Личины Сексуальности
🛑 👉🏻👉🏻👉🏻 ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Личины Сексуальности
Камилла Палья. «Личины сексуальности»
В последние десятилетия XIX века сексуальные личины декаданса заполонили литературу и искусство. В 1893 году Альбер Семен публикует стихотворение, приветствующее наступление «эры Андрогина», быстро, как Антихрист, завоевывающего культуру. Отвергающий секс декадентский андрогин — аполлоническое существо, потому что он противостоит природе и потому что он наделен высоким интеллектом — западная черта. Он скорее хмур и нервен, чем лучезарен. Колетт называет этот тип андрогина «тревожным и замаскированным», вечно печальным, следующим «своему серафическому страданию, мерцанию своих слез». Вот так и Юнг усматривает в женственной голове Митры или Аттиса из Остии «сентиментальное отречение», пассивную жалость к себе. Вопреки мнению некоторых феминисток, андрогинность — не решение всех человеческих проблем. В «Машине времени» (1895) Г. Дж. Уэллс предвидит опасности массовой андрогинности. Общество поляризуется на рабочий класс, омерзительных подземных морлоков, и праздный класс, женоподобных элоев, прекрасных, слабых и апатичных. Элои, или жители Верхнего Мира, — аполлонические эстеты-паразиты, изгнанные из производительной хтонической сферы, захваченной грязными утилитаристами. Путешественник во времени Уэллса вначале восхищается андрогинностью элоев, но затем их вырождение вызывает в нем отвращение. Современный андрогин, стремящийся только к самореализации, теряет спенсерианскую энергию противостояния и конфликта.
Декадентское искусство — искусство ритуалов и богоявлений. Его содержание: романтические личины сексуальности, властители, идолопоклонники и жертвы демонической природы. Даже иллюстрируя поэтические эпизоды, декадентское искусство никогда не делает обыкновенных иллюстраций. Оно драматизирует господствующий западный образ и сексуальное подчинение агрессивному взгляду. Декадентское искусство враждебно притязает на зрителя. Стиль декадентского искусства — языческое зрелище и языческая похвальба. Даже за самой заурядной декадентской живописью скрываются сложные романтические взгляды на природу и общество, неизвестные учебникам по живописи XIX века. Роль модернистских культурных героев, например Сезанна, сильно преувеличена. Прямота и «честность» Сезанна, непритязательные протестантские ценности, соответствуют линии Руссо и Вордсворта. Декадентское искусство, как Контрреформация эпохи барокко, безудержно лжет. Творчеству Данте Габриэля Россетти, Эдварда Берн-Джонса, Гюстава Моро и Обри Бердсли следует придать более высокое значение. Несмотря на краткий период популярности в 1960-х годах, Бердсли, выдающийся художник-график, возмутительным образом отсутствует в учебных курсах и в коллекциях слайдов американских университетов. Как де Сад, он подвергнут цензуре либеральных гуманитариев.
Основанное в 1848 году братство прерафаэлитов просуществовало лишь пять лет, но его стиль был впитан искусством и дизайном XIX века по всему континенту. Вдохновленные Рескиным прерафаэлиты пытались восстановить средневековую простоту и чистоту, утраченные искусством высокого Возрождения с его языческой роскошью, типичным представителем которого, как ни странно, для них был Рафаэль. В отличие от своих последователей-декадентов, они открыто исповедовали общественные и коллективные ценности. Единственный член братства, демонстрирующий, по моему мнению, приметы декаданса, — Россетти, в ком сказалась итальянская кровь. Но в творчестве любого прерафаэлита чувствуется неразрешимое напряжение между формой и нравственным содержанием.
