Леха никонов стихи читать
Леха никонов стихи читатьЛеха никонов стихи читать
Купить Здесь
Дырку зашивает его подруга, а Леха, в трусах и в свитере, говорит о Егоре Летове и поэзии. Знаешь, я всю жизнь гнал на Летова. А когда он умер, я пошел в магазин, купил все его альбомы и переслушал. Многие говорят, что творчество часто оценивают, когда человек умирает. Самое страшное, правдивость этих слов я почувствовал на его конкретном примере. Будь он жив, у меня и мысли бы не было заново слушать его песни. И вдруг я понял его идею, зачем он все это делал. У меня не осталось достойного врага! Мне теперь не с кем воевать. Ужасно не то, когда умирает твой соратник, а когда умирает великий оппонент. Ты понимаешь, что теперь спорить придется с людьми другого уровня, а, следовательно, твоя планка однозначно понизится. Я вот всегда хотел, чтобы мои альбомы росли вместе со слушателем. Сейчас слушатель — молодой пацан, его прут прямые тексты и лозунги, а потом он вырастет, послушает и раз, откроет для себя другую сторону наших песен. Поверь, там есть что открывать. Это современный русский поэт, у которого я чему-то учусь. Он все это читает, перемалывает в своей голове и выдает что-то совершенно непредсказуемое. У него слова как гири! Но, как водится, Родионов — реально недооцененный чувак. Настоящее творчество принимается не сразу. Когда талантливый человек делает что-то новое, это всегда по началу подвергается охаиванию. Творец всегда движется на шаг впереди остальных. А эти остальные хотят видеть устоявшийся образ, привычный им, и не принимают изменений. Я вот читал письма Маяковского Лиле Брик. Как тогда воспринимали стихи Маяковского? Это же полный пиздец! Как ему было все это вынести? Потом пройдет полгода, и требуют новые песни играть на концертах. Но сначала поливают говном будь здоров. Ну говно, значит говно, пусть так думают. Я-то знаю, что все заебись. И они это поймут со временем, это я тоже знаю. Если альбом хороший, его все равно услышат, а если говно, то туда ему и дорога. Леха Никонов роется в книгах, беспорядочно расставленных на моих полках. А то зашел в книжный магазин на Тверской, тупил возле полок. Ни на чем глаз не останавливается. Я пытаюсь повернуть разговор в сторону музыки, но задаю вопрос, совершенно не в тему: Это что, попытка поиграть по правилам шоу-бизнеса? А вот, типа, сделаем так, как никто в андеграунде не делает, почему нет? Но мы же ничего ни с кем не подписываем! По идее сейчас любой человек может пойти и зарегистрировать все наше творчество на себя. Потом пытался учиться в ПТУ, в четырех, но из всех выгоняли. У меня бабушка преподаватель фортепиано. Жила долго в Ленинграде, но в году почему-то переехала в Выборг. С четырех лет она занималась моим образованием. Когда я пошел в первый класс, я уже читал, знал математику и даже играл какие-то гаммы, которые потом благополучно забыл. До третьего класса мне вообще напрягаться не приходилось. У меня выработалось четкое мнение, что учиться легко. Это меня пиздец как расслабило. Помню, сижу на уроке алгебры в пятом классе и вдруг ловлю себя на мысли, что я вообще ничего не понимаю. Я испугался и начал опять учиться. К шестому классу у меня были почти одни пятерки. Но тут я повзрослел и стал присматриваться к окружающему миру. А я всегда хотел быть первым. Передо мной встал четкий выбор — или чмошником-пятерочником оставаться, или с пацанами рулить. К восьмому классу я еле дотягивал до троек. А главным для меня стали деньги. До двадцати трех лет я продавал дурь. Мне искусство казалось самым что ни на есть надувательством. А потом я познакомился с Рэтдом из Химеры. Все мои взгляды на жизнь очень резко поменялись. Отмечая двадцать третий день рождения, Леха решил найти очередные приключения на свою жопу. Для настоящего праздника хотелось закинуться. У своих ничего интересного не оказалось. Кто-то дал наколку — в Питере есть нужный человек. Музыкант, правда, но правильный персонаж, тоже выборгский, и у него