Крампус тебя возьми! (ознаком)

1

Зима только вступила в свои права в небольшом городке, затерянном среди гор и лесов. Снег шёл уже пару недель, так что заиндевевшие деревья поблёкли под стать тяжёлому занавесу неба. Река и озеро схватились крепким льдом, и заядлые рыбаки Ларс и Тео собирались на выходных пробить прорубь и порыбачить.

Маленькие коробки похожих друг на друга домиков по вечерам тепло светились, заливая долину уютным сиянием. Именно здесь всё и случилось: сразу четверо нарушителей миропорядка оказались не там и не в то время в силу разных обстоятельств. Но началось всё с подростка.

Группа молодых людей шумно вывалилась из бара поздно ночью вместе с густыми клубами подсвеченного неоном дыма.

— Так, я спать! Завтра на работу, — простонала высокая девушка, кутаясь в шарф и на прощанье хлопая друзей по открытым ладоням. — Мило, тебе по пути? — обратилась она к одному из ребят, высокому худенькому парнишке.

— Нет... — девушка выгнула бровь, ожидая объяснений. — А-а... Я кое-куда загляну и потом домой.

— "Кое-куда, кое-что", — передразнил пьяный друг, повисая у Мило на плече. — Какой ты сегодня загадочный!

— Всё в порядке? — первая девушка сделала шаг к нему, заглядывая в глаза.

Длинные ноги Мило обтягивали тонкие джинсы-трубочки, а под осенней курткой оверсайз была лёгкая толстовка. Он поглубже засунул озябшие пальцы в карманы и пожал плечами.

— Да! Да. Всё окей. Увидимся! — как можно непринуждённей ответил он, и все разошлись в разные стороны.

Вместо того, чтобы пойти со своей подругой, как обычно, Мило помедлил, а затем свернул за бар в плохо освещённый переулок и побрёл незнакомой дорогой. Кому он врал? Возможно, уже завтра весь город узнает позорные тайны его никчёмной жизни.

Мать Мило после развода спивалась, поэтому младшую сестрёнку забрала к себе бабушка, а его отправили сюда, в жопу мира, к маминой младшей сестре. Учиться совсем не хотелось, и за пропуски Мило грозили отчислить. Тётя и так не слишком обрадовалась его приезду — она говорила, что слишком молода, чтобы заниматься детьми, тем более, чужими. А когда узнала про школу, устроила скандал и сказала, что после выходных отправит его в Службу по делам несовершеннолетних, чтобы ему нашли семью.

Мило не мог такого допустить — чтобы весь этот захудалый городишко и его новые друзья узнали, почему на самом деле он здесь оказался. Поэтому возвращаться домой к тёте он не собирался. Он хотел пересидеть ночь в баре, но, как на зло, все рано засобирались домой, поэтому он оказался на улице и не представлял, где и как переждать до утра.

Мило казался себе таким несчастным и всеми покинутым, что хотелось плакать. Но он знал, что это бесполезно — помочь было некому. Самые близкие люди — мать и отец от него отказались. Ночь была не так темна, как его безысходность. Снег не так холоден, как его печаль. Даже тонкая подошва летних кроссовок заскользила по наледи, и со всей своей вселенской драмой Мило неуклюже полетел в свеженападавший сугроб.

Должно быть, со стороны тощий нескладный парень выглядел комично. Поэтому в первую секунду он намеревался так и остаться лежать при дороге, пока не замёрзнет, но это было так холодно, что Мило против своего желания подскочил и отряхнулся.

В этом районе свет в домах не горел. Может, тут были одни офисы и склады, или жили одни старики, которые уже видели десятые сны, — Мило не знал. Он остановился у фонаря. И без того тусклый свет подрагивал, как умирающий. Тёмные волосы, выбившиеся из-под шапки, покрылись снежной бахромой от его дыхания. Он запрокинул голову, перебарывая дрожь, и слепо глядел в темноту, из которой на лицо падали серые, как пепел, снежинки.

Мило казалось, что кто-то украдкой за ним наблюдает. Возможно, ему бы этого хотелось: чтобы кто-то стал свидетелем его горького одиночества. Тогда этот незримый свидетель мог бы разделить с ним тоску, и от этого стало бы немного легче.

Вдруг дверь одного из домов в тёмном проулке слева с грохотом распахнулась, и тяжёлые шаги заставили дряхлое крыльцо жалобно заскрипеть.

