Куб. Глава 13. Иртар

Нельзя сказать, чтобы, как часто считают многие жители Иртара и других стран, Грани были очень уж обременены делами. Да, служба их сопряжена со многими опасностями, а порой требует столкновения с совсем ещё неизведанным и никем пока не понятым, однако при грамотном распределении обязанностей у каждого из них оставалось время на личные дела. Однако если это – не совсем истина, то отпугивавший многих факт «фундаментальности» этой работы был вполне правдивым.

Помимо друг друга и остальных сотрудников службы, Грани могли подолгу не видеть совершенно никого – если, конечно, не считать существ, которых они встречали на просторах бескрайних чужих измерений. Проживали они здесь же, на территории организации, носили, как правило, одинаковую форму, а в свободное время предпочитали заниматься чем-то, не покидая этого места.

Если знать об этом, то, как долго собиралась и прихорашивалась Кристина перед тем, как отправиться вместе с Лиз на встречу с Габриэлем, не будет казаться удивительным. За сравнительно недолгое, но всё же ощутимое для новичка время работы она почти не выбиралась за пределы службы. Последний раз она была в городе, кажется, во время встречи с Клементией.

Вспомнив о правительнице Иртара, стоявшая перед зеркалом Кристина невольно поморщилась. Разочарование из-за поступков восхитившей её когда-то личности всё ещё было сильно, а вместе с ним и лёгкое, почти по-детски недоверчивое сомнение – неужели это вправду так? Может, это ложь? Но спорить с очевидными фактами не представлялось возможным. Раз уж о таком рассказал даже сам Дин, находившийся с ней в близких отношениях…

При мысли о Дине Кристина почувствовала стыд за то, что прежде искренне считала, будто они с Клементией хорошо смотрятся вместе и были бы отличной парой. Не хватало ещё, чтобы она снова использовала его, честного и ответственного человека, для достижения таких целей!

– Учитывая то, что ты просила прогуляться, нам, кажется, уже пора выходить, – осторожно приоткрыв дверь комнаты, произнесла Лиз.

Созерцательница тоже решила для выхода в город нарядиться во что-то более интересное, чем повседневная форма. Оглянувшись в её сторону, Кристина увидела, что одета она была в элегантную серую блузу, чем-то напоминавшую основной цвет их организации, встречавшийся здесь чаще всего, и длинную широкую юбку чёрного цвета. Подвеска-кубик, тем не менее, никуда не делась – в отличие от формы, которую вне территории организации носить было необязательно, он сопровождал Граней всюду, являясь одновременно средством связи и признаком их особого статуса.

– Да я уже почти всё! – отмахнулась Кристина, недовольная тем, что её поторопили. Этого она не любила, хотя часто напоминание о необходимости выхода было неизбежно – как сейчас, например.

Кристина над тем, во что одеться, раздумывала явно дольше, чем Лиз. Нарядов у неё было много, и все по понятным причинам ей не доводилось надеть уже давно. К тому же, приходилось держать в памяти то, что встретиться они собирались не с кем-нибудь, а с представителем известной иртарской магической династии, и вести беседу не о чём-нибудь, а о безопасности лидера страны. Значит, наряд должен был выглядеть хотя бы более-менее официально.

Спустя определённое время Кристина всё же определилась с нарядом. Им стала ярко-красная рубашка в чёрную полоску и узкие брюки чёрного цвета. Сожалея, что кубик не слишком сочетается с ним по цвету, Кристина тем не менее была вынуждена с этим смириться. Образ дополнила пара ярко-чёрных колец, поблёскивавших в дневном свете.

В тот момент, когда Лиз вошла в комнату, Кристина была занята делом не менее ответственным, чем подбор наряда – макияжем. В её подростковые годы без этого она не выходила на улицу даже в магазин за ближайшим углом. Сейчас дело обстояло попроще – во многом потому, что на службе Граням пользоваться им не разрешалось в целях удобства и безопасности – однако на важную встречу без него пойти Кристина всё же не могла.

– Мне кажется, этого уже достаточно, – прокомментировала Лиз. – По моим расчётам, мы должны успеть, если выйдем прямо сейчас.

– Выйдем, выйдем! Сейчас!