всегда есть кислота. Все вместе в единую и понятную картинку не складывалось. Но делать было нечего, и Леха отправился по указанному адресу. Нужным челом оказался Эдик Старков, он же Рэтд, лидер группы Химера. Я встречал Эдика в те годы всего несколько раз. В тот вечер выступала Химера. Сложно понять, была ли это провокация со стороны всегда миролюбиво настроенного Севы, или забывчивость, но он привел своего знакомого в день, странно вибрирующий предчувствием массовой лоботомии. Все начиналось вполне нормально. До той поры, пока Рэтд не вынул из кармана опасное лезвие и не начал полосовать им свое тело. Вибрации приняли конкретную форму помешательства. Эдик катался по полу, залитому собственной кровью и блевотиной, дудел в трубу, висел вниз головой на металлической балке, приваренной под самым потолком. Кто тогда знал, что время, еще не успев определиться в кандидате на главного от партии потерянных х, тут же, на наших глазах его убивает? Собственно, так настоящие непризнанные герои и определяются — выдержкой короткого, но суицидального момента. После концерта потрясенный увиденным продюсер сказал: Мне все наши рокеры тогда чмошниками казались. Ну что это за пацан, который не может дать пизды или нажить денег? Ну, в общем, я не помню, сколько времени у него провел. Первым делом Леха отправился в туалет. Сквозь сплошную стену дыма, аккуратно, мимо возникавших их тумана странных персонажей, которых тут оказалось как килек в банке. В кожаных куртках со свастиками и логотипами Exploited, Sex Pistols, Ramones, ну и всякое такое. Ирокезы разных цветов, булавки, серьги, цепи, бритые головы, окурки и моча прямо под ногами. Кому-то уже успели разбить лицо, и он вытирал его футболкой своего товарища, не снимая, просто оттянув нужный конец до уровня глаз. Открыв первую кабинку Леха натолкнулся на полностью уторчанного крепыша, который, согнувшись в три погибели, пытался высморкаться в переполненный дерьмом унитаз. Отлично, пацан, отлично, давай, еще попытка! Ноздрю он зажал правой рукой, левой рукой держался за стену. Из свободной щели в шнобеле с каждым толчком вылетала длинная сопля, ударялась о содержимое унитаза, но не обрывалась с внутренностями распухшего носа, а как на резинке отлетала обратно, и шлепалась на подбородок. Леха врезал ему ботинком под зад. На этот раз новая сопля вылетела более активно, большим комком, оторвалась и шлепнулась на край унитаза. Появился Рэтд, протянул мне руку, и вытащил на сцену. А сам стал на четвереньки и начал лаять на публику. Мне хотелось взять инструментальный минимум: Но закрутить так, что бы это была психоделия. Конечно, можно было все это разбить по трекам, придумать названия. Но я не хотел делать так, как это делают многие. Короче, мы сами даже сначала прифигели, что это мы делаем. Я ведь до этого считал, что песня, которая длится больше двух с половиной минут, не имеет права на существование. Где мы, и где радио? Просто в наше время информация должна считываться быстро. Никто сейчас длинные песни слушать не будет. Мы когда поняли, что получается, внутри приготовились к полному провалу. Обычно был я, и только я, а потом немного остальных. Но с приходом Бендера гитарист П. От этого музыка только выиграла. Я ведь не музыкант, я знаю двенадцать аккордов и все. Но когда есть кто-то, кто мыслит как я, но при этом еще и музыкант, это круто! Хотя до этого я, наверное, лет семь этого не делал. Но это так… Я ведь, когда звук отстраивали, в студию даже не заходил. Я весь замкнулся, чуть с ума не сошел. Потом в день записи прихожу, они все довольные сидят, типа, звук заебись и все такое. Я послушал и охуел. Кричу, нахуй все примочки, что вы делаете? Бендеру — а где дилэй? Он, ну, я не успел найти. Я ору как бешенный, кто-то поехал искать дилэй. Нашли, включили, выключили, я разрешил ему только легкий перегруз делать на комбике и все. Тогда так у меня в голове все выстроилось, что я готов был всех разорвать, но своего добиться. Мне всегда хотелось