« Lovers »

“ — И на что ты обиделся в этот раз? – Телемах цокает языком, подставляя кулак под щеку. Подобные совместные утра с Антиноем были не редкостью. Хотя, на что надеялся Телемах, когда вступал в отношения с самым капризным женихом своей матери?

Антиной шмыгает носом, но упрямо молчит. Слезы, такие чистые, скатываются по его щекам падая на одеяло в которое он завернулся наполовину. Глаза уже успели покраснеть, а он все так же молчит.

— Ау-у-у, я как бы с тобой говорю и, если тебе не отшибло память за эту ночь, я твой парень. – скептично выгибает бровь, смотря на краснющие глаза Антиноя. На секунду заставляет сердце сжаться.

— Мх. Ни на что ...

Минутное молчание, прерываемое только редкими всхлипами Антиноя. Он даже не пытается стереть слезы с лица или прекратить плакать, просто ждёт. Чего-то ожидает.

— Понятно. Что я не так сделал в твоём сне?

— Ничего.

— Твое "ничего" уже несколько раз подряд было то моей смертью, то недостаточной нежностью, то недостатком внимания. – вздыхает, делая секундную паузу и снова цокая языком – Так что, хватит врать и скажи что не так.

Шмыгает носом, сжимает покрывало пальцами и отводит взгляд. Телемах смотрит ожидающе, подперев ладонями лицо. В его взгляде точно читается «Ну. Я жду.» И под этим взглядом Антиной не может молчать. Слишком прожигающий. Слишком проницательный. Слишком.. любимый.

— Измена. – на одном дыхании говорит он и поджимает колени к груди, чуть притягивая этим действием Телемаха лежащего на одеяле. Нет, не то чтобы Антиной был настолько придирчив к такому, просто, не очень приятно видеть как человек которому ты в плечо стонал в полной уязвимости делит кровать с другой. Хотя, кому он врёт, не просто "не очень приятно", а до жути противно и мерзко от такого. Особенно, если ты видишь это во сне и ничего не можешь сделать, ничего, и ведь знаешь что это сон, но больно.

Телемах смотрит пару секунд, а потом поттягивается к Антиною. Тот хлопает ресницами, когда принц просто плюхается ему подбородком на колени поджатые к груди. И снова смотрит, улыбается одними только глазами.

— И ты на меня обиделся за это?

— Да..

Телемах смотрит на него. Прямо в глаза. Уголки его губ расплываются в лёгкой улыбке. Привстает на ладонях. Приближается и просто дует Антиною в лицо. Смеётся. И быстро целует его в нос со шрамом. Антиной замирает, пытаясь понять что только что произошло.

— Сон это сон, дурачек мой.

Антиной падает затылком на подушку. И через секунду резко поднимается и отодвигается. Кивает на свое место Телемаху, как бы намекая. Принц беззаговорочно ложиться на нагретое место спиной. Антиной ложиться ему на грудь, хмыкая. От былой полу-истерики полу-каприза осталась только краснота на лице.

— А если этот сон сбудется?

— Не сбудется.

— Ну, а если сбудется, что ты сразу "не сбудется"?

— А я тебе говорю что не сбудется.

Антиной хмуриться. И почему он в отношениях с таким упрямцем? Ах да, точно, любовь.

— А я говорю вдруг сбудется!

— Я тебе ещё раз говорю, что не сбудется – Телемах закатывает глаза, чуть прижимая своей рукой приподнявшегося Антиноя у себя на груди, что тот плюхается прямо носом. – И вообще, мы уже как час назад должны были быть в зале.

— И ты ровно час выбивал из меня ответ?

— Ну, как видишь, да. И сейчас вместо того, чтобы сбросить тебя с кровати, я тебя держу у себя на груди.

— Да, самый крутой, дерзкий, прекрасный принц весь из себя–

— Не начинай, а не то я правда скину тебя на пол.

Мягкий морской ветер обдувает сад. Знакомая темная макушка виднеется Телемаху из-за кустов и цветов. Именно этого человека он и надеялся встретить здесь. Подходит тихо, медленно к скамье, на которой словно сытый кот развалился жених. Тот жених, чьи капризы были для принца самыми родными, и тот, которого не хотелось заткнуть. Подходит ближе, кладет руку на оголенное плечо.

— Эв-ри-мах, сколько ещё раз я должен сказать "нет", чтобы до твоего разума дошло, что мой отказ это отказ.

— Вообще то, – наклоняется к самому уху и.. – Бу.