*

И сам Иртар, и его столица обладали неповторимым умением в любое время года выглядеть очаровательно. Весной повсюду, даже на оживлённых городских тротуарах выглядывали из-под земли красочные, яркие цветы, пробуждая к жизни заснувшие чувства. По дорогам, весело перегоняя друг друга, бежали ручейки, и в каждом, словно в кривом зеркале, отражались радостные лица прохожих да яркое, будто умытое ими солнце.

Лето здесь всегда было безупречно-солнечным и жарким, с нечастыми дождями, случавшимися тем не менее очень и очень вовремя и оставлявшими на душе всех жителей чувство искреннего счастья, будто произошло что-то желанное и очень важное. Листья зеленели вовсю, а над городом подобно незримым покровителям неспешно плыли облака, укрывая от слишком уж прямых лучей солнца.

Осенью, прошедшей совсем недавно, все деревья стояли разноцветные, окрашенные в те тёплые цвета, что так радуют глаз, когда температура на улице неуклонно падает, а небо то и дело затягивается серыми облаками, приносящими на землю дождь. Погода эта длилась довольно долго, а затем переходила в зимнюю – именно в ту, которую Лиз и Кристина видели перед собой, оказавшись на иртарских улицах.

Снег был повсюду. Лежал он не хаотично, как в том измерении, где тайдинговая служба впервые встретилась с помощницей Пустоты, а с удивительной для природы аккуратностью, которая может существовать только благодаря человеческому вмешательству. Все дороги и тротуары были аккуратно и ровно вычищены, но не настолько, чтобы снежного покрова на них не было заметно совсем, а по бокам их высились целые горы снега. Даже сейчас, при свете дня, он продолжал падать, серебристыми блёстками спускаясь с небес и оседая на диковинных нарядах прохожих.

Их в этот час на центральных улицах Альмори было немало – как, впрочем, практически всегда. Тем, кто очутился здесь впервые, могло бы вовсе показаться, что город бодрствует в любое время суток – и днём, и ночью по улицам кто-то куда-то торопился, где-то горели приветственные огни, зазывая внутрь возможных посетителей, а постеры и украшения, развешенные здесь по случаю практически любого праздника, появлялись, исчезали и сверкали, переполняя пространство магической энергией.

По обеим сторонам улицы пестрели магазины, открывая свои витрины на всеобщее обозрение. Здесь продавались, как правило, товары сувенирные – не самые нужные вещи, стоившие в полтора, а то и в два раза больше лишь из-за того, такая картинка была на них изображена. Кристина, прекрасно понимая это, тем не менее заглядывалась на прилавки, уставленные разнообразными украшениями, аксессуарами, предметами одежды и бытовыми безделушками.

– Ничего нового они, кажется, не завезли, – прокомментировала Лиз, пристально осматривая ассортимент одного из магазинов сквозь стёкла очков. – Всё это уж третий год здесь продаётся, если не больше.

Этими словами она явно намекала Кристине на отсутствие необходимости слишком долго присматриваться к продаваемому товару. Пожав плечами, та пошагала дальше.

Следующая витрина была сплошь уставлена… шляпами. Маленькие, большие, красные, чёрные или синие, аккуратные или со всех сторон украшенные всем, что только можно на неё добавить – все они будто наперебой привлекали к себе внимание посетителей.

«Купите костюм и получите одну из них в подарок!» – гласила вывеска, зажёгшаяся разноцветными огнями, как только Кристина подошла чуть ближе. Зеркало, стоявшее на самом верху витрины, моментально повернулось к ней, отражая в себе её нынешний внешний вид. Вроде бы всё хорошо, но чего-то не хватает…

Секунда – и изображение сменилось на Кристину в роскошном костюме. Почему-то система, заложенная внутри него, решила, что ей будут к лицу бордовые брюки из бархатной ткани и чёрная блуза, роскошно украшенная светло-красными кружевами и камнями цвета чуть темнее. По поводу шляпы магазин, видимо, не врал – представляя будущую покупку, зеркало поместило на голову Кристины шляпу с тёмно-красными цветами и торчащим из них пером, унизанным такими же, как на блузе, камнями.

