Лисёнок

- Ехэээээээй! Юваааааауаааааа! - Кричал парень, перепрыгивая с дерева на дерево по тёмным лесам Форэстеля, где древесные меченосцы пытались сбрить его своими ветвями, а цветы превращали лепестки в пальцы и, вот-вот поймав бойкого юнца, ловили лишь воздух со скверным скрежетом, вглядываясь в его мимолётную улыбку.

Хаос распространился по земле. Как голодная трава расползалась по Форэстелю в каплях плачущего неба. Так прошло 2 года, а Эди спустя это время лишь возмужал, испытывая себя на прочность с лисьими товарищами, плавно идущими подле его тени.

- Ну что, братья! Раз! Два! Триииии! - Закричал Эди, прыгая вниз за зовом ветра, приятно извивающим его волосы. Он летел глубоко в бездну без страха и ужаса, пока сквозь зубы с ноткой дикости в голосе не зазвучало всего одно слово: - Тень… - Тут же всё его тело обращалось новой формой: извилистый образ, недосягаемый высотой, объял дерево и проскользил по другим теням, перепрыгивая ловкими кульбитами вместе с молодыми лиргами, так же быстро скользящими за его рвущимся фантомом.

- Рррр… Эди… Твой вожак ждёт… - Грозно высказался один из лиргов, что цеплялся за тень парня своими платиновыми когтями. - Ты слишком много ребячишься для настоящего охотника... - Дополнил он, резко отскочив в сторону от моментального выпада Эди, который хотел сбросить животное со своего хвоста.

- Ха. Увернулся-таки. Не пойду я к вожаку! У меня уже есть своя стая, я тут сам себе вожак, знаешь ли! - дерзнул Эди, подняв подбородок кверху и слегка выставляя передний ряд зубов, ярко блистающих от его зазнайства. - Можешь возвращаться к Эльну и передать, что я уже гораздо сильнее, чем он и его свита платиновых когтей!

- Оооо… - Улыбнулось животное, слегка наклонив голову набок. - Раз ты сильнее свиты когтей, значит, и сильнее своего наставника? - Слабо рыкнул зверь, припугнув парня своей звериной аурой, которая исходила из-под теневой шерсти, медленно тонущей в земле.

Эди цыкнул, очень важно и упрямо глядя в глаза своего наставника, который обучил его не только мастерству теней, но и техникам настоящего охотника. И хотя его уверенность заходила далеко за границы чувства самосохранения, в душе он всё равно боялся Ирбиса - одного из свиты платиновых когтей, что были самыми приближёнными охотниками вождя лиргов.

- А старикан не боится лишний раз ударить в грязь лицом перед своим лучшим учеником?

- Беспокоишься обо мне?.. - Смурно взглянул лирг, проводя языком вдоль чёрных и ободранных губ. - А коленки-то дрожат… - Обратил он внимание на страх парня, что неуверенно смотрел в его уплывающие в сгустках теней глаза, и, ощутив слабину, стал медленно, шаг за шагом, давить своей гнетущей атмосферой. - Ну что… Может, сдашься без боя? Боюсь, твоя новая стая не оценит поражение своего лидера… - Осторожно сказал Ирбис, обратив свой взгляд на ещё мелких лиргов, стоящих в стороне.

- Шутишь?! - Выкрикнул парень вместе с лёгким движением руки вдоль торса, где всё его тело наглядно было увешано коллекцией заточенных клыков монстров и различных чудовищ. Летящее остриё звенело так близко с ухом зверя, что можно было ощутить, как ветер разрезался по швам, задавая начальный ритм их неожиданного спарринга. Но как только кинжал филигранно воткнулся в кору дерева, из тени лезвия тут же вырвался юный охотник, обрушивая следующий выпад, пронзающий пустоту вместо меховой шкурки хищника. - Зараза…

- Наивный ребёнок, ты уже позабыл, кто научил тебя этим трюкам… - Находясь над человеком, лирг вздымал подбородок кверху, выказывая своё превосходство и силу не только Эди, но и маленьким лиргам, которые прежде игрались со своим человекоподобным собратом.

Эди шмыгнул носом, медленно разминая ноги, и с заострённой манерой устремил свой взгляд прямо в глаза наставника.

- Если я тебя выиграю… Ты признаешь меня одним из свиты когтей! - вытянул из себя Эди, поднимая кинжал в сторону гордого Ирбиса, который истомно вздохнул на потуги юного дарования.

- Сначала победи... - Сказал Ирбис, а его глаза загорелись голубым пламенем, выжигая уверенность Эди, как быстро испускающий дух фитиль, поднимая мурашки и заставляя пятиться назад.