Изобразительное искусство прерафаэлитов начинается со страстной, заставляющей вспомнить о Китсе приверженности к деталям органической природы. Но вместо энергии или динамического процесса высокого романтизма мы встречаем застой позднего романтизма. Как маньеризм, искусство прерафаэлитов тревожит отсутствием художественного фокуса. Вместо того чтобы автоматически направить наш взгляд на человеческие фигуры, его заставляют блуждать по микроскопическим деталям. Цвет лишен оттенков и накладывается отдельными клетками, как на византийской мозаике или в ярких цветных фрагментах Готье. Цветы и травинки выписаны блестяще, поверхность картины так тщательно проработана, что от прерафаэлитского взгляда на природу до декадентских ювелирных поделок Гюстава Моро остается один шаг. Все в живописи прерафаэлитов слишком ясно видно. Все привлекает взгляд, но взгляд тут застревает. Часть торжествует над целым, оказывая неприятное давление на зрителя. Неестественно спокойный пейзаж превращается в замершую декадентскую картину. Залитые солнцем панорамы взяты в декадентскую замкнутость, в спенсерианскую укрытость. Даже прославляя, живопись прерафаэлитов умерщвляет. Люди и вещи засахарены, мумифицированы, уменьшены.
Прерафаэлиты вновь открыли умершего в безвестности Блейка. Суинберн содействовал успеху демонической поэзии Блейка, а Россетти — успеху его картин. В 1847 году Россетти купил тетрадь, где Блейк критиковал светотень и высоко оценивал «тяжелую и жесткую линию нравственности», аполлонический контур, восходящий, как я уже показала, к египетскому и древнегреческому искусству и унаследованный Боттичелли и Спенсером.
И Рескин тоже осуждал светотень в искусстве Возрождения. Поэтому острота деталей в живописи прерафаэлитов — полемический аполлонизм. Мумификация в творчестве прерафаэлитов — аполлоническая объективация и фиксация и первопринцип изображения сексуальных личин в творчестве Россетти. В отличие от других прерафаэлитов, Россетти не любил рисовать пейзажи с натуры и порой в ритуальном декадентском одиночестве вынужден был восстанавливать их с помощью воображения на затянутых в черный бархат стенах кабинета.
По мере того как его карьера шла в гору или, как говорили некоторые, под гору, полотна Россетти навязчиво возвращались к единственному предмету, к вялой, как сомнамбула, женщине. Женщина Россетти протестует против викторианской условности, ее распущенные волосы и бесформенное средневековое платье ниспадают в лирическом беспорядке. Тяжелая голова царственно склоняется на змеиной шее. Ее длинные густые волосы — силки La Belle Dame Sans Merci. Припухшие губы, благодаря творчеству Берн-Джонса и Бердсли, станут общим местом искусства декаданса. Рот вампира у Россетти говорить не может, но он живет своей особой жизнью. Он полон кровью жертв. Подобно больной розе Блейка, женщина Россетти окутана тишиной и влажными, скрытыми желаниями.
Россетти ритуально увековечивает лицо Элизабет Сиддел, меланхоличной чахоточной женщины, скончавшейся от передозировки опия вскоре после их свадьбы. Семь лет спустя он эксгумировал ее труп, чтобы спасти связку своих стихотворений, которую в романтическом порыве он похоронил вместе с любимой. Он постоянно рисовал и писал Сиддел и до и после ее смерти. Его друг Форд Мэдокс Браун записал в дневнике: «С ним что-то вроде мономании». Брат Россетти говорил, что «Офелия» Джона Эверетта Миллеса (1852) была самым верным изображением Сиддел. Только подумайте: Сиддел совершенно не походила на себя на полотнах Россетти! Такое чувство, что художник находился в рабской зависимости от Лигейи Э. По, затмившей своим образом образы всех живых женщин. Как Леонардо, Россетти был зачарован архетипическим оригиналом, вероятно романтической тенью матери. Уильям Холмен Хант рассказывал, как тот работал с моделями своих поздних картин: «В наброске лица Россетти стремился превратить черты натурщицы в черты любимого идеального типа, и если он завершал эти линии, то рисунок оказывался чрезвычайно пленительным, даже если приходилось изрядно постараться, чтобы увидеть сходство, в том же случае, когда черты натурщицы не подходили к заранее определенной форме, он проходил стадию вынужденного искажения линий и размеров, чтобы сделать рисунок убедительным». Одержимость — психическое затворничество, декадентское искажение реальности. Какие же черты Сиддел вызывали фанатичную преданность Россетти? Другим ее хрупкость казалась женственной. Но Россетти видел в ней, как его великий тезка Данте — в Беатриче, гермафродическую холодность прекрасного юноши, жестокое совершенство солипсистской красоты. Из угрюмой девочки-мальчика Элизабет Сиддел превращается в характерную сексуальную личину декаданса.
