Кувшинка

Старый велосипед Алекса практически врос в стену: со всех сторон его оплетали побеги плюща, только краешек руля торчал наружу. Алекс попробовал потянуть за него, но плющ крепко держал свою добычу.

— Сашка, иди арбуз есть! — крикнул папа, и Алекс отпустил велосипед. 

Папа босиком стоял на траве с огромным куском арбуза, а рядом на клетчатом покрывале загорала Лена — молодая папина жена. 

— Давай, грызи скорей, а потом с шашлыком мне поможешь. Семёновы через час должны подъехать!

---------

— Сашка! Господи, какой красавец вырос, мама дорогая! — тетя Нина крепко обняла Алекса, а потом отстранилась, чтобы получше его разглядеть. — Ты у нас в Сибири сколько уже, лет пять не был?

— Шесть, — ответил он и с трудом высвободился из ее объятий. 

Алекс вытерпел еще штук пять подобных приветствий, пока все, наконец, не расселись за столом на веранде и не подняли первый тост.

— Эй, а у Сашки почему не налито? — возмутился дядя Вова. — Взрослый мужик уже, пора начинать!

---------

Алекс несколько раз пытался вежливо уйти из-за стола, но его не отпускали:

— Ты куда собрался? — возмущалась тетя Нина. — Скажи лучше тост за папу, твоя очередь!

— Нин, ну не говорит он тосты, отстань от парня!

Оставалось только односложно отвечать на вопросы, потягивать коньяк и разглядывать красноватую луну, висящую прямо над баней.

— Саш, а подругу свою ты уже видел?

Вопрос папы выдернул его из оцепенения.

— Какую подругу?

— Русалочку твою, Кувшинку, — папа посмотрел на Алекса с пьяной хитрецой и объяснил гостям: — У Сашки в детстве тут подружка была, жила прямо в озере. Целыми днями с ней играл! Мы сначала боялись его одного у воды оставлять, но потом как-то привыкли. Да и плавал он всегда как рыбка! А осенью...

Дядя Вова перебил его:

— Саня, а что там у твоей русалочки, хвост-то был? 

Алекс промолчал.

— Я бы на нее сейчас посмотрел! Там поди такая деваха выросла: хвост, сиськи…

Алекс не выдержал, залпом допил коньяк и встал, чуть не опрокинув стул. 

---------

Он сидел у озера на покосившихся деревянных мостках. Луна поднялась высоко и блестела на поверхности воды, елки на дальнем берегу игриво покачивались. 

Алексу хотелось смеяться и плакать, пробежать босиком по лунной дорожке, взлететь, раствориться — но он не мог шевельнуться. 

Он вспомнил Кувшинку — свою воображаемую подругу детства. Она была молчаливой — да что там, она вообще не говорила! — но это никогда им не мешало. Большие любопытные глаза, оттопыренные уши, озорная улыбка. И не было у нее никакого хвоста. Она скорее напоминала юркую молодую выдру, хоть и выглядела почти как обычная девочка. 

— Кувшинка! — произнес Алекс и тихонько засмеялся. 

Внизу что-то булькнуло, и над водой показались настороженные глаза, а следом за ними — знакомая широкая улыбка. 

Алекс даже не удивился. Он сам улыбался глупо и счастливо, пока девочка резвилась в воде, смеялась и приглашала его поиграть. 

Вдруг у него в кармане зазвонил телефон. Он вздрогнул, не сразу вспомнив, что это за звук.

— Сашка, куда подевался? Обиделся, что ли? — спросил папин голос.

— Нормально всё, сейчас приду, — буркнул Алекс. Язык чуть заплетался, голос звучал по-взрослому, совсем как у папы. Он вспомнил застолье, дядю Вову и как будто потяжелел. 

Тем временем девочка подплыла к самым мосткам и уцепилась пальцами за дощатый край. Она смотрела на Алекса снизу вверх преданными щенячьими глазами. В лунном свете ее костлявые руки отливали синевой, в бесцветных волосах копошилось что-то живое и склизское, а к свежему дыханию озера теперь примешивался гниловатый запах тины. 

Алекса замутило, он поморщился и резко встал. Лунная дорожка размазалась перед глазами, он покачнулся, а когда снова сфокусировал взгляд, девочка уже держалась за край его джинсов. В ее взгляде читалось удивление и легкая паника, она наклонила голову и с детской требовательностью потянула его штанину. Алекс отпрянул, дернул ногой и побежал, не оглядываясь. 

---------

Он проснулся поздно, весь мокрый от пота и раздавленный тяжелым ватным одеялом. Через тонкие шторы припекало солнце, а снизу раздавался смех и звон посуды. Рядом с кроватью кто-то заботливо поставил бутылку минералки — Алекс выпил сразу половину, заставил себя встать и открыть окно. 

Папа заметил его и крикнул:

— Сашка! Горазд ты спать! Переодевайся и дуй в озеро, а потом завтракать!

Эта идея Алексу понравилась.

У озера он встретил Лену — она только что вылезла из воды и выжимала свои красивые длинные волосы. В потемневших прядях запутались обрывки водорослей, и Алекс вздрогнул и замер, вспомнив сегодняшний сон.

С самого пробуждения он мечтал разбежаться и нырнуть в озеро, но теперь не решался. Снизу от поверхности воды поднимался холодок, а сверху солнце жарило плечи, и Алекс предчувствовал ошеломляющий, сдавливающий грудь контраст. Он бы с удовольствием аккуратно спустился по лесенке, окунулся и сразу вылез, но только не на глазах у Лены. 

— Вода еще прохладная, ты лучше пока не прыгай, — посоветовала Лена, и тогда Алекс отошел на несколько шагов, разбежался, прыгнул и проплыл под водой до самой середины озера. 

Он вынырнул на поверхность, быстро моргая и хватая ртом воздух, но тут же снова опустился под воду до самого носа: что-то удерживало его ногу в глубине. На берегу уже никого не было, только вдалеке с визгом бултыхались дети. Алекс набрал в грудь побольше воздуха, чтобы нырнуть и посмотреть, что там с ногой, но его резко дернуло вниз, и от неожиданности он захлебнулся. Он заметался, рванулся в отчаянной попытке освободиться, но что-то жесткое и сильное поднималось по его ноге всё выше и тянуло всё глубже. Изо рта вырвалась последняя порция воздуха, тысячи пузырьков окутали его голову и понеслись вверх, к солнечному свету. 

Когда все пузырьки лопнули, сверкающая поверхность озера снова стала непроницаемой. Легкой рябью по ней прошелся ветерок, проскакала водомерка и скрылась в цветущих кувшинках.