Любовь и брак

Общее мнение о средневековом браке – холодный, лишённый любви союз, заключённый из практических соображений с целью передачи недвижимого имущества. Безусловно, это было частым явлением, особенно среди элиты, но всё же не все браки были такими.

Дело в том, что в те времена супружеские отношения не нужно было толком оформлять в присутствии свидетелей. То есть клятвы на скорую руку за стогом сена с последующей консумацией считались законным брачным договором. Но при этом действительность такого брака было чрезвычайно сложно доказать, поэтому большинство свадеб проходило всё таки в присутствии третьих лиц. Отсюда же, кстати, проистекает традиция размещения в церкви объявлений о предстоящей свадьбе за 3 недели до самой церемонии.
Брачные церемонии не всегда проводили священники, но в конечном итоге, роль лица, выступающего свидетелем скрепления союза, и передающего невесту под опеку жениха, отводилась священнослужителю.

Несмотря на то, что церковь всегда имела мнение по поводу брака и того, как следует его заключать, брачная церемония официально стала церковным таинством только после Четвёртого Латеранского Собора в 1215 году.
Отношение церкви к браку было примерно таким: не можешь всю жизнь прожить девственником – женись (Первое послание к коринфянам 7:9 «Но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться»). Лучше бы, конечно, вообще отказаться от плотских отношений, но при таком раскладе размер паствы явно бы заметно сократился. По иронии, священники сами часто женились, что было яблоком раздора на протяжении многих столетий.

Как ни удивительно, брак в Средние века заключался по взаимному согласию (ну, по крайней мере, официально). Оба партнёра подтверждали союз заранее, оба имели права в браке и определённые ожидания. Несмотря на то, что жена находилась полностью под контролем мужа, он должен был оставаться ей верен. Во многих случаях жёны имели равные с мужем права. Любой супруг мог требовать полового контакта как исполнения брачного договора. Женщина даже могла просить аннулировать брак, если докажет мужнину импотенцию (здесь, правда, следовало быть осторожной, поскольку экспертное свидетельство принималось от проституток).
Прославленная в литературе «куртуазная любовь» превозносит внебрачные отношения, но в реальной жизни они были против правил и предполагали суровое наказание для лиц обоего пола.

Что до самого дня свадьбы, что-то было похоже на наши дни, что-то отличалось.
Белый не был обязательным цветом для невесты (по-настоящему «свадебным» он стал в Викторианскую эпоху), она просто надевала свой лучший наряд.
Подарки дарили. Женихи оплачивали свадебный пир, отчасти в качестве компенсации другим холостякам общины за лишение их возможной невесты. К проводам молодожёнов на брачное ложе подключалась толпа народа, иногда довольно неприятным образом, как, например, в случае с обычаем шаривари:
«исполнялись шумные и весьма непристойные песни и танцы, под окнами пирующих раздавались душераздирающие звериные, в основном кошачьи вопли. Это имело целью развеселить «брачующихся», заставить их за праздничным столом побольше выпить. Обычай этот был весьма распространён как среди простого народа, так и в среде высшей аристократии <…>. Участники гремели и звенели металлической посудой, в маскарадных костюмах дико скакали по помещению, подражали голосам животных и пели «стыдные песни». Чтобы унять разошедшихся гостей, вступающая в брак пара должна была откупиться от них, выплатив некоторую денежную сумму» (Wikipedia).

Во времена, когда до изобретения ДНК-теста было ох как далеко, желание членов общины убедиться, что дитя зачато в законном браке, казалось вполне разумным (ну и пьяное веселье никто не отменял, разумеется).

Средневековая литература и восхваляет брак, и обличает его, к тому же делается это с приличной дозой цинизма. И хотя многие семьи жили счастливо, Святой Иероним язвительно отмечал: «Брак хорош лишь для тех, кто боится спать один».

По статье Дэниэла Цибульски для medievalists.net