сделать альбом про любовь, и я готов был это сделать давно. Начал песни такие писать, а потом - ебак, и случился Беслан. Я понял, что мне далеко не похуй, на то, что происходит, что не могу пройти мимо. Но потом я решил — ну все, теперь точно только что-то метафизическое, никакой злободневности. Хотя и раньше в любой политической кричалке я оставлял такой тайничок, например, в виде цитаты из Пруста. Это нужно было прежде всего мне. Я не стал бояться интеллектуальной составляющей, пусть даже в ущерб злободневности. Я ведь до этого считал, что песня - это больше, чем просто хороший текст и музыка. Песня у меня, почти по Ницше — воля, проявленная через рефлекс. До этого у меня в песнях была обнаженная воля. Рефлекс почти не считывался. И когда я это сделал, я сильно испугался. Я вдруг осознал, что прыгнул выше жопы. Я ведь этот альбом писал почти сразу после больницы. У меня с легкими была проблема, я чуть кони не двинул. После одного из концертов Леха выскочил на улицу, толком не одевшись. Я видел, что обычно с ним происходит в последние минуты выступления. Он уже не принадлежит в такие мгновения себе. Он — животное, которого Бог забыл сотворить. С последним словом Никонов бежит со сцены, не в силах совладать с самим собой. Еще секунда, и он взорвет все вокруг, оставив навсегда отметины на лицах окружающей его толпы. Думаю, когда-нибудь все так и закончится, но пока проносит. На его счастье, а может на счастье странных посетителей его концертов или поэтических вечеров, больше похожих на выплеск животного страха перед окружающим его миром. На улице Леха вдыхал свежий морозный воздух, курил, с кем-то говорил, о чем-то спрашивал. Такие минуты он никогда не помнил. Но эти минуты в тот раз напомнили о себе сами. Неделя с высокой температурой. Участковый врач, определивший воспаление легких. Но лучше не становилось, и Леха, подсознательно чувствуя, что происходит какая-то фигня, отправился к знакомому врачу. Меня сразу же в реанимацию. И приговор — нельзя прыгать, бегать, выходить на улицу в мороз, ходить в баню, на самолетах летать… Я спрашиваю, а рок играть? Врач говорит, какой рок , ты что, ебнулся? И сколько времени так терпеть, спрашиваю, а он — всю жизнь. Я говорю, ты что, предлагаешь мне всю оставшуюся жизнь сидеть дома и медитировать? Ну, говорит, есть специальная операция — пришивается легкое. Полгода не играли, а потом опять вышел на сцену. Вот, все так просто, вышел на сцену. Ему там что-то резали в легких, что-то пришивали, а он на сцену. Что тебе эта сцена, по сравнению с жизнью? Зажать в темном углу и дать хороших тырей — расскажи, врунишка правду! Прошло время Моррисонов и Маяковских, никто себя в жертву идиотского мифа — сцены, не приносит. Так, только поговорить об этом. Но я смотрю на этого чувака, сидящего в клубах дыма за моим столом, и понимаю — никакого пафоса, все так и должно быть. Это меня, похоже пора кастрировать или сдать в специальный приют для восторженных придурков за те слова, которые я сейчас пишу, а там, напротив, никакого пафоса. Я потом фильм посмотрел, блин, у всех одно и то же — наркота, шлюхи, полная жопа… Одно и то же. Шлюхи орут, наркотики, больничка. Когда попадаешь в больницу, думаешь, что это только с тобой такая хуйня случилась. А потом поговорил с людьми, которые там лежат — ну я просто легко отделался. Я каждый день ходил по коридору — восемьдесят кругов туда и обратно. А рядом лежал мужик. Когда его привезли, он вполне нормальным был, но лег и все время зырил в телик. Я его и так и сяк пытался растормошить, а он весь в себе. Мы рядом два месяца провели. Только я выписался, а его уже держали под капельницей, и он не вставал. Так вот, люди делятся на три типа. Первый - такие как я: Есть второй тип — за попами бегут. Попы по больнице толпами ходят, а эти к ним. Третий тип — лежат, пялятся в телевизор, смотрят в потолок и все. А он опять на эту сцену. Что он там пытается найти? На концерте любимой Лехиной группы The Cure с ним