Long Story Short
Нет, не слипнется!Когда 16 марта рестораны Нью-Йорка закрыли, я засела дома с кукбуками. Стало понятно, что файн-дайнинг и вообще дайнинг лежат в плоскости роскоши и баловства: все могут прекрасно жить без этого, а изощренный плейнинг — это история про выдумки шефов и мастеровитость линейных поваров.
Пока мир сходил с ума, я пересматривала собственные ценности. Я думала, что 2020 — время перемен (знала бы я, что будет дальше). Что мне стоит переключиться с высоких идеалов на real food: знаете, люди заходят в кондитерскую, покупают свое пирожное, заказывают тортики на Дни рождения — вот эти простые вещи, которые доставляют людям радость. Загвоздка в том, что я обнаружила себя бесконечно скучающей с этими горами печенья (вы не представляете, сколько печенья я сделала за последние месяцы). Я раскручивала cake stand с еще одним тортом, повторяя спряжение французских глаголов. Я забывала о своей работе, выходя за дверь. Я ждала “пятницу” с вечера “воскресенья”, а еще злилась на себя и на весь свет.
Я делала сигары из фондана и собирала цветочные композиции из масляного крема. Кажется, где-то в районе сигары я поняла, что американские торты, разноцветные, но неотличимые по вкусу, ничем не реальнее десертов из файн-дайнинга: в большинстве случаев торт — это картинка, радующая не рот, но глаз; и картинка эта демонстрирует в первую очередь ремесленную сторону дела. С тем же успехом можно делать торты из пластилина: все равно их вкусовые качества — дело десятое.
А еще мне не хватало ресторанной энергии: адреналиновая наркомания сервиса и вечный забег с препятствиями — это очень весело, и каждый рабочий день — это подъем на гору с победным (или не очень) флагом в конце.
Я могу долго распространяться о своих чувствах. Эти разговоры ни о чем могут вызывать раздражение и недоумение, но сейчас вы поймете, зачем я вообще пишу этот пост.
В понедельник я приняла оффер на позицию Pastry Chef de Partie в The Inn at Little Washington (3*).
Я уезжаю в штат Вирджиния, потому что я хочу делать лучше, изящнее и изощреннее. Я хочу работать там, где для десерта не оставляют место, а где он — самодостаточный курс. Потому что десерт — это больше, чем eye-candy, а шефы-кондитеры больше ремесленников.
C’est là vie.