Несмотря на то, что обычному стилю Кристины этот наряд не соответствовал, он показался ей довольно симпатичным, да и, может, помог бы чуть больше соответствовать современной иртарской моде. Хотя страна славилась своей прогрессивностью, в последние лет пятьдесят здесь всё большую и большую популярность приобретала аристократическая одежда, по стилю больше подходящая к временам более давним. Происходило это по нескольким причинам. Главной из них было, конечно, влияние Клементии, которая как в одежде, так и во многих аспектах политика вдохновлялась Эфалеоной – страной прежних времён, где когда-то давно правил дух высшего порядка. К тому же, в годы правления Клементии произошло возвышение многих влиятельных древних родов, по-прежнему приверженных старым традициям – а потому ничего удивительного, что интерес к укладу прежних лет неуклонно рос.

Если бы Кристина прогуливалась по улицам Альмори без всякой цели и, к тому же, одна, то, скорее всего, купила бы костюм, не особенно задумываясь о том, когда будет его носить. В конце концов, зарплата у Граней приличная, а деньги они почти не тратят, так что… почему бы и нет?

Однако ей нужно было торопиться на встречу, а Лиз, неодобрительно покачав головой, присмотрелась к зеркалу.

– Стандартная иллюзия, приукрашивающая как твою внешность, так и вид собственной продукции ради рекламы. Уверена, если ты зайдёшь к ним и примеришь то, что они тебе предлагают, оно совсем не будет соответствовать заявленному.

Да уж, в компании Лиз по магазинам ходить точно не стоило. Этим они, впрочем, и не собирались заниматься. Главной их задачей было наконец дойти до ресторана, где, по обычаям иртарской аристократии, им и надлежало встретиться с Габриэлем.

Не заметить приближение их места назначения было сложно. Постепенно улицы становились менее пёстрыми и яркими, предназначенными для интересов и финансов масс. На смену этой почти кричащей оживлённости приходила степенная гордость и величие. Вывески и украшения больше не скрывали за собой элегантных фасадов зданий, а вместо кричащих постеров у входов стояли изысканные статуи. Если улицы, что они проходили до этого, напоминали скорее кошмар в век высоких магических технологий, то от этих веяло самой настоящей старинной зимней сказкой.

– Нам сюда, – Лиз указала в сторону высокого крыльца, с обоих сторон украшенного статуями. Приглядевшись, Кристина узнала в них Дина и Клементию, мало, однако, похожих на себя нынешних – здесь они, скорее всего, были представлены молодыми, такими, какими они были сто с лишним лет назад, на заре её правления.

Нельзя сказать, чтобы Дин слишком изменился – однако отличия эти во внешности всё же прослеживались. Вместо формы, с которой он ныне не расставался, на нём был костюм с вырезанными в камне узорами, а лицо светилось таким искренним счастьем и благодушием, какого Кристина и представить себе не могла в качестве эмоции, которую бы испытывал глава тайдинговой службы.

Клементию, как существо пускай и долгоживущее, но всё же смертное, изменения затронули в большей степени. Выглядела она здесь несколько моложе, волосы её были намного короче, чем сейчас, а вместо вычурного костюма на ней была юбка и блузка, смотревшиеся более обычно, чем наряды нынешние. Глядя на неё, Кристина вновь невольно вспомнила то, что узнала не так давно, и мысленно задалась вопросом – а знает ли об этом кто-то ещё?

– Именно в честь Клементии и Дина ресторан называется «Покровители», – раздался голос откуда-то сзади. – Несмотря на то, что название это кажется мне пресным и безвкусным, этого нельзя сказать про меню. Доброго дня вам.

– А вот и Габриэль, – произнесла Лиз, оправив воротник шубы. Обернувшись вслед за ней, Кристина хотела было приветственно помахать рукой, однако изумлённо остановилась.

Нельзя сказать, чтобы стоявший перед ними мужчина отличался высоким ростом, как, например, Анзо, или имел отражающее весь его опыт выражение лица, как у Дина. Даже волосы его, совсем недавно коротко остриженные, но уже начинающие отрастать, были рыжими – цвет, который часто ассоциируют с чем-то легкомысленным и не в меру оживлённым. Несмотря на это, Габриэль производил впечатление спокойного величия, словно бы и сам являлся частью улицы, на которой они оказались.

