Любимое место...

У Чонхо много любимых мест на теле Минги.

Его пухлые губы, которые так прекрасно и мягко целовать и прикусывать зубами; его длинный нос с острым кончиком, который так и хочется безостановочно чмокать или под который хочется подставлять свою шею; его родинки под глазом и на щечке, в которые можно миленько утыкаться своим носиком или на которых можно оставлять следы помады; его широкая спина, за которой хорошо прятаться от всех невзгод мира, которую так удобно обхватывать ногами, а в плечи впиваться ногтями.

А еще Чонхо любит его грудь. Накаченную, фактуристую, выделяющуюся. С тёмными сосками, с ямочкой между ключиц, выделяющиеся косточки. Вместе с широкими плечами у Минги и широкая грудная клетка с натренированными и большими мышцами груди. На которую так прекрасно кончать.

Минги трахает его, Минги ведёт, Минги растягивает его пальцами, но стоит Чонхо проявить лишь чуть-чуть своей доминантности, как по щелчку пальцев Минги оказывается между его ног и самозабвенно отсасывает, пока за волосы его грубо притягивают ближе, пока ногой ему нажимают на член, не давая никакого движения или облегчения, лишь издевательски удерживая на месте.

Чонхо любит вид просящего, умоляющего, разомлевшего от его грубоватых ласк Минги, любит сначала растрахать его рот, потом подвести того к краю умелыми пальцами и на самом пике сжать под головкой члена, не давая излиться, оттягивая оргазм, заставляя хныкать и просить.

Чонхо любит и, оседлав его, самому задавать темп, притягивать чужую голову к своей шее, оттягивать за волосы, укладывать руки к себе на те места, куда он сам хочет.

И Минги нравится. Нравится подчиняться, нравится, когда его останавливают в секунде от того, чтобы кончить, нравится вид того, как Чонхо возвышается над ним и толкается ему за щеку своим членом.

И ещё ему нравится, как Чонхо помешан на его груди.

Он наминает, сжимает, кусает, облизывает, оставляет следы помады по всей поверхности. Минги, не сдерживаясь, стонет, вплетает руки в чужие волосы и заставляет прижиматься теснее, плотнее, оставлять больше засосов и отметин зубов.

Чонхо не может остановиться это делать, он ладонями сводит груди друг к другу и в этом тесном, узком пространстве так феерично ощущается трение члена, такие странные, но интересные ощущения.

Он сводит руки сильнее, трется активнее, запрокидывает голову сильнее, выгибая поясницу. Минги держит его за бедра, поддерживает, придерживает, пока тот сидит на его животе, и закатывает от удовольствия глаза, так ему хорошо, так необычно.

И Чонхо, как заведённый, продолжает, пока не чувствует, что член в руке пульсирует совсем сильно, а низ живота скручивает от ощущений. Он отстраняется и начинает дрочить себе, откидывая чужие ладони подальше, которые вновь легли на его бедра.

Минги смотрит, как прямо перед его лицом Чонхо дрочит себе, елозит ляжками, сжимает его ребра ногами, и ощущает, как собственный член дергается, пульсирует от такой картины, а во рту скапливается слюна. Уже готовый подставить раскрытые губы, Минги видит, как Чонхо съезжает слегка назад, яичками прижимаясь к животу, и охает, закусывая губу, когда понимает, что тот собирается делать.

Чонхо, постанывая, кряхтя, сжимая рукой чужое плечо, слегка привстает и направляет кончик члена прямо на грудь к Минги.

– Давай, мой хороший, – он подталкивает его бедра ладонями, пальцами оставляя красные следы на коже.

И Чонхо кончает, сперма толчками выходит из головки то сгустками, то непрерывной струйкой, но каждая капля попадает на грудь к Минги, течёт к ключицам, скапливается между двумя половинками, остается брызгами на сосках. Он смотрит на это, ухмыляется, размазывает белесую жидкость по коже, потом слезает с него. Минги тянется к своему члену, но Чонхо оказывается проворнее и липкой от собственной спермы рукой обхватывает ствол и начинает резво дрочить, хлюпая своим же семенем по члену.

Минги хватает лишь немного движений, чтобы излиться себе же на живот. Всё его тело было липкое, его сперма щекотно стекала на бока, по изгибам талии, сперма Чонхо подсыхала на груди, а сам он не мог отдышаться.

– Ты такой грязный, хён, – Чонхо слизывает семенную жидкость с талии, с кубиков на прессе, с пупка, с сосков и понимает, что у него появилось ещё одно любимое место на теле Минги.

Ещё одно место, на которое он может обильно кончить, помимо удобных губ, что так плотно обхватывают ему член; помимо лица и щёк, на которые он любит заканчивать после хорошего минета; помимо широкой спины, на которой по лопаткам так красиво тягуче тянется его сперма.

Ещё одно место, которое Чонхо будет боготворить.