- Думаю, ты и сам понимаешь, что видел лишь крупицы моей силы… - Вновь заговорил Ирбис, а в голове Эди были только одни единственные мысли.

“Страх”, “Ужас”, “Сомнение”, “Гибель”… - Грохочущая аура, пожирающая его без клыков, проедала каждую клеточку смелости, а воспоминания, что хранились где-то далеко на задворках его памяти, вновь пробегали перед глазами.

Эди смутно помнил о своём прошлом, о тяжёлом расставании с отцом и о том, как он стал частью звериного племени.

Зверь внутри Эди был сильнее чужих принципов. Он перегрызал глотку страху и обгладывал ужас, каждая доля сомнения развеивалась в его накрепко сжимающих кинжалы кулаках, а знамение гибели опадало подобно душе деревьев и в виде листьев зарывалось в объятиях холодной земли. - Тень… - Шёпотом произнёс Эди, и его пятки тут же оттолкнулись от земли, а ладони, вытягивая кинжалы из окружающих всё его тело ремней, высвободили тень летящих лезвий, как верёвки, что стремительно поднимали его к хитро улыбающемуся Ирбису.

- Смело… Или же глупо… - Сказали две тени Ирбиса, появившиеся по обе стороны от быстро летящего вперёд Эди.

- Забыл про своё же правило об элементе неожиданности? - Просмеиваясь, спрашивал юный охотник, плавно, словно кошка, в воздухе вытягивая два ножа на каждую тень. И только-только его самодовольство скакнуло выше его возможностей, платиновые лапы лирга тут же вмяли его спину, отправляясь вместе с ним до дна, с которого он надеялся перескочить на самую вершину.

Грохот поверг листопадом всю округу. Ещё молодые лирги смотрели на помятого и побеждённого в пух и прах Эди с маленькой и почти незаметной смешинкой, пока Ирбис медленно и с превеликим наслаждением отряхивал лапы от поднявшегося омута пыли, продолжая лежать на изогнутой спине своего ученика. - Надеюсь, ты усвоил урок того, как важно иметь холодную голову и точный расчёт.

- Д-д-да… Пожалуйста, слезьте уже с мен… Аааа… ау… Слезьте со спины! - Раскричался Эди, вытягивая руки из-под увесистого меха лирга, что улыбался своим деткам, придавливая ослабевающего парня.

- Охотник должен быть уверен в том, что его жертва полностью испустила дух. Я тебя разве ничему не научил?! - Серьезно заявлял Ирбис, видя, как из Эди медленно выливались все жизненные соки, оставляя лишь жалкие потуги, подготовленные к посмертной агонии.

- Ты чего… Убить… Меня удумал… - Вытягивался Эди, сползая к своей единственной свободе, пока его хребет вместе с органами медленно возвращались в норму, вновь показывая чудодейственность хаоса во всей своей красе.

- Не было бы хаоса - Отсёк бы тебе голову… - С лёгкой ноткой разочарования в голосе сказал Ирбис, уводя маленьких детишек на своей спине прямо к их главному вождю.

На третьем плавном шаге он обернулся и посмотрел на восстанавливающегося ученика, заостряя от злости брови. - Сращивай кости быстрее, нас уже ждут.

- Сращивай кости… А кто мне их сломал… - Ёрничал парень за спиной Ирбиса, пока тот лёгким шлепком хвоста не обогнул тенью деревья и не дал крепкого подзатыльника тому, кто думал, что его баловство останется безнаказанным.

- Ай! За что?!

- За нахальство, которое из тебя так и сыплется… - процедил Ирбис, продолжая идти вперёд и прометая хвостом беспорядок из листвы, что они устроили при спарринге.

Эди хотел вновь заискрить остротой своего языка в сторону Ирбиса, но, смотря на то, как его тень шатается из стороны в сторону, подумывал обойтись без излишнего нагнетания. Их путь ложился в центр Форэстеля, в чащобу Цветочной девы, где жил вождь лиргов и новая семья молодого охотника.

Дорога была недолгой, но Ирбис был в таком возрасте, когда смакование каждой минуты приносит дополнительное удовольствие. Он не собирался спешить и разгонять местных зверей, что и без того стали жутким дополнением этого хищного леса. Привычные всем медведи стали изуверами, прячущимися в коре деревьев. Они, как и многие животные, получили самую страшную способность, которую только мог подарить хаос: стали разумными и, более того, очень умелыми.

Большинство зверей преобладало даже над человеческими знаниями в области хаоса, ведь некоторые из них подверглись симбиозу.

- Иглер… - с чувством отвращения в голосе сказал Ирбис, видя перед собой страшное чудовище. Это был огромный медведь метра три высотой, а по всему его телу аккурат были расставлены иглы дикобраза, что явно были прочнее и острее, чем у предшествующего ему вида животных. - Идём осторожно, лучше отступить, если шансов на победу немного… - шёпотом говорил мудрый лирг, очень медленно, словно змея, проскальзывая сквозь преграды из изгибающихся ветвей деревьев.