Глядя на него, Кристина невольно подумала, что если Лиз в своей длинной чёрной шубе ещё могла бы соревноваться с Габриэлем по выразительности одежды, то её собственное серое пальто с унизанным чёрными кольцами воротником однозначно проигрывало. Одет он был в простой тёмно-синий, но тем не менее безусловно дорогой и стильный камзол с чёрными меховыми опушками. Из-под чёрных брюк виднелись расшитые голубым и зелёным сапоги с острыми носками, а на шее блестела подвеска с изумрудным кристаллом.

Внешний вид его заставил Кристину задаться вопросом – зачем такой человек, явно принадлежащий к высшему обществу и чувствующий в нём себя комфортно, решил податься в Грани? Что могло ему понадобиться на работе, где не допускается даже малейшего отступления от правил, на службе, которая в прямом смысле занимает собою всё время, всю жизнь?

– Здравствуйте, – кивнула Лиз. В ответ Габриэль слегка поклонился, приложив руку к груди, и Кристина с восхищением заметила на его пальцах множество перстней. – В вашем вкусе я и не сомневаюсь, так что полагаю, что место это было выбрано вами и впрямь не напрасно.

Кажется, эта реплика была самой подробной, какую Кристина вообще слышала от Лиз. Про себя она сделала вывод, что это, несомненно, влияние светских бесед – лишь бы сказать побольше и заложить в свои слова как можно меньше смысла.

– Здравствуйте, Габриэль, – поспешно сказала она, не желая показаться невежливой. Стоит тут, разглядывает почтенного господина, а должна бы с ним знакомиться! – Я… я новая Грань, Кристина.

Пальцем она указала на подвеску-куб, будто призывая амулет подтвердить собственные слова. Оглядев её с головы до ног, скорее не оценивая, а пытаясь понять, что перед ним за человек, он наконец кивнул.

– Рад познакомиться с вами. Для меня честь, что на моё место была принята столь приятная особа. – Конечно же, как без заявления о чести и комплиментов! – Полагаю, нам есть о чём с вами поговорить. Не стоит задерживаться у входа, пройдёмте же внутрь.

Кристина, в отличие от него, не имела ни малейшего понятия о том, что именно ей стоит с ним обсудить, однако с предложением была полностью согласна. По-прежнему следуя за Лиз и намереваясь повторять каждое её действие для большей уверенности, она направилась ко входу.

Аккуратным движением руки Габриэль открыл перед ними дверь, пропуская внутрь. Обстановка здесь, как и ожидалось, была впечатляющей – кристаллы, спускавшиеся с высокого потолка, доходили едва ли не до столов, равномерно распределённых по просторному помещению, однако удивляло это её чуть меньше, ведь в таких местах Кристине уже доводилось бывать, хоть и очень нечасто. Едва ли студентка, приехавшая из-за границы, могла позволить себе посещать такие рестораны регулярно.

А вот ассортимент, здесь представленный, её очень интересовал – но, к сожалению, попробовать диковинные блюда не представлялось возможным и сейчас. Согласно иртарскому этикету, во время деловой встречи в ресторане не следовало плотно есть, а до пирожных Кристина интереса не имела. А потому, присев вслед за Габриэлем и Лиз за один из столиков, Кристина с сожалением пролистнула облачное пюре с пересекающей тарелку блестящей радугой и серого цвета макароны, напоминающие своей формой свирепый вихрь, добравшись до раздела «Чай».

Зачем выделять чаю отдельный раздел? Именно такой вопрос возник в голове у Кристины. Однако, как оказалось, было их здесь великое множество, и все с разными эффектами. Повышение настроения, избавление от стресса, временное незначительное улучшение магических или физических способностей – чего только здесь не было, и если у себя на родине Кристина ещё могла бы посчитать такие описания не вполне правдивыми, то здесь не было и сомнения, что такой эффект был вложен в них при помощи энергии.

Не став долго раздумывать, она указала на случайный, призванный, как оказалось, привести её к эмоциональному равновесию, она отметила про себя, что было бы это очень и очень неплохо, и прислушалась к беседе Лиз и Габриэля, что пока только начиналась.

– Итак, как я понял, вы изволили назначить мне встречу, так как хотите попросить помощи? – спросил Габриэль, поглядывая больше в окно, чем на саму Лиз.

