Крыса в стенах министерства

Особняк подавлял. Монументальное здание из серого камня, увитое старым плющом, который зимой наверняка казался мертвым скелетом. Сейчас же, подернутый вечерней сыростью, он дышал древностью. Из высоких стрельчатых окон лился теплый янтарный свет, отражаясь в мокрой брусчатке двора.

Несса поднялась по широким ступеням. Тяжелая дубовая дверь открылась раньше, чем она успела коснуться массивного латунного кольца. Дворецкий — высокий, абсолютно седой мужчина с неподвижным лицом старой восковой фигуры — лишь слегка наклонил голову.

— Мисс Уокер. Министр ждет вас в Малой гостиной.

Слова «ждет» неприятно кольнули слух. Это нарушало протокол светского мероприятия. Хозяин не ждет гостей поодиночке, если только гость не является целью, а визит — допросом.

Малая гостиная оказалась просторным залом, чья скромность определялась лишь отсутствием витражных окон высотой в два этажа. Здесь было жарко. В огромном мраморном камине ревело зеленое магическое пламя, бросая уродливые тени на коллекцию темномагических артефактов, выставленных в застекленных шкафах.

Бартемиус Крауч-старший стоял спиной к двери внутри своего кабинета, склонившись над письменным столом красного дерева. Он не обернулся, когда вошли гости. Его спина, затянутая в безупречный сюртук Министерства магии, была прямой.

— Вы пунктуальны, мисс Уокер.

Голос Крауча не отразился от стен — он прозвучал глухо, словно министр говорил сквозь плотную ткань. Он медленно разогнулся, но поворачиваться не спешил. Его длинные пальцы в белоснежных манжетах легли на столешницу.

— Садитесь, — бросил он через плечо, кивнув на глубокое кожаное кресло перед столом. Самого кресла Несса пока не видела: обзор загораживал массивный дубовый глобус, испещренный мерцающими точками магических поселений.

Она осталась стоять.

— Благодарю за приглашение, господин министр. Хотя формулировка вашего письма предполагала присутствие других лиц. «Узкий круг», если цитировать дословно.

Крауч наконец обернулся. Его лицо, изрезанное глубокими морщинами и освещенное снизу зеленым огнем камина, напоминало посмертную маску древнего правителя.

— Круг будет узким, — ровно произнес он, обходя стол. От него пахло лавандовым одеколоном, пергаментом и едва уловимым аптечным запахом успокаивающего зелья. — Пока что он состоит из нас двоих. Остальные прибудут позже. Или не прибудут вовсе. Это зависит от того, как пройдет наш разговор.

— В таком случае, — голос Нессы остался ровным, но пальцы на левой руке чуть дрогнули, выдавая напряжение, — я предлагаю не тратить ваше и мое время. Если «узкий круг» означает допрос без протокола, а «позже» звучит как угроза Азкабаном.

Крауч позволил себе тень улыбки.

— Мисс Уокер, если бы я хотел отправить вас в Азкабан, авроры уже ждали бы вас у ворот Министерства. Вы слишком высоко себя цените. И совершенно напрасно. Сядьте.

Грохот распахнувшейся двери в кабинет заставил следователя невольно вздрогнуть.

— Ты рехнулся? — голос Барти сорвался на хриплый рык. Он захлопнул дверь пинком ноги, отрезая путь к отступлению — Думаешь, я слепой идиот?!

Бартемиус-старший даже не дрогнул. Он медленно повернул голову к сыну, и его лицо осталось такой же посмертной маской, лишь желваки на скулах едва заметно напряглись.

— Выйди из кабинета, Барти. И научись стучать, прежде чем врываться к Министру магии.

— К Министру?! Не смей прятаться за этой должностью! Здесь ты просто мой отец, который решил скормить его дементорам без суда!

Крауч-старший медленно отнял пальцы от столешницы. Белоснежные манжеты хрустнули.

— Его? — переспросил он обманчиво тихим голосом, в котором лязгнула сталь.

— Блэка! — выплюнул Барти-младший, яростно смотря на отца. — Сириуса Блэка! Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю, старый лицемер!

Крауч-старший не повысил голос. Напротив, он стал еще тише, и от этого спокойствия веяло могильным холодом.

— Сириус Блэк — предатель крови, убийца и сторонник Того-Кого-Нельзя-Называть. Он приговорен Визенгамотом заочно. Я лишь исполняю волю закона, Барти. А теперь выйди из моего кабинета.

Девушка, почувствовала, как напряжение в комнате растёт, она медленно, почти незаметно сместила вес на носки туфель — классическая стойка для отступления или уклонения. Пальцы левой руки чуть дрогнули и сжались в кулак, впиваясь ногтями в ладонь. Боль отрезвляла. Несса встретилась с Краучем старшим взглядом ровно на три секунды. Достаточно, чтобы он увидел в ее глазах холодный расчет вместо страха.

Она развернулась раньше, чем договорила последнюю фразу:

— Я подожду вас в коридоре. Или вернусь в Отдел Тайн, если этот допрос отменяется ввиду семейного скандала.

Не дожидаясь ответа, она перешагнула порог. Щелчок замка прозвучал оглушительно громко в гулком пустом коридоре.

Пометка в памяти вспыхнула ледяным светом: изъять первичные воспоминания авроров со взрыва Поттеров до того, как их успеют модифицировать. Истина по делу Блэка похоронена не в архивных пергаментах, а в лицах тех, кто первым прибыл на место бойни