Кровавый укус

Потолок в аудитории был испещрен трещинами, и Илья знал каждую из них — вот та, что похожа на карту метро, а эта, побольше, напоминала очертания старой женщины в платке. Лектор, мужчина с голосом, наводящим тоску, бубнил что-то о квантовой механике, но слова рассыпались, не долетая до сознания Ильи. Вместо формул в голове стучала одна мысль: сессия. Год, будто вагон поезда, несся к обрыву, а он сидел здесь, беспомощный, не в силах даже понять, с какой стороны подступиться к горе конспектов.

Ладонь под щекой стала влажной — он вспотел от простой мысли о несданном зачете. Сердце, предательское, забилось неровно, как студенческий принтер в час дедлайна. Спокойно, — пытался он уговорить себя, но внутренний голос, вечно истеричный, выл о провале, о позоре, о том, как родители разочарованно покачают головами. Ногти впились в мягкий пластик парты. Каждая клеточка тела была натянута, как струна, готовая лопнуть от следующей, даже самой безобидной, мысли: а вдруг билет попадется с тем самым вопросом, что он так и не выучил?

Илья плюхнулся на кровать, и трещины на потолке его комнаты тут же начали сливаться в одну большую, зловещую. Звонок вырвал его из этого ступора.

— Иль, ты дома? У меня тут потоп в ванной, трубу рвануло! — голос Дани в трубке был сдавленным, паническим. — Помоги перекрыть воду, я не могу найти этот чёртов вентиль!

— Сейчас, — Илья выдавил из себя, чувствуя, как усталость наливает его тело свинцом. Он тяжело поднялся, натянул темную худи и вышел в апрельскую тьму.

Воздух был холодным и влажным, фонари отбрасывали на асфальт длинные, расплывчатые тени. Он шагал быстро, подняв воротник.

Холодный спазм сжал желудок Руслана, заставив его согнуться на краю кровати. Голод был уже не просто ощущением — он стал фоновым гулом в ушах, металлическим привкусом на иссохшем языке. Современный город, с его запертыми на ночь стальными дверьми и слепящим светом экранов, превратился в самую изощренную пытку. 

Пальто пахло пылью веков, когда он накинул его на плечи. Лифт мягко понес его вниз, в царство ночных огней и пустынных тротуаров. Воздух был пропитан смогом, выхлопами и… да, едва уловимыми нотами молодой крови, сладкими, как забродивший мед. Они витали возле круглосуточного кофейни на углу, где у стойки нервно переминался с ноги на ногу паренек в рваной джинсовке. 

Руслан замедлил шаг, тень от козырька скрыла бледность его лица. Мальчишка курил, взгляд бегал по экрану телефона, обнажая уязвимую линию шеи, где под тонкой кожей пульсировала жилка. Его кровь пахла юностью, дешевым энергетиком и гормоном стресса — пикантный коктейль для изысканного гурмана. 

— Огоньку не найдется? — голос Руслана прозвучал хрипло, но мягко, словно шелест старинного шелка. 

Парнишка вздрогнул, поднял глаза. Карие, чуть испуганные. Идеально. 

Паренек потянулся в карман джинсов, и Руслан уже ощутил, как слюнные железы откликнулись жгучим спазмом, а зрение сузилось до той самой пульсирующей точки на шее. В этот миг во двор, разрезая тьму, въехала машина. Ослепительный пучок фар ударил Руслану прямо в глаза, выжигая сетчатку белым калением.

— Сань, ты че тут? — крикнул из окна водитель, и голос его прозвучал как обвал.

Мальчишка — Саня — вздрогнул, бросил взгляд на Руслана, в котором теперь читалась лишь тревога, вызванная другом.

— Всё, я… мне пора! — Он метнулся к машине, не оглядываясь.

Дверца захлопнулась, шины взвыли по асфальту. Руслан остался стоять в кольце света от уличного фонаря, с пустотой внутри, которая теперь грызла внутренности острее любого ножа. Голод, отложенный на секунду, навалился всей своей свинцовой массой, заставив кости ныть, а в висках застучать молоточками лихорадки.