случился приступ эпилепсии. Повторения ждет каждый день. А у меня совершенно другая реакция на транквилизаторы, я же их всю жизнь жрал. Меня сразу переть начинает. Мне невропатолог говорит — остановись, что ты весь как заведенный? Но как я могу остановиться, я так живу! Впрочем, у меня еще есть, не все так просто, как казалось еще пару часов назад. Меня, в принципе, не особо кумарило. Ну я подтачивал два-три раза в неделю. Настоящий системный героинщик тебе скажет, что это не особый заторч. Хотя все равно кумарило. И тут ко мне пришел один пацан, принес гитарный тюнер, а с ним вывалил всякую хуйню на табуретку. У меня была такая красная, очень красивая табуретка. И говорит, давай Леха! А я такой, раз, и задумался… Мы ведь тогда почему торчали? До этого была только шмаль, но она вдруг исчезла из города. Мы ее искали целыми днями. И так почти полтора года. Он опять говорит, давай! А я смотрю, молчу. Я говорю, знаешь, что-то не хочется. Сказал и сам испугался, потом вокруг этой табуретки четыре часа ходил. Круги наматываю, остановиться не могу. Тот чувак уже упал, вырубился. А я хожу и все придумываю для себя отмазы, типа, ну ладно, последний раз. И к концу четвертого часа я себя почти уговорил. И тут мне стало страшно! Я понял, что стою на развилке. У каждого человека в жизни случаются такие перекрестки, на которых нужно выбирать путь. Вот выберешь знакомую дорогу, засадишься, и все, назад пути нет. После этого я, кажется, всего два раза по случаю торкнулся и все. А тогда всю квартиру облевал, может это и спасло в ту минуту. Семь лет уже прошло. Жизнь, как и миф, откровенно статичная штука. Главное суть, и никакого пафоса, что и есть миф. Моррисон съедал десять таблеток необутала, выпивал бутылку вискаря, падал под стол и обоссывался. Вот и весь миф. Но отсюда и его песни, а не то как в фильме — ходят все пафосные, чуть ли не стихами говорят, что-то там шаманят. Красивая сказочка для дурачков. Мне не нужен миф. Как и Моррисону не нужны мифы, у него его стихи и музыка. Это для пустышек, типа Мэрлин Монро нужен миф. Миф — это всего лишь оболочка, куда можно каждый раз всякую хуйню закачивать и давать на скармливание массам, жуйте и дрочите. Энди Уорхолл во всем виноват. Это после него все началось. Прокачивают в своей стране, а потом и по всему миру. Главное, что бы бабки шли обратно, не важно за что. Деньги всем нужны, но главное — как и зачем? Мне сейчас нужно всего чуть-чуть, чтобы трава не кончилась, чтобы дырки на штанах не было, чтобы в Гоа хватило. Ты мне еще в ленинградский рок-клуб предложи вступить. Я, конечно, люблю Мишу Борзыкина, он крутой, но так же нельзя! И Миша тогда мне втирал, что я, мол, этих пидорасов лично застрелю. Я ему говорю, куда ты, это такие же пидорасы! Нет, говорит, они настоящие… Я ему говорю, ну ты посмотри, кто там? Короче, политикой лучше не заниматься. Я думал разговор о музыке будет, а они все о политике. Я не выдержал и говорю: Я вам скажу — всех ментов пострелять нужно, объявить этому государству террор. Ведущий раз - и заткнулся, прямой эфир и всякое такое. Я ему говорю, мол, спросил? Я ответил, а теперь давай про музыку. После эфира он давай мне ныть, зачем ты это сказал, тебя же могут подтянуть за эти слова. Да ладно, отвечаю, подтянут, если что, не меня, а тебя. Как я вижу будущее России? Вот так и вижу. Он, наверное, думал, что я про всяких либералов буду говорить. Твои либералы, гондоны, ответственны за сегодняшнюю власть. Да в пизду… не хочу, в пизду всех! Эмигрировать нереально, нужно жить в своем кругу и хуй на них всех ложить. Хотя во многом интеллигенты и виноваты. Они вечно что-то мутят. А как кровью запахнет, сразу по норам и сидят, дрожат. Империю прокламациями и манифестами отменить невозможно. Она или сама развалится, или будет жить вечно, постоянно мутируя. А сейчас где мы живем? Все начиналось как попытка закосить от армии, куда идти Леха совершенно не собирался. Им даже в голову не придет, что это они их