— Ты всё запомнил? — отчётливо спросил один из мужчин. — Отправишь деньги вот сюда, понял? — и он ткнул пальцем в бумажку, которую держал второй.

Оба были в тёмной мешковатой одежде. Света в том месте не было, так что Мило не мог разглядеть лиц.

— Я не перепутаю, — грубо ответил второй и дёрнул бумажку из рук к себе.

— Главное, как можно осторожнее. Чтобы никаких свидетелей, иначе хозяин утопит нас в реке. Делай всё шито-крыто, — наставлял незнакомец хриплым голосом.

Мило не нравились эти люди. Даже по голосам можно было понять, что это не продавцы из хлебной лавки. Он был уверен, что увидел то, что не следовало, а ещё с ними опасно было связываться. Поэтому он замер и не дышал, лишь бы его не заметили. Но тот, кто меньше говорил, повернул голову и уставился прямо на Мило, стоявшего у фонаря.

— Эй, а ты ещё что тут делаешь?! — гаркнул он, вытянул к Мило руку, словно собирался вцепиться ему в глотку прямо с того места, где стоял.

Мило вздрогнул. По спине поползли мурашки, но не от холода. Надо было делать ноги, но они-то и решили его не послушаться. Вмёрзли в ледяную корку то ли от холода, то ли от паразизующего страха.

— Он всё слышал? — спросил барыга, который давал указания.

— Да крампус тебя возьми! Вот тебе и никаких свидетелей! — с рыком завопил второй в ответ.

— Зачем ты это сказал? "Крампус тебя возьми"? — они в недоумении посмотрели друг на друга, как будто забыв про Мило.

— Я так сказал? Ума не приложу зачем...

— Хватит болтать! Держи его!!

И тут у Мило наконец прошёл ступор. Ему никак не улыбалось быть утопленным в реке, даже не смотря на то, что пару минут назад он был согласен замёрзнуть в сугробе. Испустив истошный девчачий визг, парень вскинул руки, чтобы оттолкнуться, и, оскальзываясь, побежал в противоположную от барыг сторону. А те, приглушённо чертыхаясь, ринулись за ним.

В панике Мило не мог рассчитать вероятностей, куда побегут преследователи, если решат разделиться. Да и район был ему не знаком. Но всё же бежать по прямой было слишком не круто. Мило затормозил, чуть не уехав в чужую изгородь на гладком, как лёд, снегу, и, отчаянно размахивая руками для равновесия, юркнул вправо в узкую улочку.

К сожалению, шапка, модно надетая только на самую макушку, не выдержала этого финта, предательски соскользнула и полетела вниз. Но сейчас, кроме неё, было о чём поволноваться.

Через несколько скачков по сугробам Мило снова повернул за угол. Он не слышал сзади шагов, поэтому думал, что барыги его потеряли. И тут на полном ходу парень впечатался в чью-то огромную грудь. Мохнатая лапа прижала его так плотно, что он и пискнуть не мог.

"Мне конец", — обречённо подумал Мило и зажмурился.

2

Инспектор Тэро Виртанен еле волочил ноги, выйдя из бара. Он напился в первый же вечер после своего прибытия в участок, потому что не мог вынести осознания, что оказался в такой угрюмой заднице.

Да, раньше он работал тоже со старпёрами, но рядом был большой город, и штат полицейского участка всё же превышал три человека. Тогда Тэро ежедневно мысленно стонал от несправедливости, что судьба загнала его работать в глушь, но ему хотя бы казалось, что хуже не будет. Выходит, ошибался. Хуже стало: его сократили, потому что дедам оставалось немного до законной пенсии, а он молодой, побегает и найдёт работу.

Впрочем ему сразу предложили вместо сокращения перевод, на который он по глупости согласился. И теперь ему придётся работать не с десятком, а всего с двумя предпенсионерами — долговязым стариком Кнутом и его напарницей Сигрид. Кнут был по совместительству старшим инспектором и мог командовать теперь ещё и Тэро. А Сигрид, поскольку была женщиной, занималась делами несовершеннолетних.

Раз в этом богом забытом месте даже тех двоих хватало с лихвой, для Тэро работы не было. Следовательно с завтрашнего дня ему предстояло перебирать архивы. С количеством преступлений, стремящимся к нулю, он, пожалуй, задержится здесь. Навсегда! Потому что оценить его полезность будет нереально.

— Кто вообще даёт человеку с фамилией Виртанен имя Тэро*? — сквозь пьяную слезу бормотал он, медленно продвигаясь вперёд. — Я вам что шутка какая-то?! У меня же просто нет шансов!