Он побрел дальше, пошатываясь. Городская громада давила на плечи. В ушах звенело. Воздух стал густым и вязким, как сироп. Он свернул в темный проулок между панельных гигантов, прислонился лбом к холодному бетону, пытаясь перевести дух, который срывался с губ белыми клубами.

И тогда услышал шаги. Четкие, неспешные, отмеряющие бетон позади него. Не бегство испуганного оленя — а твердая, уверенная поступь.Руслан медленно обернулся, мир плыл в глазах.

Вернемся к Илье.

Илья, сжавшись в комок от ночной сырости, свернул в грязный проулок между пятиэтажками — короткий путь к дому Дани. В свете одного уцелевшего фонаря у мусорных контейнеров замерла высокая, неестественно прямая фигура в длинном пальто.

«Обдолбанный», — мелькнула мысль у Ильи, и он прижался к стене, стараясь слиться с тенью, проползти мимо неслышно.

Но фигура обернулась резко, как будто почувствовала биение его сердца. Свет упал на лицо. Необычайно бледное, с резкими скулами. А глаза… Они казались слишком темными, почти черными, но в глубине, будто на дне колодца, тлел крошечный уголек странного, мерцающего янтарного оттенка. В них не было наркоманской отрешенности — была хищная, изучающая концентрация.

Илья замер, глоток застрял в горле.

Руслан, еще секунду назад ослепленный жаждой, вдруг ощутил, как голод сменился чем-то иным. Паренек перед ним пах не просто кровью. Он пах холодным потом страха, усталостью от бессонных ночей и… чем-то чистым, незамутненным. Его тонкая шея, полуприкрытая воротником худи, пульсировала частой, испуганной дрожью. Прелестно.

Уголки губ Руслана дрогнули в едва уловимом подобии улыбки. Голос прозвучал тише шелеста осенней листвы, нарочито мягко, заманивающе.

— Потерялся, милый?

Илья почувствовал, как влажный холодный пот выступил у него вдоль позвоночника. Сердце колотилось, будто пыталось вырвать ребра и сбежать.

— Нет, я… к другу иду, — его голос прозвучал тоньше комариного писка. Он сделал шаг назад, пятка наткнулась на бутылочный осколок.

Руслан неотступно двинулся за ним, его шаги были бесшумными, будто он не касался асфальта.

— Какой же друг живет в таких… мрачных местах? — его бархатный голос обволакивал, как дым. — Не страшно одному?

Он шел рядом, не сокращая дистанцию, но и не отставая, заполняя собой все пространство между стенами домов. Его вопросы сыпались, простые и чудовищные: «Учишься?», «Далеко идти?», «Почему такой бледный?». Каждое слово било по нервам Ильи, заставляя его запинаться. Внезапно Руслан остановился, втянув воздух, будто уловил на ветру иной, более сильный аромат. Его янтарный взгляд на мгновение оторвался от Ильи, устремившись в темноту за переулком.

— Беги к своему другу, — вдруг сказал он почти нежно. — И не оглядывайся.

Повернувшись, он растворился в ночи быстрее, чем Илья успел моргнуть. Оставшись один, парень рванул с места, залипая в лужах. Он не видел, как Руслан в тени арки прижал к кирпичной стене другого случайного прохожего, а его острые клыки нашли наконец свой ужин. Но Илья навсегда запомнил этот странно манящий взгляд.

Илья еще долго ощущал на себе взгляд тех темных глаз,которые так глубоко смотрели прямо в сердце,так глубоко,насколько это возможно.они одновременно были пустые,а одновременно будто бы читали его всего,наизусть. 

И на удивление, Илья смог на некоторое время все таки забыть о томном и глубоком взгляде,пока не увидел их вновь. На этот раз,у своего дома.

То же потрепанное пальто,ровная челка,и на этот раз сигарета в зубах. Он наверное просто проходил мимо дома Ильи,но все равно заметил,как тот выходит из подъезда с пакетом мусора,точно домой.

