Лимонад

Автор канала "Имперский стаут" Владислав Гусар.

В этот раз путь от лагеря разведки до передовой занял у меня очень много времени. Маршрут был давно разведан, я хорошо запомнил состоящую из грязи тропинку, петляющую между помеченных летящими осколками дубов. Она петляла между воронок, сбросивших листву деревьев и блиндажей, она была перегорожена поваленными от взрывов стволами, она троилась и сходилась вновь. Часто на ней можно было встретить одного или нескольких путников - заросших мужчин в камуфляже, с автоматами или без них, облаченных в бронежилеты или идущих "на легке".

Да, в этот раз долго. Мне "в нагрузку" достались несколько ГРУшников, один из которых чрезмерно трепетно относился к вопросам безопасности. Может в чем-то это и было оправдано, однако отдавала трусостью и раздражало.

- Что это? - спросил он, внезапно замерев на тропинке с озадаченным видом.

- Вертушка, - уверенно сказал я, прислушавшись к стрекочащему звуку. Вертолеты здесь частенько появлялись, причём в основном украинские.

- Залегаем! - призвал ГРУшник и начал углубляться от тропинки в лес. Ну что же, залегаем так залегаем. Можно растянуться на опавшей листве и покурить, скрывшись под одним из упавших стволов. Надёжное укрытие от наблюдения сверху. Главное - не шевелиться. Тебя сложно засечь с воздуха, если ты не шевелишься, почти нереально отличить фигуру человека от ветки с большой высоты. Мне, как выслеживающему противника БПЛАшнику, было это прекрасно известно.

Я успел выкурить сигарету и задуматься ещё об одной, когда разведчик с одним из самых грозных позывных, что я слышал, решил продолжить путь. Вертушку, если это действительно была она, уже давно не было слышно, но почему бы не отдохнуть? Несмотря на время года (конец декабря) в лесу было тепло, температура воздуха была в уверенном плюсе, поэтому даже прохладно мне не было. В этот день больше и "работы" не было, поэтому я спокойно убивал время, сопровождая вечно прячущегося спецназовца и лежа в лесу на свежем воздухе.

Так, осторожными переходами, наша разношерстная группа из двух ГРУшников и трех добровольцев-наёмников подошла к очередной "остановке" - полянке, которая была испещрена ямами и уходящими в темноту лесенками. У одного из укрытий старший разведчик начал о чем-то общаться с местными обитателями, а мне и Германцу было предложено спрятаться от обстрела в одном из блиндажей.

Сказано - сделано. Я нырнул в одну из ям, и в первые же секунды поразился её габаритам. Вниз шла глубокая и крутая лестница, которая заканчивалась окопчиком, площадь пола которого составляла от силы метра полтора. Для понимания моего разочарования - это как если бы вы вошли в резную двустворчатую трехметровую дверь, а за ней оказалась средних размеров кладовка без окна.

На поверхности начали грохотать разрывы, окопчик стало заметно потряхивать, поэтому я уселся на стоящий там плоский ящик из-под БК, занимающий большую половину невзрачного укрытия. Ноги стояли на свободном месте, поэтому для моего товарища места внутри уже почти не было, и он сел сверху у ступенек, свесив ноги вниз При желании он бы мог залезть, но расположился бы с куда меньшим удобством, поэтому, видимо, смирился с рисками.

Спокойный отдых в блиндажике был бесцеремонно прерван ещё одним, незнакомым мне ранее бойцом. С улицы прозвучал какой-то невнятный бубнеж, после чего раздался голос Германца:

- Поручик, мы тут чужой блиндаж заняли.

Посылать хозяина укрепления было бы проявлением крайней степени бескультурщины - в конце концов, мы в гостях.

- Мы бы тут и втроём поместились, - бурчал я, поднимаясь на поверхность под аккомпанимент миномётной канонады. Не то чтобы на поверхности мне было гораздо хуже, чем внутри - нет, разрывы пока не сильно напрягали. Зато вылезать в бронежилете и с автоматом из землянки мне совсем не хотелось - сам процесс подъёма не сулил ничего приятного.