Берн-Джонс унаследовал извращенность Россетти. Мартин Гаррисон и Билл Уотерс прослеживают истоки гермафродизма в живописи Берн-Джонса до Суинберна и Саймона Соломона: «Такое двусмысленное толкование полов не представлено ни одной из форм в искусстве Россетти». Но все женщины Россетти — гермафродиты. Вот «Beata Beatrix» (1863), на которой мертвая Элизабет Сиддел, ясновидящая Беатрис, закрыв глаза, молится обожествленной идее самой себя. Она похожа на смежившего глаза андрогинного гермафродита Шелли, шепчущего и улыбающегося самому себе. Как я уже говорила о Нефертити, беспристрастность или эмоциональная безжизненность в женщине — маскулинизирующая абстракция. Декадентская андрогинность Сиддел скрывается в своем солипсистском приюте и в окружающей его сверхъестественной ауре. Декаданс близок к тупику. Единственная черта Средневековья, сохраненная Россетти в творчестве позднего периода, — возвышенный Дантов культ мертвой Беатриче. В сексуальной иерархии «Новой жизни» Данте подчиняется холодной нарциссической девочке-подростку, что, бьюсь об заклад, никому во Флоренции того времени не казалось чем-то необычным. Скрытый садомазохизм Данте становится открытым в творчестве Россетти, о котором Берн-Джонс говорил: «Габриэль был наполовину женщиной». Западные художники окружили секс ритуалами, потому что западное искусство превратило в ритуал природу.
Транссексуальный мир Берн-Джонса населен одним существом, размножающимся путем кровосмесительной связи с самим собой. Мы в еще одном приюте позднего романтизма, лишенном тени под серым небом. Ритуальная сосредоточенность на своих сексуальных личинах — декадентская замкнутость, отрицающая наше право видеть другие человеческие типы.
Укрытая в приюте природа Берн-Джонса породила модерн, процветавший с 1880-х годов до Первой мировой войны. Затем машинная культура четкими геометрическими линиями превратила органические образы модерна в «арт деко». Так неожиданным завершением традиции Спенсера, продолжавшейся на протяжении всего высокого и позднего романтизма, стали Крайслер-Билдинг и Радио-Сити-Мюзик-Холл. Змеящаяся линия Берн-Джонса восходит к Блейку, и хищные огненные цветы Блейка открывают скрытый сексуальный смысл арабесок модерна. Многочисленным историям искусства модерна не хватает психологической проницательности. Двадцать лет назад я была поражена популярностью искусства модерна среди гомосексуальных мужчин-эстетов, которым не нужно было возрождать ни его, ни Бердсли, поскольку для них они никогда и не умирали. В любой звезде, в любом стиле или произведении искусства, прославленных этими александрийскими гомосексуалистами, всегда присутствует скрытый гермафродизм. Вот почему искусство модерна — самый бесполый стиль со времен маньеризма.
