Латынь-что-ли

«Северус Т. Снейп, врач-стоматолог, хирург…» – гласил бейджик на чёрной матовой дверце.

Гарри хрустнул челюстью и задумался.

Некоторое время он чрезвычайно медленно жевал сэндвич, то и дело поглядывая на неподвижного Снейпа: тот, зарывшись носом в дымящуюся кружку, с лицом крайне умиротворённым и мягким вчитывался в глянцевый стоматологический журнальчик и вовсе на него не смотрел.

Шлёпнув телефон о столешницу, Гарри подпёр ладонью набитую лососем и авокадо щёку и, не удосужившись дожевать, всё-таки решился:

– Шеверуш?

Снейп, ни на секунду не отрываясь от своего журнальчика, пригубил ароматный кофе и вопросительно приподнял бровь.

– Хм?..

Гарри шумно сглотнул и, сделав глубокий вдох, спросил – таинственным потусторонним голосом, какие бывают обычно за кадром в документалках про паранормальные явления:

– А ты знал, что твоё имя с латыни переводится как «суровый» и «жуткий»?

Что-то брызнуло на клеенку – Снейп поперхнулся кофе и, уронив журнальчик, весь задрожал; бледная ладонь с силой впилась в скривившееся лицо.

– Эм… ты в порядке?

Ответом было одно только надрывное:

– Я медик, Гарри, конечно же я знаю латынь.

Тут Гарри насупился, сверля потухший мобильник недовольным взглядом.

– А. Точно. Чёрт, а я думал тебя удивить, – пробормотал он.

– Прости, ты это последние десять минут гуглил? – сипло выговорил Снейп.

Проглотив последний кусочек, Гарри поднял на него круглые невинные глаза и робко кивнул.

Схватившись за край стола, Снейп согнулся, заходясь в очередном приступе хриплого кашля.