– От имени организации, – с лёгким кивком подчеркнула та, глядя, в отличие от него самого, прямо на собеседника, – я действительно хотела бы попросить у вас помощи. Как вам, полагаю, уже известно, на нашу правительницу было совершено покушение, и после такого случая возникла логичная необходимость усилить её охрану. При всём должном уважении к выдающимся способностям Клементии мы всё же считаем должным спросить у вас, как у хорошо знакомого нам мага, о вашей возможности помочь и установить пару специальных защитных заклинаний.

Габриэль мягко улыбнулся – Кристине было даже удивительно видеть такое выражение лица – и медленно кивнул. Видимо, взаимоотношения его с Лиз были хорошими. Оно и неудивительно – как, помнится, заметил Георгий, они происходили из одного общества, были воспитаны по-одинаковому, а потому, оказавшись в наверняка незнакомых обстоятельствах, сблизились с тем, кто был наиболее схож.

– Разумеется. О покушении мне известно, а помочь вам я буду только рад, как человек, безоговорочно верный не только правительству, но и главе тайдинговой службы, Дину Хамертону. Знаком я с ним давно и без зазрения совести признаю, что, несмотря на его человеческую сущность, личность он необыкновенная и способная, и сотрудничать с ним снова будет для меня высшей честью.

Вот оно, значит, как? Кристина, получается, ломала голову над вопросом, как Габриэль вообще работал под начальством человека, а тот ещё и относится к нему с наивысшим уважением? Это неудивительно в случае с Лиз, которая и сама в некотором роде протест в сторону иртарских норм, но её новый знакомый казался полным их воплощением – от одежды до манер.

– Вы так хорошо о Дине отзываетесь, даже работали с ним вместе, – начала она. До этого Кристина хотела не вмешиваться, но любопытство взяло верх. – А почему так получилось?

Вряд ли вопрос был сформулирован грамотно, однако Габриэль не только всё понял, но и даже не стал выражать недовольства по поводу таких просторечий.

– Не могу не понять вашего удивления, ведь такой поворот событий стал неожиданным даже и для меня самого. Как вы не можете не знать, в Иртаре даже сейчас не приветствуют людей, способностями не обладающих, а раньше такие настроения были выражены ещё сильнее. В то время я, будучи уважаемым жителем нашей страны, никогда по собственной воле не пополнил бы число работников организации, во главе которой стоит человек.

Кристина кивнула, и во взгляде её ясно выразилось нетерпение. Ей хотелось, чтобы Габриэль поскорее перешёл к причине. И так было понятно, что тот не любил людей – а кто же из иртарской аристократии, кроме, разве что, Лиз, будет их любить или хотя бы просто спокойно к ним относиться? Если многим простым жителям становилось уже даже всё равно на своё «силовое превосходство», то уж точно не высшему обществу. У тех это превратилось в принцип, от которого они не готовы отступиться ни при каких условиях – кроме, разве что, угрозы своему комфорту. Это они ценили прежде всего.

Габриэль выражения её лица то ли не заметил, то ли попросту решил проигнорировать и невозмутимо продолжил:

– На самом деле, даже до того, как пойти в организацию, я считал Хамертона не самым плохим примером людей. Как-никак, мой дед участвовал вместе с ним в разработке Куба и отзывался о нём положительно.

А вот такой информации услышать Кристина не ожидала.

– Серьёзно?! – изумлённо воскликнула она, напрочь позабыв о персонах высшего общества и об этикете. – Ваш дед был с ним знаком?

– Верно. – Габриэль, как и в прошлый раз, не заметил её поведения, в отличие от Лиз, которая с укором покачала головой. – Он был известным учёным и давним другом их семьи – возможно, именно благодаря ему Дину и удалось в своё время получить эту престижную должность так рано, что, в общем-то, было полностью оправданно. О нём всегда говорили как о человеке исключительных возможностей, которому просто необходимо работать учёным.

Кристину искренне восхищали такие подробности. Отставив в сторону чашку, содержимое которой едва ли могло помочь ей восстановить эмоциональное равновесие, она, чуть подавшись вперёд, поинтересовалась:

– А какой он вообще был из себя в молодости? Как он себя вёл?