Антиной отпрянул к краю скамьи, осматривая принца. На щеках за долю секунды появляется мягкий персиковый румянец и жених хмуриться, надувая губы. Явно видно что он за секунду успел обидеться на наследника Итакийского трона.

— ἰδιώτης! ¹ – выпаливает раздражённо, поворачивается спиной к нему.

Телемах забирается на скамью с ногами и садиться спиной к Антиною, нарочно положив свою руку близко к нему. Ухмыляется. Антиной на пару секунд задумывается, а после аккуратно, на миллиметр пододвигает свою ладонь к чужой. Потом ещё немного. Совсем чуть-чуть. Антиной просто хочет немного тепла. Всего-то. И он вовсе не простил Телемаха за считанные секунды. Лёгкое касание. Невесомое. Еле заметное. Пытается спрятать ладонь, сделать вид что это не он. Но Телемах реагирует быстрее, сплетает пальцы и чуть сжимает. Антиною кажется что у него по лицу уже пот струёй льется, а у этого барана царского самое спокойное выражение лица на свете! Он заливается румянцем пуще прежнего и стискивает зубы, невольно сжимая руку Телемаха сильнее чем хотелось бы. И вместо ответного, такого же сильного сжатия получает.. мягкое поглаживание? Чего? Переводит удивленный взгляд на Телемаха и выгибает бровь.

— Что? – принц осматривает его и снова поглаживает ладонь кончиками пальцев. Потом чуть тянет на себя, приподнимает. Надавливает на внутреннюю сторону его ладони большим пальцем, подносит к своим губами и целует один из пальцев. Мягко. Нежно. – Ты милый.

Антиной замирает. Смотрит на Телемаха. А потом снова отворачивается. Но руку не отдёргивает. Поджимает колени и прячет в них свое раскрасневшееся от смущения лицо. Что с ним делает этот смазливый принц!?

— Я тебя ненавижу, Телемах.... – глухо протягивает Антиной, по ощущениям либо плача, либо очень искусно сдерживая слезы. Но он не плачет, просто голос такой.

— Я тебя тоже, Тиной.

Хмыкает. Да как он может так спокойно говорить такое?! Жених обречённо мычит себе в колени. И в кого он влюбился?...

Антиной прячет свое лицо в чужом плече, вдыхая такой родной запах. Каким образом все стало так? Вроде бы, они ещё недавно просто сидели на скамье и он был в обиде на принца, а теперь... Теперь Телемах опаляет его ухо своим горячим дыханием, прижимает к себе. Целует так, как Антиноя никто не целовал до этого. Валит на простыни до боли нежно. Дышит в шею, заставляя дрожать. Все должно было быть совсем не так! Почему Антиной не может его оттолкнуть, взять всё в свои руки, руководить? Мысли путаются. Сворачиваются в странный, извивающийся клубок. Принц наклоняется к самому его уху. По коже пробегают мурашки. Шепчет что-то. Антиной даже малейшее слово понять не может. Они доходят будто через толщу воды.

Телемах сжимает его запястья одной ладонью. Волосы, чуть мокрые, спадают на лоб закрывая ему обзор. Антиною так хочется их поправить. Зарыться пятерней и изредка сжимать от чувств которые его переполняют. Но сказать, попросить это он не может, что-то не даёт ему, будто это настолько низко для его положения, что ничего не знающие об этой ночи люди его засмеют за такое проявление эмоций. Но отстранить Телемаха от себя он не может. Боги, чувства иногда такие странные и непонятные. Принц берет одно его запястье, чуть сжимает, как бы прося Антиноя посмотреть на него и когда затуманенный взгляд жениха более менее, как Телемаху кажется, фокусируется на его лице, тянет его руку и гладит чужой ладонью свою щеку. К лицу Антиноя тут же приливает кровь и он на секунду забывает как дышать. А сказать ничего не может. Телемах ведёт его руку, управляет. И почему-то в голове у жениха появляется на долю секунды странная мысль,

« Телемах будет хорошим царем »

Но она растворяется в его разуме даже не дав хозяину тела ничего ответить. Хотя, он и не очень хотел что-то отвечать. Он хотел любви и он её получил. На шее расцветают мягкие поцелуи вперемешку с укусами, заставляющими Антиноя вжаться в матрас. Как же все это вскруживало голову Антиною. Как же все это заставляло его ноги дрожать. Как же все это заставляло его сглатывать вязкую слюну. Как же Телемах был прекрасен. И это заставляло ещё сильнее дрожать, подставляться под его ласки, молчаливо просить этой нежности, коей он одаривал жениха сейчас.

