Луна. Часть 1

— Луна сегодня красивая... — подняв глаза на полную Луну, Молли воспользовалась марлийским выражением, означающее признание в симпатии или любви. Ей нужно было это сказать, но она совсем не хотела, чтобы он это понял. Не любит она проявлять инициативу в таких-то вещах, а мучительно держать это в себе не хочется.

— И в правду, — Эрвин тоже посмотрел на голубое светило, в котором прорисовывался давно знакомый узор, — но, знаешь, — он повернулся к девушке, — а ты красивей, — и обратил на неë свой взор.

Кровь разгоралась в груди. Почему именно сегодня Штофф так смутил комплимент? А потому что она волнуется. Очень. Он еë понял? Но девушка всë-таки взглянула на Смита, преодолев желание закрыть лицо руками.

Его глаза были наполнены теплотой, но он сам будто бы не волновался, заглядывая в самую душу, что заставало девушку врасплох. Трезвон сверчков и тихий шелест листьев на дереве рядом ласкали уши, мягкую траву и волосы легко развевал свежий ветерок, нависало молчание, предвкушающее что-то. Мужчина оглянулся, сорвал цветущий одуванчик и заправил Молли в волосы, чуть улыбнувшись. Теперь уж еë личико не могло не выдавать смущение. Большая тëплая рука Смита коснулась руки Штофф и аккуратно взяла еë, проворно пробираясь меж пальцев. Глаза друг друга горели, как и их лица. Эрвин окончательно расплылся в тëплой улыбке, прерывая тишину:

— Ты мне очень важна. Больше, чем советник... — он мягко поцеловал руку, у владелицы которой дыхание спëрло, — У тебя такая улыбка... Какой я не видел никогда. — мужчина любовался еë залитым лунным светом лицом, считывая еë плохо скрываемые перед ним радость и волнение.

Эрвин впервые говорил о том, что конкретно его зацепило в Мэри, что заставляло даже его, взрослого мужчину, командующего Разведкорпусом, чувствовать себя мальчишкой, пытающимся перебрать слова. После небольшой паузы он всë-таки решился:

— Молли, я люблю тебя.