убили, врубаешься? Повестки выбрасывал в мусорное ведро, подозрительным типам дверь не открывал и был начеку. В общем, знакомая для многих подростков схема. Но тяжело держать состояние измены в постоянной форме, особенно если в твоей жизни все больше места занимают наркотики. Наступили странные дни, он не понимал, когда все начинается и заканчивается, где он, и что было вчера. В один из таких вечеров он забыл закрыть входную дверь. У меня рядом в тумбочке два стакана стоят. Ну все, думаю, вот и пиздец! А он мне говорит, когда в армию пойдешь? Я ему — сейчас! Он замялся, ну мол, прямо сейчас не надо, но завтра приходи в военкомат, вот тебе повестка. На следующий день Леха Никонов отправился в военкомат. Спрашиваю, где здесь у вас в армию берут? Я говорю — могу вообще отсюда нахуй пойти. А ты какого года? Завели в кабинет, сторожат. Разделся, пошел по врачам. Первого прошел, вторым захожу к психиатру. Она посмотрела на меня — э, нет, ты ко мне после всех давай заходи, есть о чем поговорить. А меня штырит уже не по-детски. Бросила, побежала в кабинет психиатра — вы кого ко мне прислали, как вы его пропустили? Обратно меня к психиатру. Там спрашивают — ну как дела, где был? Говорю — то в аду, то в раю, в общем, как и все мы. Врач-психиатр, не раздумывая, выписала направление на обследование в психдиспансер. Первые несколько дней Леху там вообще никто не замечал. Он уже даже волноваться начал, когда лечить-то будут? Пошел как-то в туалет, а там на стене над унитазом надпись П. Ведь тогда нашей группы толком то и не было, — рассказывает Никонов, — Вышел, постоял в коридоре, опять захожу. Ну все, думаю, приплыл! Стал приставать к врачу, когда лечить начнете? Нет, дорогой, всего лишь на осмотр. И спрашивает, а ты кто? Говорю — я поэт. А чем на жизнь зарабатываешь? Так чем все-таки по жизни занимаешься? Говорю — я же сказал, сижу, стихи пишу. Леха смотрит на потухшую папиросу. Долго молчит, а потом добавляет: Все-таки врачи не дураки, они все видят. Recommend this entry Has been recommended Surprise me. Log in No account? Аккуратно слюной смачивает край недобитой папиросы. Смотрит на облезлый лак на своих ногтях. Пьет сок и теребит дырку на джинсах. Чуть не сорвал концерт — никак из аэропорта не мог доехать. Как вы живете в этой своей Москве? Слюнявит палец, но не доносит его до папиросы. Внимательно смотрит на свою слюну. Уже второй день не слюна, а пена изо рта валится. Завтра он почти на два месяца улетает в Гоа. А то как каторжный семь лет хреначу. Вот, даже джинсы порвал! Как-то неправильно упал на колени, и - раз, дырка на новых, а главное, единственных штанах. Так и буду в Гоа ходить. Здрасьте, товарищи индусы, здрасьте товарищи торчки, вот я, с дыркой! Хорошо хоть не на жопе. Бля, я хочу такую книжку. February 21st,
Леха никонов стихи читать
Как сделать порошок фен в домашних условиях
Леха никонов стихи читать
Леха никонов стихи читать
Леха никонов стихи читать
Switch to English sign up. Posts by community Search Cancel. Из поэмы Одиссей Не страшно ли, что Яблоко опять вина раздора, Слепой певец его не видит Expand text… И там, где нет места для разговора, Вступает в дело воин и политик. Но я не то, не это, Я - поэт, который может Словами разукрасить все пещеры, Где даже крысы не живут. Хоть приторговываю иногда, Пасу стада, слагаю песни, Женился на невесте, Что выбрал сам Какое дело мне До бешенства Париса? Что с красоты Елены И величия Трои? Но собираюсь на войну, Где я пролью немало крови! Судьбе перечить слишком глупо, А для поэта - невозможно! Итака, море, это утро. Я делаю то, что положено богами И хоть свободен Моя логика - похлёбка нищих духом И если смерть придёт за вами К примеру - следующим утром? И вы, про это зная, Останетесь такими же? Но в зале лишь молчание, молчание Ну что же вы не хотите? Война - предлог для постановки, Для песни, для поэмы, для страны, Но руки менеджера ловки И нам не избежать войны! Из поэмы Одиссей Из глаз кровавая вода течёт. С кем говоришь