Снег густо падал большими пушистыми хлопьями, заслоняя неосвещённую улицу. Остальное расплывалось перед глазами от разочарования, растекавшегося по щекам и там же замерзавшего. Тэро остановился и задался вопросом, где он, чёрт побери, находился. Телефон разрядился еще в баре, так что оставалось ориентироваться по памяти, но ночью всё выглядело иначе. Крошечный городишко внезапно оказался больше, чем до трёх банок пива. Откуда ни возьмись перед ним нарисовался целый лабиринт тёмных неприветливых улочек, напомнивших ему сейчас кадры древнего ужастика. Тэро поёжился. Похоже, чтобы добраться до отеля, ему придётся познакомиться со всеми задворками прямо в эту ночь.

Всё ещё уверенный, что тут всего-то три улицы, Тэро двинулся вперёд, ожидая, что следующий поворот выведет его куда надо. Он свернул налево, потом направо, но так никуда и не вышел. Словно заколдованный, инспектор продолжал блуждать и не находил дороги.

- Эй! - крикнул он, заметив в паре кварталов стоящего под фонарём мальчишку.

Однако в этот момент из дома вышло два человека. Тэро ускорил шаг, всего на секунду заслонив рукой глаза от снега и ветра, но когда снова посмотрел вперёд, мальчишка резко бросился в сторону, а двое мужчин за ним.

— Проклятье... — пробормотал Тэро, покачнувшись, поскольку выглядела ситуация не очень: с одной стороны, теперь он снова остался один и никто не подскажет дорогу, с другой, вероятно, погоня за подростком могла кончиться нехорошо и лучше было сообщить местной полиции. — Я ж местная полиция!! — наконец сообразил Тэро и с грацией быка на льду бросился наперерез в параллельную улочку.

От быстрого бега инспектора начало мутить. Видимо, желудок не хотел дружиться со здешним алкоголем так же, как хозяин с городком. Остановившись, он услышал чьё-то заполошное всхлипывающее дыхание. Действительно через секунду из-за угла в двух домах от Тэро показалась фигура паренька с растрепавшимися и запорошенными снегом тёмными волосами. Тэро из последних сил на полусогнутых побежал ему навстречу, но вдруг перед ним вырос какой-то жуткий лик. Мохнатая рогатая морда со свирепо распахнутой пастью. Тэро обмер, а в следующую секунду его сложило пополам и вывернуло.

Он слышал приглушённый возглас мальчишки, тяжёлые, будто булыжники ворочали, шаги по хрустящему насту, а затем всё стихло. Прошло ещё пару минут, пока спазм отпустил его, и инспектор с трудом поднялся на дрожащих ногах, отирая рот пригоршней снега. Внутри ощущалась такая пустота, будто он выплюнул всё вместе с внутренностями и стал полым, как глиняный кувшин. Руки и ноги дрожали от слабости, опьянения и испуга. А вокруг уже никого не было.

— Эй! Весёлая ночка? — произнёс насмешливый голос за спиной.

Инспектор вздрогнул и обернулся. Тот, чей заснеженный газон он облевал мгновение назад, стоял на крыльце, скрестив руки на мощной груди. Мужчина был огромен, и Тэро заморгал, пытаясь понять, не это ли то самое чудище, которое ему привиделось.

— Д-да, вроде того... — пробормотал он. — А вы ничего не видели?

— Я прекрасно все видел! — воскликнул обладатель пугающе мощного тела. — Тебя стошнило аккурат на мои грядки. Я там летом огурцы выращиваю вообще-то.

— Да нет, я не об этом... Простите за огурцы... Тут был какой-то зверь...

— Зверь? — хохотнул мужчина.

— Чудовище... Чудовищно огромный, — поправил себя Тэро, представив, как сумасбродно звучали его слова.

— Допился до чёртиков? — рассмеялся хозяин дома и спустился вниз, подойдя поближе к потерявшему достоинство и здравый ум инспектору. — Идём, приведёшь себя в порядок.

— А мальчика? Кажется, за ним гнались... — Тэро ещё раз взглянул в непроглядную ночь, где теперь лишь кружились снежинки и завывал ветер.

Незнакомец подошёл вплотную, и Тэро увидел мощную квадратную челюсть, с аккуратной рыжей порослью, точно высеченный из камня нос и маленькие круглые очки , из-за стёкол которых на него смотрели живые насмешливые серые глаза. Огромная ручища сжала его ладонь.

