Лагерь

Жёлтый автобус остановился возле школы, на крыльце которой стояла толпа детей. Ребята тут же выстроились в ряд ко входу в автобус. Егор ужасно волновался — это был его первый раз, ранее о поезде в лагерь он мог только лишь мечтать. Когда до Егора дошла очередь, его быстренько осмотрели и пропустили внутрь. Он сел на последний ряд, а сумки закинул под передние сидения. Через пару минут к нему подсел незнакомый кудрявый мальчик. Тот демонстративно поправил очки и повернулся к Егору.

—Я Джон, — сказал очкастый, протягивая руку.

—Джон?! — удивился Егор. Руку он протянул, но пожимать боялся. Что это ещё за “Джон”, что за имя?! — Это имя у тебя такое?..

—Тихо ты! Нет, конечно! Женя меня зовут, а Джон — это второе имя. Если кратко, то у меня папа имеет иностранные корни, он о своём дяде рассказывал, его как раз Джон зовут, вот я и решил… Не важно, короче!

—А я Егор… — прошептал Линч, почесывая затылок.

Несмотря на такой странный и неожиданный разговор, Егору собеседник понравился. Всю поездку мальчики постоянно что-то обсуждали. И каждая тема плавно перетекала в упоминания лагеря. Джон в лагеря часто ездит, и каждый раз в самые разные. От историй из лагерей у Егора волосы ставали дыбом — таких страстей он ещё не слышал, Джон тот ещё хулиган, а каждая выходка его изощреннее предыдущей! И это всё ужасно интриговало Линча. Несмотря на то, что с одиночеством у него не было проблем и провести смену в лагере практически в одного не было чем-то страшным, Егор безумно обрадовался новому знакомству, так ещё и такому интересному. Они явно не будут скучать!

Дорога до лагеря заняла примерно три часа. Когда автобус практически опустел, Егор схватил свои сумки и прошёл к выходу, за ним и Джон. Их встретил лес, деревянные домики, большие спортивные площадки и персонал лагеря. Ребят тут же рассадили по домикам, и Егору повезло — его поселили в один общий домик с Джоном. После всех ребят повели на небольшую экскурсию по лагерю. Больше всего Линчу запомнилось огромное озеро с кристально чистой водой, у которого росло небывалых величин дерево. Экскурсия продлилась недолго, после неё всех детей собрали возле сцены, рядом с домом, который служил актовым залом. Началась довольно длинная речь от директора лагеря о том, как весь персонал рад приветствовать всех, как они все вместе проведут весело проведут свои деньки, и бла-бла-бла… Джон не слушал, в отличие от Линча, который стоял рядом и с упоением вникал в каждое слово. Женька нашёл занятие поинтереснее: осматривать Егора с ног до головы. Что-то его привлекло в нём, а что конкретно, Джон понять не мог. Егор явно не был его типажом, в том смысле, что характером они сильно отличались, Линч казался слишком спокойным мальчиком на фоне Жени, но, наверное, именно это и нравилось Джону.

После собрания все разошлись по домикам, обустраивать свои спальные места. На первый день приезда ничего такого не выпадает, поэтому у детей было полно свободного времени, чтобы побольше узнать друг друга. Джон подошёл к Егору, который уже во всю разбирал свои вещи.

—Ты не против о себе рассказать чего-нибудь? — стеснительно начал Женя.

—А? Ну да, не против. Только рассказывать нечего, я спокойный мальчик, вот и всё. Таких историй, как у тебя, у меня никогда не будет, я думаю!

—Ну… Расскажи хотя бы чем в свободное время занимаешься. Знаешь, я бы хотел с тобой подружиться. Ты в какой школе учишься?

—В пятой. Как раз оттуда мы и выезжали.

—О, так я в соседней, в пятьдесят третьей. Давай после уроков гулять будем! Я знаю пару интересных мест.

—Давай, я не против. Надо в конце смены договориться встретится потом летом.

Закончив со своими вещами, Егор стал помогать раскладывать всё Джону. До самого отбоя они провели время вместе, обсуждая всё на свете.