через века Гомер? Толпе нет дела до стихов, Они забава для неё! Как понимать они способны свет, Которого не видят и не видели? Но что поэту слава и почёт? Кровавая вода из глаз течёт. Они смеются, и выходит зря, Но это безразлично для меня, Вцепившегося в глаз циклопа, Туда вбивая гвоздь отравленный. Нет времени для споров, Когда на карте жизнь или война! Хоть и не в последний раз, Но страшно! Кровавая вода течёт из глаз, Уже ль напрасно? Из поэмы Одиссей Война закончена, Но что это меняет? Лишь обращение с поверженным врагом Внушает радость. Греки стали тем, Чем славилась когда-то Троя - Спесивыми торговцами Без чести и понятий! Погибли лучшие, Остались лишь герои, да подонки. Их разница - моральный знак Какого роста Телемах? Не знаю, кто окажется быстрее Моё послание иль я, Но помню главное, что Одиссея Словами обмануть нельзя, Ведь я поэт скорее, чем солдат И хоть я крови пролил больше, чем чернил, Я многое стихами говорил И сам собой остаться рад. Я собираюсь плыть домой И то же посоветую всем вам, Пока троянские девицы Ещё не до конца лишили вас Остатков разума и денег, Но в прочем, Каждый волен делать то, что хочет. Все мои трофеи - Честь хитреца И слава гнусного проныры. О том ли думал покидая Твои зелёные поля, Ведь даже боги мною недовольны, Но кто из Смертных угодил врагам? Такого не бывало, Так что, жду от путешествия немало бедствий, Но путь свой я считаю неизбежным. Я верю лишь монете и судьбе, Всё остальное выдумки тирана, Что все зовут рассудком иль законом, Короче чем-нибудь знакомым, Чтоб было легче уложить В Прокруста ложе, То, что в рассудок не влезает. Будь то пространство без границ Иль бесконечность времени Или его конечность, Что одинаково Нельзя представить и понять. Из поэмы Одиссей Любовь похожа на кошмар! Победа над Троянцами Не принесла удачи Грекам. Как часто победители Оказываются в дураках? Сидящим в зале это очевидно! Кто выиграл в мировой войне И что? Сравните победителей И побеждённых! Троянцы досыта напились кровью, А Менелай, как был придурком, Таковым же и остался! Любовь похожа на кошмар! Кто погиб в крушении, Что напустил на нас Юпитер, Кого на родине убили, Кого-то на чужбине Лишь я, девятый день К бревну прибитый липовой мечтой, Упрямством - верую в свой жребий, Зато красавец Менелай Ласкает в пьяном омуте свою Елену. Вот, для чего погибли Греки! Любовь похожа на кошмар. Из поэмы Медея Я - Мать, Своих детей веду на растерзание К проклятому, сияющему храму, Где нищие, бродяги, короли - Все получают утешение - отраву, Которой лечат от любви! Как у подножия Голгофы, Всё будет так же, как всегда: Торговец продаёт, мычит философ, Пастух пасёт свои стада И где-то крики детворы, Вот, видишь, варится котёл С водой и рыбой, Идёт неспешный разговор Про засуху и прибыль От продажи трёх рабов. Но стоит вам увидеть кровь, Что делается с вами? За то, что мне любовь продали, Я заплачу детьми! И только жрец поднимет палец, Как их на части разорвут, Как брата разорвали. Я всё запомнила, и тут Не ожидаю милосердия. Детей моих спасти нельзя, Они обречены. Запишут в их убийцы И это знаю, но верю - Мои дети царями станут! Я делаю, как ты велел, Ясон, Ведь чтоб величия придать Твоим наследникам, Их в храме должно удержать, А там народ, которого царём Хотел ты стать Покажет и величие и милость, Я будто бы с тобою отравилась, Освободилась от любви! Царями будут мои дети, Не твои! Из поэмы Макбет Вот час, полжизни за спиной у короля Макбет прекраснейший из слуг!? И я, всё зная про себя, Лизал дерьмо с хозяйских рук! Ещё мальчишкой, помню, на коленях Я голову склонял, как раб, Но раб не человек! И что мне приготовил век? Макбет прекраснейший из слуг!? Но почему я чувствую себя Подобием взбесившейся собаки, Ведь я увидел эти знаки И я ли это? Остановись волнение поэта И расскажи ему, что он предатель. Меня он тащит, Как к позорному столбу К своей поэме. Его тщеславие не знает меры, Он хочет, чтоб застыло время И всё лишь для того, О, для того лишь, чтобы