Леонид Севастьянов: Папа — это про Евангелие, а не про политику
Председатель Всемирного союза староверов Леонид Севастьянов недавно заявил, что Папа Римский Франциск намерен посетить Москву и Донбасс — и лишь затем Киев. Наша редакция предложила Леониду Севастьянову более детально прокомментировать как этот кейс, так и в целом свои взаимоотношения с Папой.
— В средствах массовой информации часто появляются ваши заявления о позиции Папы Франциска по войне в Украине, фактически, Вы выступаете в качестве публичного медиатора Папы. От Вас о его позиции и планах мы узнаём больше, чем от него самого. Уполномочены ли Вы Святым отцом давать подобные комментарии?
— С Папой моя семья знакома на протяжении 10 лет. Наше знакомство с ним состоялось в контексте организации в Ватикане концерта за мир в Сирии в 2013 году. Моя супруга Светлана Касьян, оперная певица, участвовала в концерте с сольной программой. Я сам занимался организационными вопросами. С тех пор мир, миротворчество — это именно то, на чём строятся наши отношения с Папой.
Кроме того, мы с женой активно занимаемся участием в движении пролайф. В 2015 году мы создали Фонд «Сохраним жизнь вместе», который занимается защитой достоинства и прав нерожденных детей — нам удалось добиться ряда законодательных изменений. За свою деятельность Светлана была возведена Папой Франциском в ранг Дамы Ордена Св. Сильвестра. Мы с супругой очень дорожим отношениями с Папой Франциском и даже назвали своего новорожденного сына в его честь.
Когда началась война, Папа дал мне послушание работать в деле продвижения мира. Я являюсь его послом доброй воли в вопросе продвижения мира. Вы же знаете, что Папа — иезуит. Иезуитская духовность подчеркивает роль личности, маленького человека, его автономности в деле продвижения Евангелия во всём мире. Папа, думаю, доверяет мне, понимая, что у меня нет никаких скелетов в шкафу, и моя мотивация для него понятна и очевидна. Папа мне сказал, что он готов на любой шаг, чтобы в Европе воцарился мир. Для него поездка в Россию и в Украину имеет большую символичность. Он уверен, что эта поездка поможет Украине и России договориться о справедливом для всех мире.
— Во время протестов в Беларуси Вы однозначно выступили с поддержкой белорусского народа в борьбе за мир, свободу и справедливость. На чьей стороне сейчас правда в войне России в Украине? Считаете ли Вы, что так называемая «СВО» справедлива? Насколько Вы считаете оправданными территориальные претензии России по отношению к Украине, в том числе, в отношении Крымского полуострова?
— Еще несколько лет назад я попытался бы ответить на Ваш вопрос в том ключе, в котором бы Вы хотели услышать мой ответ. Но именно общение с Папой Франциском помогло мне прежде всего понять себя как христианина, или, если хотите, понять само христианство. Отвечу я Вам вопросом на вопрос: на чьей стороне Папа в вопросе разрушения Государства Папской области, в вопросе завоевания Рима Гарибальди и Виктором Эммануилом? Или на чьей стороне Иисус Христос и апостол Петр были в вопросе падения Иерусалима в 70-м году? Я к тому, что христианство как таковое не отвечает на вопросы геополитики. Вернее, это не компетенция христианства. Рассматривать христианство как патриотизм — это признак иудеизации христианства, то есть возврата к ветхозаветному мышлению. Я не говорю, что человек не должен быть патриотом, я говорю только о том что нельзя втягивать христианство в дело вопроса о патриотизме и национальных интересах. Христианство оперирует вопросами вечности — даже тогда, когда самой Земли и Солнечной системы не будет. Поэтому многие и не понимают Папу, хотят видеть в нем политика, также как и во Христе видели многие Его современники. Разочаровываясь в Нем как в политике, одни люди Его предают, другие отрекаются, а третьи вообще готовы распять. Давайте смотреть на Папу как на проповедника Евангелия, а не как на политика.
— Вы регулярно даете комментарии ТАСС, которое за рубежом воспринимается как один из рупоров кремлевской пропаганды. Почему Вы сотрудничаете именно с этим СМИ?
— В России есть всего 3 информационных агенства: ТАСС, РИА Новости и Интерфакс. Других нет. Я не могу отвечать за других. Могу отвечать только за себя. Только за то, что в моих словах нет политической мотивации и политической пропаганды.
— Вы давно знакомы с Патриархом Кириллом, еще со времен его бытности митрополитом Смоленским. Какие у Вас сейчас с ним отношения? Что Вы можете сказать о фразе папы Франциска о том, что он является алтарником Путина? В каких отношениях вы сейчас с митрополитом Иларионом и новым главой ОВЦС Антонием? Поддерживаете ли с ними отношения?
— Патриарха Кирилла я знаю с 1995 г. Я был послан Митрополитом Алимпием Гусевым, председателем РПСЦ, учиться в Московскую духовную семинарию именно через митрополита Кирилла. Тогда же с благословения Митрополита Алимпия Патриарх командировал меня учиться в Рим в Григорианский университет, я поехал туда в 1999 году через монашескую общину в Бозе, которая находится на севере Италии. Учился я в Риме на деньги именно этой общины под наблюдением ее руководителя Энцо Бьянки.