Модерн, в отличие от исламской манеры, не назовешь ценностно-нейтральным. Но в таком случае ничто в искусстве не назовешь ценностно-нейтральным. Стиль — всегда смутная эманация суждений о природе и обществе. Искусство модерна подсознательно выражает декадентский взгляд на мир. Комнаты или здания изогнуты ритмами кривых линий — сексуальное ниспровержение западной энергии, со времен Египта возводящей свои общественные постройки по устойчивым квадратным параметрам мужской груди. Основное течение западной архитектуры придерживается рациональной организации, чуждой индуистским храмам с их лабиринтами-ловушками и облепившими наружные стены скульптурами. Модернистские комнаты и пещеры Антонио Гауди выглядят архаично из-за женственных выпуклостей. Искусство модерна активно, но бесплодно. Листья и лозы, скользящие вверх по воротам, решеткам, фонарям, оконным стеклам и по переплетам книг, — сад нравственного мрака, джунгли, исправляющие сделанное людьми. Как и «Наоборот» Гюисманса, модерн показывает абсолютную нелепость и бездуховность природы, первобытное переплетение проникающего движения растений. Искусство модерна — пышный, но бесплодный сад. Полнота Китса сохнет и увядает. Искусство модерна — урожай шипов и колючек. Оно показывает современный город Содомом, объятым черным пламенем.
Оно показывает природу холодной жизненной силой, корчащейся в предсмертных судорогах. Модерн совмещает примитивное с изысканным, используя декадентскую технику, изобретенную в искусстве эллинизма и превращенную в жестокую забаву и игру римскими императорами.
«Декадентское искусство». Из книги «Личины сексуальности»
Декадентское искусство: ec-dejavu.ru/d-2/Decadence.html
***
В своей книге американский литературовед Камилла Палья проводит подлинную ревизию западной литературы, начиная с Античности и заканчивая 1900-ми годами. Суть ее концепции сводится к тому, что все европейское искусство – это область конфликта между хаосом и порядком, сексуальностью и табу. По мнению автора, искусство – наиболее точная проекция обыденной жизни, в которой действуют те же начала, именно поэтому оно позволяет глубже проникнуть в суть процессов, происходящих вокруг нас. Свои взгляды Палья подкрепляет детальным и оригинальным разбором ключевых произведений мировой классики: драм Шекспира, поэтических циклов Блейка, романов Бальзака, комедий Уайльда и многих других.
От издателя
Была ли Эмили Дикинсон «де Садом в юбке»? Является ли «Давид» Донателло порнографией? В чем тайное сходство Байрона и Элвиса Пресли, Медузы Горгоны и Мадонны? В чем главная ошибка либерализма, феминизма и консерватизма в понимании человека?
В книге «Личины сексуальности» профессор гуманитарных наук Университета искусств Филадельфии Камилла Палья анализирует внутренние движущие силы эволюции европейской цивилизации с точки зрения вечной битвы мужского и женского, порядка и хаоса, цивилизации и язычества — от древнеегипетского искусства к Античности, от Возрождения к модерну.
Национальный бестселлер среди академических изданий США, эта мощно и увлекательно написанная книга представляет интерес и для широкого круга читателей.
«Манящая неопределенность гендера...». Фрагмент, не вошедший в русский перевод «Личин сексуальности»: e-reading.club/chapter.php/77761/24/Kriticheskaya_Mas..
Мы найдём много записей по вашему вкусу и соберём из них целую ленту — просто войдите в свой аккаунт.
35 цитат из книги «Личины сексуальности» Камиллы Палья
Камилла Палья. «Личины сексуальности».. | librarium | ВКонтакте
Академический бестселлер - Палья К. - Личины сексуальности...
Камилла Палья. Личины сексуальности. - Ясная Академия :: Ясная практика...
Книга: "Личины сексуальности" - Камилла Палья. Купить книгу... | Лабиринт
10-Мар-18 15:37 (2 года 10 месяцев назад)
Rutracker.org не распространяет и не хранит электронные версии произведений, а лишь предоставляет доступ к создаваемому пользователями каталогу ссылок на торрент-файлы, которые содержат только списки хеш-сумм
Как скачивать? (для скачивания .torrent файлов необходима регистрация)
25-Апр-18 14:39 (спустя 1 месяц 14 дней)
Суперкнига. Читать обязательно. Правда, только после Блума Западный канон.
Отсос Пэрис
Дерут Во Все Щели Онлайн
Засветы Пизды На Пляже Фото
Короькие Юбки Порно Фото
Порно Фото Шакира