А после этого,Руслан навал преследовать свою добычу. Да,аромат был не самый сладкий,можно было найти и повкуснее. Но почему то, тушенцову так и хотелось взять и выпить все соки с этого миловидного парниши,что яро старался не попадать на глаза темноглазому. 

И началась охота. Настоящая,злая,и наверное самая быстрая. Илья даже не знал,что за дня до их очередной встречи,Руслан ужепридумал все,все варианты исхода событий,что могли дать,и подготовился.

Вновь Илья выходит на улицу,с пакетом под рукой,откуда виднелась банка энергетика из за прозрачного пакета.

Шаг,и Илья уже ничего не помнит. Открывает глаза , и зеленоглазый уже не дома. Но перед лицом оказываются карие глазки ,что смотрят прямо ему в душу,считывая все что было внутри. 

Холодные руки,будто после холодной воды легли на талию,сжимая ее,оставляя неприятные красные полосы. 

Щелчок внутри Ильи,и руки пропадают.

Футболку с характером звуком рвут на клочки,оставляя Илью полностью обнаженным.

Руки Корякова наконец нашли силы подняться,а за ними Илья поднимает их на щеки,и смотрит прямо в глаза,слышится тихий вопрос.

- кто ты?..

Но на вопрос не ответили. Голова резко прижалась к шее бедного Корякова,начиная оставлять грязные и красные следы на шее,будто бы присваивая себе полностью и целиком.

Несколько укусов,и уже кровавые клыки остаются в коже на несколько секунд,а после,клыки все же вышли из казалось бы,девственной кожи.

В голове Руслана что то щелкнуло,и тот,прижался к чужой груди,начал оставлять укусы уже на ней,покусывая,и одновременно снимая одежду,будто бы Илья был из хрусталя,нежным и хрупким.

Голову вскружило.

И Руслан,оставив последний укус,поднимает голову,и осматривает свою работу.

От такой картины,член в штанах начал вставать,а желание,что до этого было маленьким,сейчас стало просто адовыми.

Прелюдия продолжались, и темные глаза уже пожирали молочное тело,что так и извивалось под ним.

Рука ползла вниз,разводя ноги Корякова в разные стороны.

Пальцы оказались во рту у «жертвы» через мгновение,начиная изучать ротовую полость.

Уже мокрые пальцы с характерным хлопком вышли из рта,поднося их к отверстию.

Рот зеленоглазого зажали,пока один палец входил внутрь,на пробу,не пытаясь навредить нижнему.

Началась не любимая часть Руслана. Не любил он возится с этими девственниками. А по этому вообще написано «я даже с девкой не ебался».

Вход пошел еще влажный второй палец,заставляя Корякова вообще просто напросто поплыть.

Куда - не ясно. Но отверстие адски жгло,еще чуть чуть,и наверное Илья кончит от одной стимуляции пальцев.

Заметив,что чужой член начинает вибрировать,тушенцов быстро убирает пальцы.

Не хочется чтобы его добыча так быстро кончила.

Теперь,когда Илья был почти готов,можно было наконец войти. Сначала головкой,что и сделал шатен.

Головка оказалась внутри узкого пространства,давая Илье привыкнуть. Конечно,тот пытался сопротивляться,и даже чуть ли не оставил синяк,но Руслан быстро его успокаивал укусом в плечо,или же легкой пощечиной.

Дальше головки пошла середина,и в один толчок вошел весь член,начиная активно двигаться. Руслан уже не мог сдерживать себя! Хотелось оттрахать этого подонка. А Илья только и мог что стонать и просить брать его помягче,потому что голоса почти нету.

Толчки длились долго,Илья уже перестал их считать. Раз,и илья сам кончил. Уже на этом моменте Илья хотел уже было все закончить,как понял,что второй партнер еще не закончил.

Еще час,и под очередной укус на шее,темноволосый кончает внутрь,обнимая Илью.

- мы еще увидимся,зайчонок).

На утро,Илья промнется уже у себя в постеле. Весь в поту,в красных следах на шее,а главное,с желанием того самого вампира.и до сих пор остается вопрос.а это точно был сон?