Потом я продолжил учебу в Джорджтаунском университете в Вашингтоне на стипендию Американского фонда Брэдли. Работал в университете Джорджтауна капелланом, а также в Мировом банке. Вернувшись в 2004 году в Москву, я не захотел работать в ОВЦС. На этой почве у нас с митрополитом Кириллом, который тогда возглавлял эту структуру, возникло недопонимание, которое, можно сказать, сохраняется до сих пор.
В 2009 году, после избрания митрополита Кирилла Патриархом и назначения митрополита Илариона (Алфеева) председателем ОВЦС, я создал и возглавил фонд Григория Богослова, который спонсировал деятельность ОВЦС, создание, в том числе включавшее реставрацию зданий и помещений, Общецерковной аспирантуры и докторантуры, а также ее повседневную деятельность.
В связи с тем, что я не поддержал разрыв общения с греческими церквами в 2018 году, а также возмутился недостойным отношением Московского Патриархата к единоверию, с нашей стороны финансирование было прекращено и я ушел из фонда. В 2018 году состоялся единственный в истории Всемирный съезд староверов, на котором мной была представлена концепция Всемирного союза. Эта концепция была одобрена съездом, и в 2019 году я создал организацию Всемирный союз староверов. С тех пор в рамках этой организации я занимаюсь защитой и продвижением всемирного староверия.
Владыку Антония (Севрюка) я хорошо знаю с тех времен, когда он был еще студентом. Ничего плохого о нем сказать не могу. Знаю его только с лучшей стороны. Ничего плохого ни мне, ни староверам он никогда не делал.
— Почему Папа намерен сначала посетить Москву, а не Киев? Не пробовали ли Вы с ним обсудить возможность сначала приехать в Киев, а уж затем донести в Кремль позицию украинских властей, а не наоборот?
— Я думаю, что для Папы очередность визита не имеет принципиального значения: он просто хочет визит в две столицы связать в рамках одной поездки. То есть поехать в Украину и в Россию, а въедет ли он в Россию с территории Украины или, наоборот, в Украину с территории России, это для него не принципиально. Принципиально, чтобы два визита были в рамках общей поездки, чтобы подчеркнуть миротворческую и гуманитарную природу поездки. Я думаю, что россияне не обидятся, если он прилетит в Россию из Украины.
— Насколько папа прислушивается к Вашему мнению? Насколько оно важно для него?
Папа прислушивается к любому мнению. И для него чем меньше человек, тем важнее его мнение. В этом я убедился на собственном опыте. Мое мнение для него, в этом я абсолютно уверен, не важнее мнения украинцев или тех белорусов, с которыми он общается.
— Украинская паства очень болезненно реагирует на слова и действия Папы, считая, что он действует в фарватере кремлевской политики. Не видит ли папа угрозы потерять украинскую паству своими заигрываниями с Москвой?
По поводу «заигрывания» Папы. Хотел бы еще раз напомнить, что Папа — это про Евангелие, а не про политику. Помните, как пришли к Христу Его ученики и говорят Ему, что многие отошли от Него из-за Его неполиткорректных слов? Тогда Христос у них спросил: а вы, не хотите ли и вы Меня покинуть? И именно тогда Петр ответил, что им некуда идти, ведь Он и есть Христос. Папа говорит о Евангелии. И оно для всех — и для русских, и для украинцев. Христос висел на кресте, и справа, и слева от Него были разбойники. Но один из них сказал, что хочет быть со Христом, а другой — что нет. Вот эта история про Папу. Папу нельзя сравнивать с Джорджем Вашингтоном, с братьями Маккавеями, с князем Владимиром, с Мономахом или королем Станиславом. Папу можно сравнивать только с Христом. И спрашивать — соответствует ли его поведение Христу или нет, задавать вопрос, что бы сделал Христос на его месте. Не здоровые нуждаются во враче, а больные. Всё Евангелие об этом!
— Согласны ли Вы с высказыванием Папы, что погибшая Дарья Дугина — это невинная жертва войны? Знали ли Вы Дарью, когда она была прихожанкой одного из храмов РСПЦ? Как так получилось, что она стала одной из пропагандисток войны?
— Знаете, я хотел бы ответить на слова о Дарье речью Крёстного Отца гробовщику, который пришел просить Крёстного Отца убить преступников, изнасиловавших его дочь. Гробовщик сказал, что этим восторжествует справедливость. Крёстный Отец спросил: разве будет справедливо убить тех, кто никого не убил? Даже в Ветхом Завете было правило «зуб за зуб». Дарья никого не убила, она не участвовала в войне на передовой. Поэтому ее смерть несправедлива. В этом смысле она — невинная жертва войны. Об этом Папа и сказал.
Я с Дарьей не был знаком. До ее смерти ее вообще мало кто знал. Она не оказывала какого-либо весомого влияния на идеологию в России.