Последующие дни проходили практически по одному и тому же расписанию: подъем, зарядка, завтрак, линейка, всякие экскурсии, спортивные соревнования и так далее. Джон постепенно отдалился от своих друзей и стал больше времени проводить с Егором. Вскоре Женя стал замечать, как при виде Линча у него появляются странные чувства. Во время тихого часа, когда все спали, Джон лежал и смотрел на Егора, который тихонько читал книжку. Джон перевернулся на спину. Он сложил свои руки на груди. Сердце стучало так быстро, как никогда прежде. Что с ним такое он не понимал. Может ему плохо просто? На солнце перегрелся! Или инфаркт?! “Да господи, в чём же причина?!” — постоянно вертелось в голове у Жени. Ну никогда у него такого не было! Только если с девчонками, особенно рядом с той, которая ему сильно понравилась… Но девчонок же рядом нет, только парни! Мысль о том, что с ним что-то не так, быстро заполонила разум мальчика. Рассказать Линчу — казалось единственным правильным решением.

Джон поднялся со своей койки и на цыпочках подошёл к Линчу. Тот сразу же закрыл книгу и убрал её под подушку. Не успел Женя и рот открыть, как дверь в домик распахнулась и внутрь зашла вожатая Егор тут же притворился, что спит, а вот его приятель замер в страхе. Вожатая тут же подошла к Джону и оттащила его, параллельно ругая. Глаза устремились в пол, но вскоре вернулись обратно к Линчу, который довольно комично открыл один глаз и наблюдал за ситуацией. После того, как вожатая ушла, Джон обратно лёг в кровать, второй попытки подойти к Линчу и поговорить с ним он решил не предпринимать.

Вскоре тихий час закончился. После всех ребят собрали на полднике. После еды все разбежались по кружкам, в том числе и Джон. Выбрал он себе радиотехнику. Правда, у него ничего не получалось, но это не мешало ему весело проводить время с другими ребятами оттуда. Но только не в этот раз — всё время Женя был каким-то угрюмым. Несмотря на расспросы от сверстников и их попытку поддержать его, лицо Джона не менялось на протяжении всего занятия. В голове всё ещё крутились догадки своего состояния. Хоть сейчас ему и было хорошо, для Жени это не было поводом забыть то, что было в обед. Ну не мог же он влюбиться в мальчика! Вы только подумайте: мальчик любит мальчика, как это так?! А может и не любит? Вдруг Джон просто перепутал ощущения? Может быть и такое… Но рассказать страшим такое было бы самоубийством, так что действительно единственный вариант рассказать всё Егору. Тем более, он единственный человек с кем Джон так сильно подружился за всю эту смену.

Вечером была дискотека. Пошли все, кроме Джона и ещё парочку детей помладше — их наказали за то, что не спали на тихом часу. Джону приказали подметать окрестности домиков с кружками. Женя грустно размахивал метлой, пока не почувствовал чужую руку на своём плече. Это был Линч, он неловко почесывал затылок, смотря себе под ноги.

—Ты это… Извини, если что, а то тебя наказали, а меня нет. Я ведь тоже не спал.

—Да нет, ничего страшного. Сам виноват, — Женя не смотрел на Егора: то ли было стыдно, то ли страшно. Руки вспотели, сердце вновь быстро забилось. Он поднял голову, сжал метлу, — Я поговорить хотел. Мне что-то плохо в последнее время. Точнее, не плохо, скорее… Я не совсем понимаю то, что чувствую.

—В каком смысле? Что ты чувствуешь? Может… Лучше пойти к медсестре?

—Нет, не надо к ней. Это личное и очень-очень непонятное. Я чувствую что-то неправильное. Типа… Ты когда-нибудь любил девчонку?

—Допустим… Ты влюбился в кого-то? Поздравляю, — Линч улыбнулся. Он протянул руку, но приятель не пожал в ответ. Лицо Егора тут же переменилось.

—Не надо поздравлять. Я боюсь, что я влюбился в мальчика.