Эди хоть и являлся очень энергичным и бойким парнем, но в моменты, когда Ирбис выказывал явную серьёзность, он принимал во внимание абсолютно всё, что говорил мудрый лирг. Ведь его охотничий инстинкт и огромный опыт в боях были достойны настоящего уважения. Каждое наставление, что исходило из его уст, всенепременно становилось опорой человека, который признавал себя зверем.

- Осторожно… - Тихо сказал Эди, сдвинув маленького лирга в сторону от гниющих останков людских тел, которые медленно проедал этот живой лес. - Давай, давай… Иди дальше, - сказал он, взглянув на лицо, наполненное предсмертной агонией, на глаза, что всё ещё при смерти метались из стороны в сторону. Человек был живым и в то же время ощущал граничащий порог смерти.

Здешние земли с каждым днём становились всё более жуткими и опасными. Людские тела использовались землёй как удобрение, заставляя бедных путников и непосредственно жителей Форэстеля вечно циркулировать между угасающей жизнью и надвигающейся смертью. Однако, несмотря на это, истинная причина была ясна только лиргам. Они искренне понимали, что защищали, и с горечью в глазах наблюдали за тем, как лес медленно становится одной большой клеткой для заблудших душ.

Центр природного королевства, где жили Эди и его братья-лирги, был самым осквернённым местом. Вокруг деревьев чувствовался зловещий рокот, а листья пели женскими голосами, приманивая немалую долю погибших здесь авантюристов. Каждая ветвь вытягивала свои ядовитые шипы, чтобы насытиться чужой кровью, а земля утаскивала новых жертв в свою обитель упокоения.

Теневые способности передавались лиргам от их вожака Эльна. С тех пор как появился хаос, это стало единственной возможностью попасть в их спрятанное в сердце леса логово. Оно представляло собой древнее сооружение миролюбивой и давно забытой расы Цвэльнов, отдавших свои жизни за жизнь Цветочной Девы, что воссоздала из умирающих земель цветущее королевство Форэстель.

И хотя в окружении руин царствовал смрад и буйствовала порча под предводительством плодородия хаоса, в самих руинах чувствовалась первозданная чистота. Лирги окружали это место и защищали его ценой своей жизни.

- Ирбис… - Радостно и очень добро приветствовал его вождь лиргов. - Как вы?.. Как ваши тренировки?.. - Очень медленно и осторожно говорил вождь, стараясь тратить как можно меньше сил.

Эльн представлял собой двухметрового лирга. Он был слегка больше остальных особей и отличался седыми пятнами, жадно разросшимися по всему телу. Но, несмотря на это, его рассудок всё ещё мог трезво впитывать всю информацию. Он смотрел на Эди с неким разочарованием и предвзятостью и, недолго думая, начал открыто выражать свои мысли:

- Пора бы уже оставить мальчишку и вспомнить про твою главную обязанность, а именно защиту Цветочной Девы… - С мягким тоном говорил Эльн, а его слова так сильно ударяли в голову Эди, что тот попросту не мог сдержать себя в руках.

- Эй! Тебя нисколько не смущает моё присутствие?! - Заголосил мальчишка, заостряя уши охотников, стоящих поодаль от начинающегося конфликта. - Может, я и обычный человек, но тоже охотник, как и все, кто здесь находится! - Заявлял Эди, с гордостью ударяя себя большим пальцем в грудь.

- Охотник не дрожит от страха… Он убивает без зазрения совести и не поддаётся на провокации… Ты - не охотник... - Грозно сказал величественный лирг, вытягивая слабовыраженный оскал на своём лице. - А ты, Ирбис, - Вождь тут же повернулся к своему собрату, - Хватит нянчиться с этим молокососом, слабаком, который не способен постичь и крупицы опыта и мастерства Цвэльнов.

Эди вжался в кинжал, висевший на копчике, пока Ирбис плавно не задел его тенью, смягчая стремление к отчаянной выходке. Как только они прошли чуть дальше, чем простиралась горделивость и величие старого Эльна, Ирбис слегка повернулся, вытянув пасть перед другими лиргами:

- Этот лисёнок не слабее тебя, Эльн, а придёт время - Станет и сильнее всей вашей расы…

Жгучий взгляд Эльна был очень скверным на вкус, но его сдержанность была столь же холодной, что и характер, уводящий в сторону смурной взгляд.