— Никлас Халас, — представился он.

— Тэро Вартинен...

— Бывает, Тэро, — Никлас сгрёб инспектора и затолкал в дом, не замечая его безуспешного сопротивления.

— Послушай, Никлас, там мальчик...

— Какой мальчик в такой час будет бегать по тёмным улицам? Я тут всех знаю. Мальчиков ни у кого нет. Он тебе точно не привиделся?

Тэро в последний раз глянул на безлюдную улицу, заметаемую снегом, и за ним захлопнулась дверь.

*Тэро — страж, защитник

*Виртанен — маленький ручей

3

Конечно, порядочный человек не станет безрассудно напиваться в первый же день в незнакомом городе. Иначе он точно не сможет вовремя прийти на работу, где ещё ничем хорошим выделиться не успел. Встав на скользкую дорожку опьянения, не мудрено заблудиться, попасть в переделку и, боже упаси, найти ночлег в доме случайного человека. Ведь в таком случае, не будешь знать, кому доверился и в чьих руках оказался. Так недолго до полной утери контроля над своей жизнью! Человек, у которого нет твёрдого стержня, даже не замечает, в какой момент началось его падение, с какого решения жизнь пошла под откос и силы зла захватили её. Так что инспектор Виртанен...

Инспектор Виртанен подорвался с кровати, разбуженный ярким лучом солнца, посветившим прямо ему в глаза. Первым, что он увидел, была скользнувшая в окне тень и его собственное всклокоченное отражение в стекле. Светлые волосы буквально торчали в разные стороны, и он тут же принялся их приглаживать, чтобы на голове меньше топорщилось. Его уши с детства были приляпаны к голове под прямым углом, как два вареника, словно кто-то оттянул их ещё до рождения. А с возрастом и нос стал заметно выдаваться. Как Тэро ни утешал себя, что длина носа пропорциональна размеру того, что в штанах, а всё-таки отпустил небольшую бородку и усы для зрительной компенсации.

Вторым, что увидел инспектор, был Никлас Халас, стоявший в дверях комнаты с кружкой кофе в одной руке. Он как раз убирал в карман брюк маленькое зеркало, вероятно, то самое, которым и разбудил Тэро. Контраст его невероятно огромного, пыщущего бодростью и здоровьем тела с потрёпанной внешностью самого Виртанена был слишком резким. У Тэро моментально испортилось настроение, и он мысленно проворчал: "Что за гора мышц! Тут и спортзала приличного нет!"

Никлас действительно был до пугающего велик. Футболка с воротом на маленьких пуговках с трудом охватывала бугры его мускулов. Он весь, как подметил ещё вчера Виртанен, напоминал каменный утёс, крепкий и могучий.

Тэро не мог заставить себя перестать пялиться, потому что зависть и восхищение мешались в нём с суеверным страхом.

— Спишь, как младенец, — взгляд Никласа был хитрым и довольным. — Как зад? Не болит?

Тэро задохнулся, потому что мгновенно в красках представил, как этот здоровенный мужик пялил его всю ночь и на столе, и на кровати, и у окна. Тараща глаза, он медленно и осторожно приподнялся. Зад и поясница действительно сразу отреагировали на движение, и Тэро застонал от боли. Футболки или рубашки на инспекторе не было, и он с ужасом отдёрнул одеяло. Что ж, хоть трусы были на месте.

— Ты вчера упал на копчик в ванной, пока я стаскивал с тебя облёванную одежду, — как ни в чём не бывало добавил Никлас, прихлёбывая из чашки. — Пришлось с тобой повозиться, — хмыкнул он и слишком двусмысленно уставился на Виртанена из-под очков с маленькими круглыми стёклами, будто пожирал его глазами.

— Э... Спасибо, — чувствуя себя крайне неуютно, произнёс Тэро и под облизывающим его взглядом слез с кровати.

Хотя его фантазия о разнузданном сексе в нетрезвом состоянии с незнакомым громилой не подтвердилась, осадок от пережитого за эти миллисекунды стресса остался.

Одежда, судя по всему, выстиранная и высушенная, аккуратной стопкой покоилась на стуле. Но внимание Тэро приковал к себе стол. Содержимое всех его карманов было выложено на нём в маниакально-идеальном порядке.

Виртанен метнул взгляд на Никласа. Тот стоял с довольной рожей и наслаждался смятением и беспокойством инспектора. Тэро мысленно надавал себе пощёчин за то, что напился вчера без памяти и позволил какому-то громиле себя раздевать и рыться в своих вещах.