Кому то нравились его нелепые размеры!? И кто из нас предатель и палач? Я, очевидности стоявший вопреки Или его ненужные стихи И мёртвого рояля плач? Нет, я останусь тем, кем был Слугою верным, честности примером И воином, что за спиной не прячет нож, А защищает стены Сюзерена, А ты, поэт, художник, музыкант Мне выше долг И это поважнее чьих-то слов. Сегодня ночью я усну спокойно И снова не увижу снов. Из поэмы Макбет Деревья, вросшие корнями вглубь земли, Стоявшие веками, там за полем, Вдруг все зашевелились и пошли И мой рассудок здесь уже не волен решать… Я следую судьбе, судьбе… Законом и причинностью мир болен! Я их проверил и проверил на себе, Что ж, лев идёт на встречу, Но мне то что, я преступил всё, Ещё когда тех ведьм услышал. Там был кустарников зелёный ряд И несколько могил И я нелепость встречу С таким же чувством, что прожил Почти всю жизнь И что не влезло в книгу, В которой счёт идёт с черты, Что преступил Кровавые мечты мной овладели! Нож змеёй задёргался в руке, Теперь мне безразличны Все последствия, причины, правда, книга, Поэта выводы, проклятия толпы Я встречу смерть без страха и без крика, С мечом, рассудку вопреки Лев движется на замок, я всё вижу И точно также движутся стихи Неотвратимо, мне их не услышать Пусть жизнь ровняет произвол с законом Рушиться стена, А власть - лишь героиновый укол, Я заплачу за всё сполна! Вот меч, идите же сюда, Макбет готов к расплате! О, добродетельные господа В десятом ряде! В глазах созвездий изумление И перепачканные ложки. Про это говорить достало, Но что поделаешь со мной. На ледяное одеяло Упала ненависть с любовью. Закрытых окон удушение И стен пустая безупречность. В глазах созвездий изумление И перечёркнутая вечность. Лёха Никонов Не страшно ли Лёха Никонов Из глаз кровавая вода течёт Лёха Никонов Война закончена Лёха Никонов Любовь похожа на кошмар Лёха Никонов Я мать Лёха Никонов Вот час Лёха Никонов Деревья вросшие корнями в глубь земли Лёха Никонов Макбета ставить - преступление Лижет волна одинокую бухту и порт, что я славил ранее, красивую девку, удачную шутку и всё, что я делал не правильно, скамейку, где дрались и пачкали кеды, тот двор, где всё детство пропало, высокую башню, что строили шведы и красный кирпич вокзала. Это ползёт бесконечность понятий, пыль перспективы, обрывок ноля. Это испорченная картина из сцены прошедшего января. Где как волки сцепились причины, боль, потери, слова мертвецов. Где на женщин кидались мужчины и травили на них своих псов. Счастье праведных - в горе и мраке, счастье волка — чужие ключи. Всем хочется покоя, любви и красоты и чё-нибудь такое. Молчания толпы, сияния заката, бумажные листы и роковую дату. Упрямую строку без правила хорея. Всё то, что не могу, всё то, что не умею. Привычку повторять всё то, чего не знаю. Когда-нибудь опять начнётся мировая! Где будет твой сарказм, когда наступит смута? На родины приказ из слёз и перламутра. Что скажешь, мир дворцам, война простым предместьям? Ворам и подлецам и всем кто был так честен. Прости, ответ искать так долго Нас мало на пути и колется иголка. Как слёзы на глазах народная молва. Как вера в дурь и в чудеса рождаются слова, что ничего не зря, хоть поражение за дверью, что ничего не зря и ничему не верю. Сладкие поцелуи в парке до самой зари. Дни точно ночи чёрные, ночи темнеют в августе. Мне было двадцать и точка. Книга стихов, кастет и связи опасные, со мною слова прекрасные и железнодорожный билет. Теперь по-другому - слова как оружие и парк поле боя больных. Войною, деньгами опущенные у родины в передовых. И снова аресты, законы, загоны, таганка, кресты и чёрные телефоны которые палят менты! Испачканный голос в динамиках рвёт уверенную пустоту. Место мне забвение, земля. Тень ползёт над бездной океана в сторону небытия, в сторону проклятого обмана. А пока пой авторучка, пой! Надо мною месяц голубой и мотив, остановившийся на миг. Из за этого красна и на миру, вот по этому - толпа и оскорбления. Ваши песни я