Лишь однажды.

Очередная пьянка. Максим уже нажрался в хлам, но главное - в компании хороших людей. Не так ведь?

Бухие были все до единого. Кто-то из парочек уединился в одной из спален, а кто-то и во все на балконе. Макс их видел, когда вышел покурить.

– Пардон, ребятки...

Парень тут же вышел, прикрыв дверь, автоматом чуть не заперев пару.

Все трахаются, а Максу как обычно по пьянке грустно. На кухне стоит какой-то парень, которого он не видел до этого. Стоит курит.

– Кучерявый, есть покурить? – Максим берёт за плечо парня, поворачивая к себе.

Когда незнакомый стоял уже лицом к Шабанову, тот узнал Колю. Вроде на курс старше.

– Есть, я че по твоему делаю? – Ромадов вставляет Максиму в губы свою сигарету.

Макс кивает, затягиваясь, но тут же чувствует, что сигарету тянут обратно. Ну тяга есть и похер.

– Последняя, – Коля вдыхает дым, – напополам будет.

Максим игнорирует факт, что парень напротив держит его за задницу. Он даже и не заметил этого.

– Без б... – Макс даже устраивается рядом.

Курят стоят в тишине, а Максим чувствует, что его жопу уже трогают, как свою, при чём вообще без стеснения.

– Эй, ну ты руки то убери...

Макс смотрит на парня рядом. Рука сама невольно тянется назад, беря чужое запястье.

– Нет, не уберу, – Николай без зазрения совести продолжает лапать Шабанова.

– Ну пожалуйста, – сигарета переходит в руки Макса.

– Поцелуешь - отпущу.

Хитрый план? Максу без разницы, потому он просто чмокает Колю в щеку. Тому будто этого мало.

– В губы, – вот это нихуя себе.

– Я че, пидор что ль?

– Кто знает...

Не проходит и минуты как оба прижимаются друг к другу, словно последние выжившие геи на планете. Губы Максима уже давно прижаты губами Коли, а последняя сигарета лежит на краю стола.

Шабанова садят на стол, а он берет сигарету, делая затяжку. Коля в то время целовал шею парня.

За подбородок Макс поднимает голову Ромадова на себя, целуя его в губы, пока в лёгких всё ещё находился дым от табака. Прикольно.

С Макса снимают черную зип-кофту, откидывая её на пол. Джинсы Николай расстёгивает сам, а Максим развязывает узелок на спортивных штанах. Адидас, черные. Три полоски.

Узел никак не развязывается, а Коля уже вазелин взял, будто из ниоткуда.

– Чё у тебя там? – парень стоит со спущенными по щиколотки джинсами, руки кладя на бедра Максима.

– Да узелок...

– Какой узелок?

– На штанах..

– Встань, – звучит как приказ.

Макс спускается со стола и Коля одним движением стягивает с парня его треники, сразу вместе с бельём.

Живём один раз, надо всё попробовать!

Через какое-то время в Максима спокойно входили три пальца, потому Николай решает, что можно, по хорошему, заменить их на член.

– А у тебя презики есть? – пальцы выходят.

– Нету.. Так ты же не залетишь!

– А если ты спидозный? – Макс курит уже другую сигарету.

Эту пачку они нашли с Колей в холодильнике.

– Мне похуй, вместе сдохнем, – смелые слова. – Я вытащу, не боись.

Секунда. Две. Коля проникает медленно.

Макс до сих пор не сильно понимает, где он и с кем, но явно ощущает, что внутри уже точно что-то есть.

Тихий стон, а следом ещё один. Входит почти без проблем.

Один раз - не пидорас!

Одна рука Николая придерживает ногу Макса под коленом, а другая держит его со спины. Шабанов же во всю наслаждается процессом. При чём не только тем, в котором участвует Коля, но и курением.

Когда Ромадов входит на половину, сигарета откладывается, а Макс стонет ещё раз громче, уже прикрыв глаза, которые начинают слезиться.

Темп начинает нарастать, а вместе с ним и громкость звуков, издаваемых обоими. Максим выгибается, ложась на стол, а Коля руку со спины перемещает на талию.

Толчок за толчком. Каждый раз будто грубее и глубже.

– Ах! – прошел по простате. – Блять!

В комнату зашёл парень, смотря на эту картину. Макс прикрывает рот рукой, кусая свои пальцы и выгибаясь, пока Коля делает размеренные и грубые толчки.

– Извините.. – Коряков смущённо проходит к холодильнику.

Заметив пришедшего, Николай останавливается, входя в Максима полностью.

– Коль.. Ещё.. – парень снизу просит, хватаясь за руку полового партнёра.

– А вы тут винстон синий не видели? – Илья смотрит на обернувшегося Ромадова, а затем на Макса, который чуть ли не хныкать готов.

– Видели, – с лёгкой отдышкой говорит Коля, указав на стол рядом с Максимом.

Юноша подходит и забирает упаковку сигарет, не замечая рядом одну закуренную с этой же пачки.

– Извините, продолжайте... – Коряков тут же уходит в коридор.

Шабанов проводил его следом, чувствуя, что по виску потекла слеза. Не успел он и опомниться, как Николай продолжил акт, взяв в зубы сигарету.

Секс продолжался ещё минут десять, пока Макс не кончил себе в руку, а Коля в Макса.

– Фух блять... – Ромадов выходит из парня, надевая на себя бельё.

– Ты сказал, что вытащишь, – Максим чувствует внутри семя.

– Да щас всё по красоте сделаем, не ссы.

Макса Коля дотащил до санузла и дал ему влажные салфетки, после уходя на кухню. Курить уже, к сожалению, нечего. Слишком грустно.

Максим возвращается на кухню, залазя под руку парню, стоящему у окна.

– Ты всё? – Коля потрепал русую макушку.

– Ага... – звучит уставше. – Пошли спать?

– Вместе? Тебе не кажется, что это по пидорски?

– Хочешь - ложись на полу. Я на диване предлагаю, но со мной, – Шабанов смотрит в глаза Ромадову.

– Похуй, пошли.

По итогу ушли спать в зал. Диван, слава богу, был не заблеван. Раскладывать его не было ни сил, ни желания, потому Коля лег на диван, а Максим на Колю.

– Люблю тебя, – Макс зевает, потому слова не чёткие.

– И я тебя, бро, – рука ложится Шабанову на задницу.

Так и уснули в полуобнимку.