Лужа

Этот мир назывался Верхним для тех, кто был ниже и никогда не поднимался к холмам, зелёной траве и свежему воздуху. Город Солнвер стоял на холмах, поросших разными растениями, некоторые из которых обладали целебными и магическими свойствами. В этом городе были дома из белого камня, который был на ощупь очень гладким. Они будто были сделаны из глины, как те древние вазы.
Жители часто оставляли окна открытыми, потому что не боялись ни холода, ни ветра. Здесь даже воров не боялись — все настолько хорошо знали друг друга и доверяли, что не было причин бояться.
Улицы города были покрыты гравием, который утром согревался под лучами солнца и к полудню приобретал золотистый оттенок. Время здесь текло медленно и спокойно, и никто не хотел, чтобы было как-то иначе.

В центре города был огромный сад. В нём росли деревья, которых не было за границами города. Их ветви были такими большими и густыми, что в жаркие дни под ними прятались дети.

В этом городе правил один принц. Он был вечно в движении, в поиске чего-то нового для себя. Принц любил бежать по улицам, лазить по крышам домов и прыгать с одной крыши на другую. Он знал, где расположена каждая трещинка на камне, название каждого цветка и каждого жителя в своём городе.
И так, в один из особо солнечных дней, принц забрался на самый высокий холм в городе, откуда было видно всё вокруг. Тот смотрел на город, на луг и поля за пределами города, на золотые от палящего солнца стены и искренне радовался каждому мгновению. В городе его любили. И он любил всех вокруг.
Принц имел не менее яркую внешность, под стать характеру. Волосы цвета золота, карие глаза... О нём часто говорили девушки за утренним чаепитием. В свои годы он был высокого роста, очень любил растения и интересовался ими. Однажды он решил записать информацию о них в одну книгу. Так в городе у жителей появились записи о них, написанные самим принцем. Больше всего ему нравились одуванчики.

Время шло.

Город почти не менялся. По утрам солнце всё так же пробивалось сквозь ветви деревьев, согревая белые стены домов, на улицах появлялись знакомые лица, а в центре города дети по-прежнему собирались в саду и бегали между высокими стволами деревьев. Принц продолжал записывать в свою книгу всё, что узнавал о растениях, и с каждым годом она становилась всё толще и толще.

Однажды он заметил странность.

Вода в небольшом ручье, который прежде протекал через окраину города, стала подниматься.
После нескольких дождливых дней это казалось естественным. Жители лишь переставили несколько ящиков с улицы повыше, а дети, наоборот, радовались тому, что теперь могут пускать по воде маленькие деревянные кораблики ручной работы.

Через несколько недель вода поднялась ещё выше.
На этот раз она дошла до первых домов.
Принц долго стоял на берегу, рассматривая мутную поверхность. Ему казалось, что он уже видел нечто подобное в своих старых записях, но не мог вспомнить где именно. Он вернулся домой, достал одну из старых книг и стал перелистывать страницы в надежде, что ответ будет найден.

Но ничего.

Тогда он решился посмотреть за пределы города.
Чем дальше он уходил от знакомых улиц, тем сильнее менялось окружение. Поля, на которых ещё недавно росла высокая трава, местами стали влажными и вязкими. В низинах собралась вода, а некоторые растения, которые прежде считались редкими и целебными, начали увядать.
Он вернулся в город перед самым закатом и пошёл к старшим жителям города, чтобы рассказать об увиденном.
Ему улыбнулись.
— Не переживай, вода уйдёт с первыми лучами солнца!
И она действительно ушла.

На некоторое время.

Прошёл ещё один год.

Второй.

Солнце стало появляться реже. Дожди шли дольше, а ручей превратился в широкую реку, которая всё ближе подступала к холмам.
В тот год принц пришёл к реке. Вода была спокойной. Ни одного всплеска, ни привычного журчания между камнями. Он присел у берега и коснулся поверхности ладонью. Где-то далеко, за холмами, послышался шум воды. Принц не замечал, как течение реки постепенно становилось сильнее.

В тот год...

Белые стены домов начали покрываться тёмными пятнами. Гравий на улицах больше не нагревался под солнцем. В саду деревья всё ещё стояли, но их корни постепенно уходили в слишком влажную землю.
Принц стал ухаживать за ними сам. Он поливал цветы, пересаживал растения и пытался спасти те, что начинали гнить, и каждый раз убеждал себя, что всё ещё можно спасти.
А потом однажды жители проснулись от шума воды.
За ночь река вышла из берегов. Она затопила нижние улицы, первые дома и часть полей. Люди выбегали на улицы, пытаясь вынести вещи на возвышенности. Дети плакали, взрослые впервые за много лет перестали улыбаться друг другу.
Принц стоял на вершине того самого холма, с которого когда-то любовался своим городом.
Теперь он видел совсем другую картину.
Там, где раньше были дороги, блестела вода. Белые дома отражались в ней разбитыми силуэтами. Сад в центре города уже почти полностью оказался окружён водой, а дальние поля исчезли под серой гладью.
Впервые за всю свою жизнь принц не знал, что делать. Он крепко держал свою книгу, слегка промокшую от дождя.
«Одуванчики — растение, которое может расти почти где угодно. Даже там, где кажется, что для него уже не осталось места!»
Принц долго смотрел на эти последние строки в собственной книге, которые пару лет назад шутливо написал.

А потом закрыл книгу.

В следующие годы вода продолжала подниматься. Люди покидали нижние части города и переселялись на холмы. Дом за домом оставался пустым. Улицы, по которым когда-то бегал принц, превращались в каналы. Крыши белых домов постепенно исчезали под водой, а от высоких стен оставались лишь верхушки.
Сначала исчезли поля.

Потом дома.

Затем старые улицы.

Последним остался сад.

Огромные деревья всё ещё стояли над водой, словно не хотели признавать, что их дому пришёл конец. Их ветви отражались в спокойной поверхности, а среди них плавали маленькие жёлтые цветы.

Принц пришёл туда в последний раз.

Он оставил свою книгу у подножия самого старого дерева и ушёл, не оглядываясь.

Когда он поднялся на холм, начался дождь.

А когда дождь закончился, города уже не было видно.

Только вода.

Лишь самые высокие вершины холмов ещё выступали над её поверхностью.