Светило Гелиоса мягко проникает сквозь шторы, кои Эол качал лёгким ветерком. Антиной сонно жмурит и так закрытые глаза, когда лучик света падает на них. Рядом что-то теплое, и, вроде как, мягкое. Жених поворачивается набок, утыкаясь носом в это самое теплое и мягкое.

Стоп.

Антиной резко распахивает глаза и слегка отодвигается, но чья-то рука довольно нагло пододвигает его обратно. Парень рядом поворачивается набок и кладет свою щеку на макушку Антиноя, выдыхая туда же. По спине проходятся мурашки и тот, кому дунули в макушку вновь делает попытку отодвинуться. Его снова пододвигают обратно, и на этот раз лежащий нагло обнимает его, не давая возможности опять отодвинуться. И происходит это все в молчании с обеих сторон, пока Антиной не вскидывает руками, чуть не ударив провалившегося в дрёму парня, и прикрикивает:

— Да какого ты делаешь?!

Паренёк сонно хмуриться и смотрит на Антиноя, слегка сильнее прижимаясь к нему.

— Хватит уже брыкаться, дай поспать и мне, и себе...

И Антиной наконец-то понимает кто рядом с ним. Как он сразу не понял что это Телемах? Вот уж мозги с ночи отшибло..... Антиной расслабленно вздыхает и умудряется положить на грудь Телемаха свои ладони. Тепло. Мягко. И принц даже не протестует. Не пытается убрать его ладони. Наоборот, одной рукой лишь чуть поправляет их, но не убирает. И оба проваливаются в лёгкую дрёму. И Телемах в этой дрёме шепчет что-то, что доходит до полу-спящего Антиноя только урывками, такими как; «Ты милый», «Иди сюда», «Не обязательно быть сильным». И Антиною хочется, чтобы это было адресовано ему. Ему, и никому более.

Антиной сидит перед зеркалом, сонно смотря на свое отражение. Все ещё хотелось спать. Хотелось прижаться к телу Телемаха и вдыхая этот запах дома уснуть. Снова провалиться в дымку сна. Но они и так слишком долго проспали, а попадаться лежащими в одном ложе даже слугам было не очень. Эта ночь все ещё отдавалась в голове обрывками воспоминаний. Антиной вглядывается в свое отражение, пытаясь рассмотреть красноту на своей шее. Укус. Даже не один, а несколько. Он осторожно надавливает на один из них и тут же ойкает, отдергивая руку. Неприятно. И прямо на шее... Тянется за бусами и аккуратно одевает их. Они ничего не прикрыли. Укусы как и были видны, так и остались. Хмуриться. Будь ты проклят, Телемах. Поднимается со стула и стискивает зубы, разворачивается чуть ли не на носочках и бегом рвется в покои Телемаха.

Врывается туда не стучась. Принц кажется не удивлен. Кого ещё он ожидал увидеть, если этот человек врывается к нему в покои чуть ли не с ноги? Подбегает и подхватывает его за горловину хитона, прижимает к стене. В глазах чуть ли не огонь горит.

— Телемах!

— Антиной!

— Ты мне как прикажешь это.. недоразумение на шее прикрывать?! – рычит, чуть сильнее прижимая его к стене.

— Никак? Ну, знаешь, как я помню, тебе было не стыдно ходить с поцелуем от кого-то до этого.

Телемах ему.. подмигивает. Антиной на секунду теряет дар речи и всякую уверенность, а после приходит в себя, сжимая чужой хитон чуть сильнее.

— Ты сейчас серьезно?!

— Ну не шучу же. – он снова ему подмигивает и аккуратно берет запястье в свою ладонь. Пальцы сразу же разжимаются и почти вся злость оседает. Подносит чужую руку к своим губам и мягко целует. Откуда он так много знает о том, как ввести Антиноя в ступор? Но это работает и на щеках жениха появляется румянец, пальцы на второй руке разжимаются, отпуская ткань. Прикусывает щеку.

Телемах отходит от стены к которой его прижали и легонько наклоняется к Антиною, трётся носом о щёку, секундно мягко целует и отпускает чужую руку, проходя в другую часть своей комнаты к столу заваленному самыми разными бумагами. Через пару секунд до жениха доходит что произошло и он прячет свое красно-персиковое от смущения лицо в ладонях, пока Телемах довольный собой улыбается. Да как этот чёртов принц это делает?!? ”

¹ — ἰδιώτης! - Древ. Греч. Переводиться как «Идиот!» :)