Красная тряпка.

Оскар избегал близости со своими парнями больше двух недель, впрочем, как и их самих. Гедеон реагировал довольно спокойно, давая возлюбленному время, а вот Люмьер бесился, не понимая, с чем связано такое резкое отторжение. Ещё больше его бесило спокойствие Гедеона. Неизвестно, что бы он успел придумать, если бы этим же вечером Оскар не пригласил парней к себе.

Дом встретил их полумраком и тишиной. Оскар отослал слуг и дожидался своих партнёров в гостиной. Ничего необычного: лёгкие домашние брюки, свободная светлая рубашка и довольная ухмылка. Гедеон подошёл первым, но не потянулся за привычным поцелуем, не желая давить на возлюбленного. Люмьер подошёл следом, он уже успел осмотреть парня, но так и не заметил каких-то изменений. Оскар рассмеялся, увидев его расстроенное лицо. Он поднялся и пошёл в сторону лестницы. Уже на полпути, не оборачиваясь, спросил:

— Вы так и будете стоять?

В его комнате не было ничего необычного: на столике стояла бутылка шампанского и бокалы, играла тихая музыка, и свет был привычно приглушён. Оскар вообще не любил яркое освещение. Люмьер не выдержал долгого молчания.

— Оскар, что-то случилось? В прошлый раз ты не разрешал себя трогать, когда проколол соски. Но тогда ты не пропадал на две недели. Ты что-то скрываешь от нас?

Уолдин явно был на взводе: он нервно теребил край рубашки и недовольно сверлил возлюбленного взглядом. Оскар лишь загадочно ухмыльнулся и приманил парня к себе. Люмьер без раздумий подошёл, за послушание его наградили поцелуем, и всё сразу встало на свои места. Холодный металлический шарик на языке Вотермила сразу привёл его в чувства.

— Прости уж, из-за этого малыша я шепелявил целую неделю. Можно сказать, учился разговаривать заново.

Гедеон, как всегда бесшумно оказавшийся сзади, тут же втянул Оскара в новый поцелуй, желая во всей красе прочувствовать его новую шалость. Оба парня явно оценили такой сюрприз.

— Это не всё.

Глаза Оскара блеснули — из-за освещения казалось, что в них пляшут черти. Парни с интересом наблюдали за тем, как он небрежно скидывает брюки. Люмьер шумно выдохнул, когда понял, что под ними нет белья. На этот раз Оскар подошёл к Гедеону почти вплотную, притянул его руку и уложил себе на лобок. Парень сглотнул, понимая, чего от него хочет возлюбленный. Пальцы неторопливо скользнули ниже, и Хитклиф выругался беззлобно, стоило подушечкам нащупать что-то прохладное.

— Твою мать, Оскар.

Люмьер, смекнувший что к чему, не выдержал и аккуратно толкнул Вотермила на постель. Дальше всё было как в тумане: стоило парням увидеть пирсинг, и они потеряли последние крупицы самообладания.

— А на соски и пупок вы не так реагировали, — посмеиваясь между стонами, ворчал Оскар.

Люмьер уже десять минут перебирал несчастный шарик сменяя руки на язык, мешая Вотермилу думать. Гедеон остановился на груди партнёра, прекрасно зная, что она у него довольно чувствительная. Вот только у Оскара были другие планы.

— Гедеон, хочу кое-что попробовать.

Его глаза блестели, а с губ не сходила ухмылка. Оскар неожиданно выпятил язык, демонстрируя прокол.

— Хочу тебе отсосать.

Хитклиф шумно сглотнул, но отказываться от такого предложения он точно не собирался.

— Думаю, нам стоит сменить позу.

Люмьер наконец отлип от промежности Оскара, давая ему немного времени на передышку. Парня перевернули на живот, Гедеон разместился перед его лицом, услужливо избавив себя от штанов, и Оскар принялся методично обводить каждую венку на члене Гедеона языком. Он был чертовски медленным, и это одновременно заводило и раздражало Хитклифа. Люмьер в это время притих, но Оскар не придал этому значения, обхватывая головку Гедеона губами. Поэтому, когда парень, наконец раздобывший заветный презерватив, резко и без предупреждения толкнулся в возлюбленного, Оскар по инерции заглотил член Гедеона целиком.

Металлический шарик прошёлся вдоль ствола, и Хитклиф взвыл, не ожидая таких ощущений. Оскар недовольно дёрнул бёдрами, но быстро подстроился под темп Люмьера, сжимаясь внутри каждый раз, когда головка члена Гедеона упиралась в заднюю стенку горла. На глаза выступили слёзы, а с уголка губ потекла тонкая ниточка слюны. Оскар по-настоящему наслаждался происходящим. Пальцы Люмьера прошлись по его животу, скользнули между ног и вновь сжали и без того чувствительный клитор, специально задевая пирсинг. Не выдержав такой стимуляции, Вотермил попытался оттолкнуть руку партнёра, но всё было тщетно. Парни будто сговорились, одновременно толкаясь в тело возлюбленного. Оргазм не заставил себя долго ждать: Оскар содрогнулся всем телом. Горло непроизвольно сжалось, и Гедеон прохрипел, попытался отстраниться, но ему не позволили. Вотермил отстранился лишь после того, как парень кончил. Он с довольной ухмылкой облизал свои губы и рухнул на постель, стоило Люмьеру выскользнуть из его тела.

— Рад, что вам понравился мой сюрприз, мальчики.