Культ Красной Скорби

Буря, несущая смерть

И на арене, и на поле битвы в реальном пространстве культ Красной Скорби предпочитает быстро вырезать противников в воздухе. Их рейдовые катера атакуют с такой скоростью, что по ним почти невозможно попасть, и оставляют за собой длинные полосы крови, вытекающей из ещё живых пленных, насаженных на крючья под крыльями и на днище.

Даже по стандартам насилия других культов ведьм Красная Скорбь буквально разжигает арены своими атавистическими представлениями. Её гладиаторы настолько одержимы жаждой крови, что наносят себе боевую раскраску в виде красных стилизованных шрамов, смешивая в растворе плазму прежних жертв. Так же. как и в умении устраивать чистейшее ультранасилие, культ Красной Скорби превосходит всех остальных ещё и в воздушных боях; они первоклассные акробаты, каждый из которых может сделать сальто с борта «Рейдера» и приземлиться на капот пролетающего мимо гравицикла. Подобные акробатические трюки всегда производят сильное впечатление, особенно в сочетании с убийством в прыжке.

Говорят, будто члены культа Красной Скорби участвовали в безудержных актах кровопролития, в которых ни разу не дотрагивались ногой до земли и совершали все убийства, перепрыгивая с одного летательного аппарата на другой и цепляясь за них своими клинками.

Ведьмовский культ Красной Скорби славится смертельными ударами, наносимыми в воздухе. Все культы ведьм сходятся во мнении, что лучшая защита — это просто не находиться там, где пройдёт лезвие противника, но Красная Скорбь возвела это правило в абсолют: зачастую, когда у их неприятеля появляется шанс нанести ответный удар, они уже находятся в сотнях метрах от него. Войска культа Красной Скорби насчитывают великое множество «Рейдеров»; летящие в сомкнутом боевом порядке транспорты сопровождаются разбойниками. «Ядами» и гелионами. Когда авиационные соединения сближаются с противником, ведьмы спрыгивают с «Рейдера» на гравицикл, с него на скайборд и затем обратно с атлетической чёткостью, сбрасывая наездников и занимая их места так быстро, что летательные аппараты не успевают сбросить скорость. Тем не менее ведьмы порой соизволяют ступить на землю, и даже в таких случаях они идут на это, лишь чтобы нанести смертельный удар изумлённому противнику, который часто всё ещё пытается для начала усвоить тот факт, что на него напали.

Таких космодесантников, как этот, никогда прежде в Яме не появлялось. И хотя публика встретила его выход скромными аплодисментами, делая вид, будто ей совсем неинтересно, сейчас все взгляды были устремлены только на него. Лишь один боец мог стать первым в истории, кто убьёт космодесантника неизвестной доселе породы, гак думала Хресилла. Но нужно было всё сделать правильно, с должным вкусом. Хресилла вдавила педаль, и её скайборд с пронзительным воем понёсся вокруг кристаллического рангоута. Сквозь прозрачные грани фрактальной колонны она видела, как астартес замахивается опустевшим огнестрельным оружием на приближающуюся к нему разбойницу. Та изо всех сил потянула руль вверх как раз вовремя, чтобы избежать удара, однако, взмыв на реактивной струе прыжкового ранца, имперский воин жестко врезался в днище гравицикла, в результате чего пилот свалилась из седла и полетела навстречу гибели. Противник отвлёкся, что и было нужно Хресилле. Она быстро обогнула рангоут, не спуская глаз с добычи и держа адскую глефу наготове. Космодесантник по- прежнему оставался повернут к ней спиной, пока она преодолевала последние несколько ярдов до него, но внезапно Хресилла ощутила острую боль в области диафрагмы, а затем онемение во всём теле. Она почувствовала, что падает на жертву, но, посмотрев вниз, обнаружила, что гам нет ни скайборда, ни ног — лишь капли крови, стекающие оттуда, где должна была находиться её нижняя часть туловища. Подняв взгляд в последний момент, она увидела, как клинок сё адской глефы вонзается в затылок космодссантника, и услышала приглушённый подлый смех другого гелиона, который поставил моноволоконную ловушку, что рассекла её пополам. Превосходное двойное убийство. Прежде чем разум заволокла тьма, Хресиллу охватила жгучая зависть.

Даже становясь полноправными членами культа, многие продолжают принимать активное участие в войнах банд, что бушуют в небесах Комморры. Тогда как большинство культов и кабалов рассматривают эти нескончаемые стычки только в рамках подбора рекрутов, Красная Скорбь расценивает их чуть ли не как форму медитации, к которой прибегает всякий раз после возвращения из налёта в реальное пространство. Как охотник затачивает своё оружие после каждого убийства, так и ведьмы Красной Скорби не прекращают совершенствовать навыки и для этого с головой бросаются в противостояния с мелкими шайками Комморры.

Главная арена культа — Яма — построена на вершине высокого шпиля, упав откуда через считанные мгновения можно разбиться насмерть, что и демонстрируется зрителям, которые сидят на балконах из прозрачного кристалла. Как таковой арена не имеет сцены — в её центре зияет огромная воронка с плывущими антигравитационными платформами, среди которых состязаются гелионы. За их скайбордами тянутся линии моноволокон ной проволоки, которая сложной паутиной растягивается между опорами и балками. Подобные схватки, как правило, весьма скоротечны, поскольку даже малейшая ошибка неизменно приводит к расчленению или обезглавливанию. Тем не менее шанс увидеть, как безногие и безрукие, но ещё живые участники боёв падают с большой высоты и разбиваются насмерть, ночь за ночью привлекает в Яму огромные толпы.