Но я вылез, а боец в чёрной горке и в бронежилете нырнул вовнутрь, прячась от разрывов. В этот момент свист мины раздался ближе, чем обычно, и я последовал его примеру, а Германец спустился вслед за мной.

Так мы все-таки оказались внутри втроем. Как я и предсказывал - поместились. Неназванный солдат залез с ногами на ящик и прижал их к себе, я сел также, как и раньше, а резко очерченный солнцем благородный профиль бородатого байкера-Германца по-прежнему можно было наблюдать в районе лестницы. Взрывы раздавались совсем недалеко, но особого смысла переживать по этому поводу у нас не было - мы себя обезопасили так, как могли. Если очередная мина с ювелирной точностью прилетит прямо к нам в укрытие, то беспокоиться об этом было совершенно незачем.

- Братка, угости сигаретой, - обратился я к забравшемуся на ящик блиндажному "сидельцу", получил желаемое, запалил и с удовольствием затянулся.

- Ты откуда вообще? - задал вопрос я, пытаясь скоротать отведённое нам совместное время. Общаться с другими бойцами вообще полезно, можно узнать что-то интересное. Это был не один из тех случаев, однако боец явно нуждался в собеседниках.

- Часть из К. А вы откуда? - поинтересовался официальный военнослужащий, причем одного из "элитных" подразделений.

- Тоже разведчик? Мы ЧВКшники.

- Да, разведчик. И сколько получаете?

Вопрос, на самом деле, не самый тактичный. Не особо люблю обсуждать финансовые темы с людьми, с которыми знаком меньше двух минут.

- Около двухсот, - (хотя, на самом деле, было больше)

- А ротации как у вас?

- Десять дней здесь, десять в тылу.

- А я здесь уже месяц сижу, - пожаловался собеседник. Таким голосом, что парня действительно становилось очень жалко.

Месяц. С одной стороны, месяц на передовой, зимой без возможности помыться и связаться с семьёй - это действительно долго, парня можно понять. С другой стороны - я хотел по своей воле остаться на передовой на месяц, а потом вернуться в тыл и сразу поехать в отпуск. На передовой дальше от начальства, там можно работать, а не маяться от скуки.

А здесь - человека засунули насильно. Бойцу находиться тут не хочется, платят ему мало, но забота о личном составе у "лампасов" из Минобороны вообще не в почёте. Пользуются тем, что есть, не вдаваясь в такие нюансы, как вымотанность военнослужащих.

Не знаю, начала ли уже у разведчика плавиться кукуха, но дальше он ударился уже в совсем сторонние рассуждения. Одна мысль цеплялась за другую, превращаясь в малоосмысленный монолог.

- Хорошо вам. Десять через десять. Я здесь уже месяц, и тоже за двести. Без претензий к вам, просто... Знаете, вчера так лимонада хотелось. Сегодня не хочется. А вчера умирал просто без лимонада...

Рассуждения продолжались. С едой не было проблем, но месяц, зимой. Без помывки и лимонада.

Оратор был весьма молод, скорее всего даже моложе меня. Может 25, может и того меньше. Думаю, он просто не мог осознать окружающую реальность и до конца с ней смириться. Лимонад был просто символом другой жизни, не перепаханой разрывами, не заваленной вырванными с корнями деревьями. Жизни, которой он жил, и никогда не предполагал, что месяц будет прятаться от вражеских мин в полутрометровой яме.

Думаю, ему раньше было хорошо. У него была чистая одежда. Возможно, девушка. Возможность есть то, что захочется. И пить лимонад.

Теперь... Теперь мне смешно, хотя я его прекрасно понимаю. И понимаю эту разницу между кадровым военным, с дешевой ипотекой, льготами и казавшимся стабильным будущим, который не хотел этой войны - и добровольцем, который ехал добывать победу, несмотря на отсутствие всего вышеперечисленного. Когда я выбрался из блиндажика с его обитателем и пошёл дальше по тропинке, моему раззадореному рассказом про газировку мозгу хотелось лимонада. Но это желание быстро прошло.

Автор канала "Имперский стаут" Владислав Гусар.