не пел и не пою, пусть меня убьют за преступления! Со мной всё в порядке будет. За спиной — пересуды, враньё. Мама, я бросил курить, Но умнее, конечно, не стал, А наш город — бетон и гранит, Что когда-то меня достал, Держит в лапах квартиру на Ленина. Посмотри — никого за окном. Мам, не слушай чужие слова. Я поэт и теперь не поспоришь, Что — четыре не обязательно дважды два. Это тройка и единица всего лишь. Так решается главный, трагичный предел Как смотреть на поэмы открывшийся край. Я думаю про тебя каждый день. Лёха Никонов И пусть моя рифма будет убогой Лёха Никонов Где авторучка Лёха Никонов А истины просты Лёха Никонов Мне сорок один Лёха Никонов Из города в город Лёха Никонов По тому, что я на мёртвых не плюю Лёха Никонов Я был другим Лёха Никонов Мама, не переживай Лёха Никонов Слушай песенку мою Лёха Никонов - Чужие стихи. Мирослав Немиров Русофобия - читает Лёха Никонов. Борис Рыжий Свернул трамвай - читает Лёха Никонов. Андрей Родионов Между ними прилавок - читает Лёха Никонов. Владимир Набоков Слава - читает Лёха Никонов. Уильям Шекспир Монолог Гамлета в пер. Набокова - читает Лёха Никонов. Леонид Мартынов Ровесник - читает Лёха Никонов. Владимир Маяковский Во весь голос - читает Лёха Никонов. Владимир Маяковский Облако в штанах. Шарль Бодлер Падаль - читает Лёха Никонов. Артюр Рембо Искательницы вшей - читает Лёха Никонов. Артюр Рембо Пьяный корабль в пер. Михаил Айзенберг В сон затекает мелко Николай Заболоцкий В краю чудес - читает Лёха Никонов. Франсуа Вийон Баллада повешенных - читает Лёха Никонов. Франсуа Вийон Как варить злые языки - читает Лёха Никонов. Записки из подполья http: Лёха Никонов Сумбур вместо музыки. Потаскухи называют пьяным дураком и надежно проверяют скользким языком я все знаю это шутка старенький мотив улыбнется проститутка опустив глаза и грязный от любви вокзал Expand text… долго повторяет фразу как же я устал надоело всё. А также, в сети есть видео - http: Лёха Никонов Потаскухи называют пьяным дураком В разбитые глаза завода, В позор из розовых очков, В толпу пытливого народа Мечтателей и простаков, Которые не знают сами, Что держат на себе весь мир Славянский. И терзают нами Самодовлеющий кумир. Ужели вы хотите унижаться Перед Европой? Мусор выносить Иль улицы мести? За рыбу и колбасы Оставшуюся жизнь прожить? Украинская земля Не будет пред Европой пресмыкаться Хотя бы, потому что я Себя здесь не считаю иностранцем. Мой Киев весь залитый белым светом, Тебя бомбили первым, говорят. С тебя История Руси началась. И здесь навеки обвенчалась С тобой судьба. И кровь здесь пролилась На пролетарские газеты. Какое же нам дело до монеты? И неужели всё из-за неё? Врут и врут газеты. Их цель всегда была одно враньё. Оставьте этот вечный спор. Для нас вы не чужие, вы - свои. Но если выносить весь мусор вон, Весь мусор из избы на площадь, На майдан … Смотри! Иль может быть нас было мало? Мы ваши степи кровью поливали, Бросали наших мёртвых Сотни, тысячи за раз! За что же ненавидите вы нас? Ужели за язык, что вам отдали? Иль за военные медали Украинских героев? Ответов мы не знаем. Нам лишь бы вашей крови не пролить. Славянская земля видала Войну от моря и до моря. Войны кровавая машина Нас перемалывала на потеху Всё понимающих врагов… Моя сестрёнка Украина, Моя несчастная любовь. Мне горло жгут ужасные слова, Но если не увидимся мы больше, Прошу тебя — не помни зла. Не верь Германии и Польше. Лёха Никонов И пусть меня поставят на ножи И пусть меня поставят на ножи Лёха Никонов Двадцать четыре дороги Этот город как будто в платье из паутины железных дорог, из новостроек, окружающих центр безупречного серого цвета. Практически существуют только жертва и палач. На границе у цивилизации так было всегда и, наверное, будет. Здесь по шесть месяцев холодно. Двадцать четыре дороги по людям выползают из этого города.
Леха никонов стихи читать
Леха никонов стихи читать
Отбить парацетамол из залдиара
Леха никонов стихи читать
Леха никонов стихи читать