Дворец Лим Чин Цонга

Недалеко от янгонского озера Инья, за въездом с улицы Пагоды Каба Эй (раньше она называлась Коккайн-роуд) находится очень примечательное здание в виде высокой круглой башни, построенной в китайском стиле. Когда-то оно доминировало над низкими домами этого района – престижной «Золотой Долины», местной Рублевки. Сейчас неподалеку поострены здания в несколько этажей, поэтому башня немного теряется среди них.

Но уникальность ее архитектуры на фоне современных зданий еще больше бросается в глаза. Этот дом построен в начале прошлого века китайским бизнесменом Лим Чин Цонгом (Линь Чжэньцзуном), и его отличает «эксцентричное сочетание восточного и западного стилей».

В 1881 году этнические китайцы составляли менее 3% населения Бирмы, а к 1911 году эта доля увеличилась до 8,9%. В городе в это время преобладали выходцы из Индии, которых было 56% от общего числа населения. К 1931 году индийское население Рангуна превысило миллион человек, тогда как этнических китайцев было менее 200 тыс.

Хотя представителей разных национальных групп не принуждали жить отдельно друг от друга, центр Рангуна был фактически разделен на три части: европейский квартал к востоку от улицы Пагоды Суле, индийский квартал к западу от улицы Пагоды Суле, и китайский квартал к западу от индийского квартала (западнее улицы Пагоды Шведагон) и до 19-й улицы - теперь это «кулинарный центр» янгонского Чайна-тауна.

В то время как некоторые китайцы перебрались в Бирму по суше из провинции Юньнань, большинство китайских переселенцев прибыли по морю из провинций Гуандун (они говорили на кантонском диалекте) и Фуцзянь (они говорили на своем фуцзяньском диалекте).

До 1962 года китайцев, говорящих по-кантонски, в Янгоне было больше, чем фуцзяньцев, но затем, когда военная власть начала социалистические эксперименты и национализацию бизнеса, многие кантонцы, в большей степени сохранившие связи с исторической родиной, уехали в Гонконг или Китай. Сейчас в китайской диаспоре Янгона преобладают потомки выходцев из Фуцзяни.

 В отличие от Малайзии, Индонезии и Филиппин, китайцы в Бирме не смогли занять роль торговых агентов англичан по связям с местным бизнесом – бирманцы традиционно не признавали чужаков, даже если они обладали деньгами и связями. Китайцам приходилось «бирманизоваться», чтобы занять свою нишу, да и то это, как правило, в полной мере удавалось не первому поколению тех, кто перебрался из Китая на территорию Бирмы.

Самый известный пример такой «саксес-стори» (которая, впрочем, в итоге закончилась не очень счастливо) – это судьба этнического китайца Лим Чин Цонга (Линь Чжэнцзуна), отец которого в 1861 году переехал из Фуцзяни.

Лим Чин Цонг был китайским магнатом, который создал бизнес-империю, производящую каучук и текстиль, торгующую нефтью и рисом, добывающую полезные ископаемые и занимающуюся банковским делом. Его отец Лим Су Хен после приезда в Рангун из Китая начал торговать рисом и другой сельхозпродукцией. При этом, он постарался дать своему сыну отличное образование в рангунском колледже Св. Павла, рассматривая знание английского языка в качестве огромного конкурентного преимущества для торговли.

Лим Чин Цонг принял бизнес своего отца в 21-летнем возрасте – старший Лим скончался в 1888 году. Незадолго до этого британские войска вошли в Мандалай, и Бирманское королевство прекратило свое существование – а значит для рангунских бизнесменов открылись новые перспективы и новые рынки. Молодой и энергичный Лим Чин Цонг начал развивать бизнес-империю, покупая океанские суда и экспортируя рис. Многим в Бирме и за ее пределами была известна его торговая марка «Xie De». А еще через некоторое время ему удалось заключить сделку с крупной нефтяной компанией Burma Oil Corporation, и он стал ее эксклюзивным агентом в регионе.

Лим Чин Цонг был не только успешным бизнесменом, но и знаменитым благотворителем, жертвуя деньги на школы и больницы. Он также был членом Законодательного совета Мьянмы, а в 1919 году Лим был награжден орденом Британской империи за свои усилия по сбору средств во время Первой мировой войны.

В 1917 году Лим Чин Цонг начал строить «Маунт Плезант» -  новую резиденцию в Рангуне. Пятиэтажное здание из красного кирпича и зеленых плит должно было напоминать павильон Фу Сян в пекинском летнем дворце Ихэюань, но в результате здание стало смешением восточного и западного стилей архитектуры. Строилось оно более двух лет, и расходы, согласно некоторым отчетам, составили два миллиона рупий. Материалы и украшения были импортированы из Китая, а итальянские дизайнеры и известные британские художники создавали интерьер. Этот дом называли «Дворцом Лим Чин Цонга», или «Чин Чаун Нандо» («Дворец Чин Чаун»). В нем устраивались приемы и вечеринки, а гости поражались его великолепию. Самым известным гостем Лим Чин Цонга в его дворце был французский премьер-министр Жорж Клемансо.

Но любой сказке приходит конец. В 1921 году колониальное правительство ограничило продажу бирманского риса только Индией, а британская нефтяная корпорация отозвала у Лим Чин Цонга статус эксклюзивного агента. Лим Чин Цонг разорился, и внезапно сломался морально. Некоторые китайцы считают, что одна из причин его банкротства как раз связана со злополучной резиденцией. Ее башня построена в виде восьмигранника, а простой человек не должен использовать восьмигранник для своего дома. Так гордыня Лима повлияла на судьбу его бизнес-империи. Он продал свое имущество, даже машины Rolls Royce, которыми гордился, и 1923 году скончался.

Дворец сначала перешел к японскому кредитору (в годы японской оккупации Бирмы здесь был главный радиоцентр), затем зданием владел индийский бизнесмен, а в 1950 году собственником стало правительство Бирмы, разместившее в здании гостиницу «Канбоза Ейкта». Еще некоторое время здесь было женское студенческое общежитие. Сейчас здание находится в распоряжении министерства культуры и религиозных дел, и в нем периодические проводятся различные мероприятия – от выставок до конференций.