— Он сейчас точно что-то ляпнет ему! — недовольно воскликнул Дилан, после чего бросил свой обед на столе и ринулся в коридор.

— Ой! — Жаклин тоже поспешила забыть о своей еде и вышла за одноклассниками.

Чтобы выйти из столовой, понадобилась целая минута, так как у выхода столпились школьники. Карл с Лололошкой медленно шли по коридору и что-то обсуждали. Они редко вот так могли о чём-то болтать, что радовало обоих. Но, естественно, Карл шёл с ним не для этого. Он очень беспокоился о безопасности своих друзей, поэтому намерен уберечь Лололошку от "плохого".

— Лололошка... — Карл замялся, ведь говорить о чём-то эдаком было неловко. Он стеснялся даже простых отношений между мальчиками и девочками, — У меня такой вопрос. Давай представим ситуацию. Это только фантазии, ты не подумай! Что будет, если ты или Дилан... ну... влюбитесь друг в друга?

Лололошка остановился и в недоумении взглянул на Карла. Он шумно начал допивать свой сок, заставляя так отличника постыдиться своего вопроса. Но не успел Ло даже уйти в раздумья, как Карла подхватили под руки Дилан с Жаклин.

— Пардон, мы его забираем! — виновато улыбнулась Жаклин.

И они вдвоём утащили Карла в сторону мужского туалета, оставив Лололошку одного с необычным вопросом. Он подошёл к ближайшему мусорному ведру и выкинул пустую упаковку сока.

— Влюбитесь друг в друга... — тихо задумался Ло, а после схватился за голову, — Какие мне отношения! Ещё и с Диланом! Мне нужно решать беды с башкой!

Ребята, отойдя на достаточное расстояние, чтобы их не услышал Лололошка, грозно взглянули на Карла. Тот виновато опустил голову, будто сделал что-то выходящее за нормы общественного мнения. А он, как знали друзья, очень не любил, когда на него глазели. Особенно так, как Дилан с Жаклин.

— Ты бы его ещё спросил, заглянул бы он в штаны Дилана! Карл, кто о таком спрашивает! — начала его отчитывать девушка.

— Как ты можешь о таком говорить, Жаклин! — ужаснулся Карл, — Я лишь хочу обезопасить его и Дилана от предстоящего буллинга. К однополым парам относятся несладко, сама знаешь!

— Да не будет никакого буллинга, — подкатил глаза Дилан, — И пар тоже. Успокойся, а.

— Я всё равно буду смотреть на вас в оба! Уж лучше так, чем то, что пережил я!

— Не напоминай, Карл. Я извинился раз сто перед тобой и обещаю, что никто больше не пострадает из-за меня.

— Ну смотри мне! Всё, отпустите меня, мне нужно в кабинет актива, — возмутился Карл и ушёл в сторону лестничной площадки. Сейчас должен начаться урок физкультуры, на который он никогда не ходил по состоянию здоровья.

— Какой он ненадёжный. Ему секреты не говорим, — констатировала Жаклин.

Раздался звонок на урок. Они вдвоём неохотно отправились в отремонтированный спортзал (О ремонте спортзала упоминалось в главе "Действия имеют последствия".). На улице был дождь, поэтому два урока физкультуры проходили в школе. Но это были не обычные уроки, а совместные с единственным параллельным классом. Сегодня они играли в волейбол, где учитель будет решать, какую команду отправить на межшкольные соревнования. Дилан должен был прогулять, но не мог из-за Лололошки. Он будет играть, пока тот отсиживать пятую точку на скамейке и наблюдать за ним.

Они дошли до конца коридора и вошли в спортзал. Зал выглядел очень современно и свежо, что выбивалось из общей картины старой школы. Новые огромные пластиковые окна освещали просторное помещение, благодаря чему можно было разглядеть всю красоту ремонта. Стены, с которых ранее сыпалась штукатурка столетней давности, окрашены в яркие и мотивирующие цвета. На них были изображены фигуры спортсменов. Дилан не знал ни одного из них. Пол зала выполнен из высококачественного деревянного покрытия с разметкой для игровых видов спорта. На удивление, деревяшки не скрипели и не намеревались сломаться под учениками. А как пахло в помещении! Дилан никогда не знал, что это за запах, но всегда любил его, несмотря на то, что физкультуру не переносил всей своей душой.

Дилан с Жаклин пошли по своим раздевалкам. Как только первый зашёл в мужскую, тут же сделал недовольную гримасу. Парней было много, душно и потно. Это одна из причин, почему он не желал посещать уроки физкультуры. Но как только его светлость приходила на них, то видел и слышал то, что ему будет сниться потом в кошмарах. Он будто находился в запрещенном месте, где расхаживали оголённые торсы парней и слышались разговоры о важном.

— Братан, поделишься подиком (pod-система (под) — один из видов электронных сигарет)? А то свой проебал где-то, — послышался диалог сквозь шуршание одежды. Все готовились к уроку, сменяя штаны на шорты, а толстовки на футболки.

— Не-е, сорри бро, жижки (Жидкость для электронных сигарет в мол. сленге.) совсем чуть-чуть осталось, — ответил другой голос.

Вот что имел Дилан под разговорами о "важном". Только здесь любой мог услышать столько сплетен, сколько бабульки из подъездов собирали за неделю. Кто-то залетел, переспал по пьяни, блевал выходные после очередной вписки; у кого-то мама спалила сигареты, не дала ночью поиграть в компьютер, жалобы на тупых учителей, обсуждения, у кого из одноклассниц больше грудь и борьба за огромный размер пениса. Лишь малость можно было услышать о чём-то нормальном. Дилан раньше был таким же, как только оказывался в этом подобии публичного дома. Но сейчас его интересовало лишь одно — чтобы его оставили все в покое.

Он протиснулся сквозь потные тушки, "фу"-кая на каждом шагу, к Лололошке. Казалось, это был единственный лучик света в этом свинарнике. И этот лучик улыбнулся Дилану, как только он появился в его поле зрения. Ну как можно избегать его, когда он так улыбался?

— Привет, — тихо произнёс Ло, запихивая свой рюкзак в новенький ящичек. Он не собирался переодеваться и намеревался пойти в зипке и спортивных штанах на урок.

— Ты забыл сменку? Жарко ведь будет, — у Дилана случайно включилась функция заботы и уже тянулся к своей одежде, чтобы дать её другу.

— Не забыл, но я не могу переодеться, — Лололошка шагнул к Дилану и шепнул ему на ушко, — У меня же шрамы. Не хочу, чтобы их все видели.

Как только до него дошёл приятный шепот, Дилан почувствовал появление сердечек в воздухе; ушная раковина покраснела, будто сыпь. Он сразу прикрыл ухо ладонью и глупо улыбнулся Лололошке.

— Хей, бро, но так ты не сможешь играть, а отсиживать никому нельзя. Даже мне. Может, хоть кофту снимешь? — Дилан открыл свободный ящик и скинул с плеч рюкзак. Пока Ло задумался над его словами, он быстро достал сменку и запихнул вместо неё сердечки. После закинул рюкзак с чувствами в ящик и захлопнул его.

— Если скажут, что нельзя так, то переоденусь, куда деваться, — грустно вздохнул Лололошка.

— Можешь отвернуться? Я переодеваться буду.

— Почему отвернуться? На тебя ведь другие будут смотреть.

— Отвернись, я сказал.

— Ладно?