- Это правда? - Заулыбался Эди, выскакивая перед Ирбисом, который спокойно шёл себе вперёд, не обращая внимания на радостные возгласы мальчика. - Ты… ты не шутил… - перебирал слова мальчишка. Пригибаясь под разрушенными сооружениями и двигаясь за своим наставником, он так и выплёскивал энтузиазм во всех своих действиях. - Ну стой же… - Осторожно сказал Эди, коснувшись Ирбиса.

Тот улыбнулся своему ученику и, слегка кивнув, посмотрел на самое главное сооружение всего Форэстеля - Октум. Это было священное место, вечно взращивающее вокруг себя ветвистые корни, которые ломают и тут же восстанавливают себя в нескончаемом цикле.

- Эди, уведи деток по домам и, прошу, не злить Эльна до моего прихода. Ты меня понял? - Переспрашивал Ирбис, довольствуясь одним кивком, который небрежно вытягивал из себя мальчишка.

Перед тем как лирг перевоплотился в тень, чтобы пробраться в самые густые дебри Октума, Эди вновь окликнул своего наставника:

- Скажи… - Акцентно прокашлялся Эди, вглядываясь в самое сердце Форэстеля. - А что будешь делать ты?

Молчание Ирбиса было не столько зловещим, сколько задумчивым, будто он и сам с трудом понимал, на что идёт. Несколько секунд раздумий медленно превращались в его привычную скупость на слова.

- Мне нужно повидаться со старым другом… - Сказал он, и его яркий глаз, переливающийся синим пламенем, мгновенно, вместе со всем лицом, разом превратился в густую тень, растворяющуюся в потоках Октума.

- Вот же… - заикнулся Эди, сощурившись на только что исчезнувшего наставника, а спустя буквально секунду расслабился, увидев маленьких лиргов, что исполняли забавную сценку, напоминающую ему о недавнем бое с Ирбисом. - Надеюсь, всё будет хорошо… - Плавно выдохнув, сказал он и, улыбнувшись деткам, незамедлительно принялся выполнять волю своего наставника.

Октум был окружён ветвями и корнями, быстро циркулирующими в стремлении поглощать всё, что к ним приблизится. Попасть внутрь, к самому сердцу леса, могли отнюдь не все. Даже лирги, гордые охотники, освоившие дар хаоса, ощущали непреодолимое чувство страха, судорожно давящее на их лапы. Так же и сам Ирбис с большой тяжестью в груди продвигался тенью сквозь барьер, не жалующий чужаков.

- А ты не изменился… - С лёгкой смешинкой заявлял нежный девичий голосок, появившийся внутри мыслей Ирбиса, пока он и сам не увидел бледную девушку, обвитую собственными лианами, что медленно питались её жизнью, пока та спала беспробудным сном.

- Твой сон…

Девушка улыбнулась, но медленно выкатывающаяся слезинка, что появлялась на её глазах, заставляла печаль преобладать над всей радостью этой встречи.

- В людском облике ты был пониже… - Вновь храбрилась девушка, так же не открывая глаз, словно сон, что объял её, был неугасаем, как проклятие нависшего над ней хаоса.

- Довольно шутить, Цветочная Дева, я слышал, как ты звала меня! - Повысил тон Ирбис и осторожно примкнул свои платиновые лапы к её недвижимому телу. - Я считал, что ты пробудилась и спасёшь Форэстель от неминуемой гибели, но, видимо, я ошибался… - С горечью и печалью Ирбис собирался вот-вот покинуть деву, но на мгновение остановился.

- Да… Неминуемой гибели… Пожалуй, самые правдивые слова для будущего Форэстеля… Будущего, которое ждёт все королевства. Этот хаос показывает нечто невообразимое: жизнь, сотканная из тысячи смертей, город, выстроенный из людских душ, чудовище, склонившее голову перед слабостью… Это… Это очень необычно… - Голос девушки становился более звонким, а её мания преобладала над всеми чувствами и эмоциями, слепо выраженными на улыбающемся лице. - Но… Я не собираюсь поддаваться хаосу, этому роду загнанных слепцов, спустившихся к нам, чтобы овладеть нашими душами… Я буду здесь, Ирбис, и когда я вновь очищу себя от скверны, я выйду из Октума…

Ирбис видел на лице Цветочной Девы слабые, просачивающиеся пятна в виде мрачных терновых вьюнков, которые как исчезали, так и появлялись, не давая ей спокойно сосредоточиться на словах.

“Боюсь, этого может и не произойти”, - задумался лирг и принял во внимание все её слова, каждую нить, связывающую разные истории воедино.

- Ирбис… - В последний раз его окликнула Цветочная Дева. - Твой лисёнок настоящий душка. - сказала она, плавно улыбаясь огрубевшему в лице лиргу, который незамедлительно растворялся в своей собственной тени…

…

…

…

- Жаль, что он станет твоей погибелью…