Ей было сложно представить Дина беззаботным и весёлым, живущим так, как живёт молодёжь её или того времени – не задумываясь ни о чём. И то, что сейчас он по-прежнему выглядел молодым, только усугубляло невозможность понять, каким же он действительно был в то время.

– Поведение его, разумеется, отличалось от нынешнего. Многие конкуренты видели Хамертона напыщенным светским красавчиком, но мне его описывали как добросердечного и даже немного наивного человека, состоящего из желания приносить пользу миру и немереного энтузиазма. Он будто бы настолько был счастлив и доволен своей жизнью, что искренне был уверен, что и остальные в этом мире будут довольными им. Однако он был вовсе не груб и не злобен – таких черт в личности Дина не было никогда, даже несмотря на его самомнение. За это, впрочем, я не могу его осудить – разве нечем гордиться человеку, к девятнадцати годам сумевшему возглавить разработку такого важного, уникального в своём роде артефакта?

Кристина глядела на него с искренним изумлением. Не то чтобы она ожидала, что Дин от рождения глядел на мир так хладнокровно и скептически, однако такой контраст был удивителен. Может, это опыт заставил его так поменяться?

– Ничего себе! – наконец сказала она. – Так он был почти такой же, как я!

– Думаю, Дин даже в молодости отличался большим чувством такта, – шепнула ей на ухо Лиз. Кристина решила последовать примеру Габриэля и не обратить на это особенного внимания.

– В целом, это неудивительно, – спокойно ответил тот. – Людям свойственно в течение жизни становиться более сознательными, а некоторые под воздействием жизненных трудностей ещё сильнее меняются. В случае Хамертона это однозначно оказало воздействие, и не без гордости могу заявить, что он и меня заставил немного измениться в лучшую сторону.

Кажется, разговор снова вернулся туда, откуда начался. Это Кристину не могло не радовать, ведь того, как Габриэль оказался в организации, она так и не узнала.

– Я бы не стал Гранью, если бы не катастрофа, нежданно постигшая моего отца, – наконец сказал тот. – В один день он совершенно беспричинно пропал – как выяснилось позже, исчез сквозь межпространственный прорыв. След его затерялся среди измерений, и, хотя Грани получили сигнал, отследить, куда именно он попал, оказалось невозможно – как выяснилось позже, виноваты в этом были в изобилии растущие в том мире кристаллы с сильными дезориентирующими свойствами, с действием которых аппаратура не справлялась. Приняв несколько резкое и опрометчивое решение, я отправился в организацию, намереваясь приложить к поискам собственные старания. Может, делать этого и не стоило, но вот что бывает, когда не с кем посоветоваться, – он виновато улыбнулся.

Так вот оно как?! Оказывается, необходимость у Габриэля все-таки была. Да ещё какая… Кристине было на самом деле интересно – как это вообще могло случиться? Чего только не бывает в работе Граней!

– После достижения моей цели я покинул организацию, – продолжал тот, – однако личность Дина оказала на меня большое влияние. Его бесстрашие и способность держать под контролем любую ситуацию показали мне, что даже человек может быть достойным членом иртарского общества – следовательно, нам не стоит их недооценивать. Надеюсь, это объяснило вам, почему я готов сотрудничать с Хамертоном при необходимости, а потому в ближайшее время явлюсь для обсуждения деталей, – заключил он, обращаясь уже к Лиз.

*

Встреча произвела на Кристину однозначно хорошее впечатление. Габриэль, вопреки всем её опасениям, оказался в высшей степени приятным человеком. Хвастается, конечно, лишнего – но это меньший недостаток, какой мог бы у него присутствовать, учитывая его социальное положение.

Больше всего её поразили её рассказы о Дине. То, каким он был и чем занимался до попадания в Куб, интересовало её уже достаточно долгое время. Интересно, если Габриэль и вправду к ним придёт, удастся ли узнать у него побольше?

А может, он и вовсе знает о взаимоотношениях его с Клементией? Хотя, конечно, вероятность этого была довольно мала, Кристина решила всё же спросить об этом у него если ещё раз представится шанс. Вдруг он скажет что-нибудь такое, что прольёт свет на причину её поступка?