Женя посмотрел в глаза Егору. То громко сглотнул. Видимо догадался, про кого идёт речь. Оба молчали. Вместо каких-либо слов Линч лишь развернулся и ушёл. Джон друга не остановил. Мальчик просто смотрел ему в след, голова тут же опустела, а на душе стало ещё тяжелее. Всё на что мог надеяться Женя сейчас — он ошибся. И главное, чтобы Линч поверил в это.

Несколько дней они не разговаривали друг с другом. Они часто встречались взглядами, вместе были в команде на соревнованиях, оставались бывало наедине. Но ни одно слово за эти моменты не было произнесено. Джон смотрел на Егора и молился узнать о чем он думает. А думал Линч как раз о Жене. Ему было непонятно как так получилось — их чувства совпали. Получается, они оба больны? Или просто запутались? Стоит ли вообще им об этом разговаривать или лучше всё забыть и после смены больше никогда не видеться? По ночам вместо книг перед сном Линч думал о том, что делать дальше. Надо поговорить с Джоном, не молчать. Может они просто не поняли друг друга, оттуда и непонимание самого себя?

И вновь ночь, Егор опять не спит, сидит на краю и смотрит на Джона. Джон смотрит на него в ответ. Они оба знают, что хотят сделать. Женя подскочил и подошёл к окну, аккуратно открывая его, дабы не издать шуму и не привлечь внимания вожатых. Рукой он подозвал к себе Егора. Тот подошёл и нераздумывая перелез через окно, за ним и Джон. Оба пошли к озеру, там тихо и никому они мешать не будут. Шли они рядом друг с другом, не обгоняли, смотрели себе под ноги, лишь изредка поднимая голову и оглядываясь. Как только ребята дошли до озера, их силуэты скрылись под листвой массивного древа.

—Я так понимаю, ты хотел поговорить? — шептнул Линч, сжимая кулаки, — Да, нам надо... Я думаю, я чувствую тоже са–..

—Мне кажется, я ошибся, — вдруг перебил его Женя. У Егора тут же подкосились ноги. Испуг или облегчение?

—Ошибся? Ты уверен? Я... Я в том смысле, что... Влюблённость, наверное, легко распознать и... Я к тому, что сложно перепутать.

—Ты же понимаешь, что это неправильно?! — вдруг всплил Джон, размахивая руками.

—Я понимаю! Просто... Я не знаю. Ты мне понравился, правда. Ты классный друг, ты отличный человек. Но... видимо так получилось, что либо я, либо мы оба какие-то не такие...

Повисла тишина. Егор присел на землю, облокотившись об ствол дерева. Женя ходил вокруг да около, что-то бубня под нос.

—Может нам лучше не дружить? После лагеря не видеться.

—Нет. Не хочу... Может мы просто не поняли друг друга? Или то, что мы чувствуем. Я думаю, это пройдёт. Надеюсь...

—А если не пройдёт? — Линч подскочил и хватил Джона за плечи, — Если это так... и должно быть?

—Нет, не должно! Что ты вообще такое говоришь? Мы просто больны!

—Но ты ведь сам сказал, что чувствуешь это. Разве больные люди могут чувствовать что-то подобное? Эмпатию, привязанность... Это просто особенность.

—Я не знаю, Егор... Какой это случай в мире? Первый? Ты хоть что-то слышал о том, что мальчик любит мальчика?..

—Нет. Но мы можем быть первыми. Будем скрываться... Не знаю. Давай хотя бы попробуем!

И вновь молчание. Они стояли друг на против друга, Линч сжимал чужие плечи. Руки Жени переместились на ладони собеседника, он нежно сжал их и убрал. Он медленно помотал головой. Егор сжал в ответ руки приятеля и слегка притянул к себе.

Долго смотрели друг на друга... Линч начал не спеша наклоняться вперёд, Джон потянулся навстречу. Их губы встретились в мимолётном поцелуе. Оба тут же отстранились. Это ощущалось так, будто они делают что-то, что противоречит законам самого мироздания. Рука Егора легла на чужую щёку. Пальцы медленно погладили покрасневшую кожу.

—Жень...

—Заткнись. Просто... пойдем обратно.

Наверное, это могло быть воспринято как согласие. Согласие на новую жизнь, о которой будут знать только эти двое.