Охая и хромая, он принялся натягивать одежду, чтобы быстрее убраться из этого места, тем более, что он, скорее всего, бессовестно проспал первый день в участке. И вдруг его словно рассекло на две ровные вертикальные половины воспоминание о мальчике, резвой тенью бросившемся на утёк от двух мужчин, и жуткой клыкастой пасти чудища, утащившего его с собой.

— Тот парнишка, — в ужасе прошептал инспектор.

Прошло уже столько времени. Если мальца похитили, жив ли он до сих пор?! Что если этот Халас в сговоре с похитителями и специально задерживает его?!

— О, ты снова об этом! Уверен, что тебе не показалось спьяну? — насмешливо спросил Никлас, наблюдая, как Тэро застёгивает рубашку. — По-моему, ты был не в себе, инспектор! Бесплатный совет: не стоит рассказывать об этом в участке. Не думаю, что Кнут и Сигрид оценят.

Тэро плотно сомкнул губы, как он делал в моменты решимости. Это был его шанс! Он раскроет преступление, докажет, что полезен, и тогда у него будет причина для перевода в город побольше!

Заявление Халаса удивило инспектора. Значит Никлас хорошо знал Кнута... Если гипотеза Тэро верна, и Никлас умышленно старается отвести его подозрения, то и Кнут мог оказаться сообщником целой банды!

— Мне надо идти, — буркнул Виртанен.

— Ну иди... — со странной интонацией, в которой чувствовалось разочарование, ответил Никлас. — Хотя... — протянул он, и в этот момент взгляд Тэро упал на стену, где висело несколько топоров и ножей с разными замысловатыми лезвиями.

Один из топоров был совсем старым, весь в жутких бурых пятнах. Кто знал, что это были за следы. Да и вообще зачем хранить в доме столько опасных предметов? Тэро сглотнул, непроизвольно сделав шаг назад, и перевёл тревожный взгляд на Никласа. Тот уже отставил чашку в сторону и вертел в руках необычной формы тесак или даже меч с резной деревянной рукояткой. Он поднял глаза от острого лезвия и задумчиво посмотрел на Виртанена.

— Я собирался тебе предложить позавтракать... — медленно произнёс Никлас и выжидательно уставился на Тэро.

Инспектор покрылся испариной и нервно сглотнул. Сложно было вести диалог с человеком такой угнетающей комплекции, да ещё с холодным оружием в руках. Как трактовать его слова? Как угрозу?

— Я должен быть участке, — пролепетал Виртанен. — Инспектор Кнут ждёт меня... Он начнёт искать меня...

— Понял, понял, — Николас вздохнул и отставил меч к стене. — Тогда ты должен мне завтрак. Только не откладывай это в долгий ящик...

Тэро напряжённо кивнул. Что ещё за "должен"? Он теперь на крючке у местной мафии?

— Так... Я пойду, — полувопросительно сказал он, бочком продвигаясь к двери и не особо веря, что сможет отсюда сбежать.

— Мне открыть её для тебя? — снова усмехнулся Никлас. — Ты, видимо, мечтал попасть в наш чудесный городишко и скорее начать работать в участке.

Проигнорировав подкол, Тэро метнулся к двери, пока Халас не передумал его выпускать. Но на пороге затормозил и обернулся.

— Тут есть камеры наблюдения? — спросил он.

Никлас задумчиво почесал заросший подбородок.

— Наверное, только в баре, где ты вчера пил, и в супермаркете в паре домов отсюда, — сказал он.

Тэро кивнул и вдруг снова замер, поражённый ужасной догадкой.

— Но... Я ведь не говорил тебе, где вчера пил... — он испытующе посмотрел на Никласа, пока в голове стучали подозрения в слежке.

— А что тут говорить? У нас только один круглосуточный бар, откуда ты мог идти в такое время, — пожал мощными плечами Халас и вышел вслед за Тэро на улицу, даже куртку не накинув.

Инспектор Виртанен скатился вниз с крыльца, ослеплённый ярким утром, и почти снёс толкущегося перед домом старика. Глоток морозного воздуха принёс ощущение свободы, будто Тэро три года сидел в неволе.

— Осторожно! Смотри под ноги! — взвизгнул старик.

— Что ты здесь ошиваешься, Ковач?! — прикрикнул Никлас.

— Развратник! Опять всю ночь кувыркался с первым встречным?! — погрозил ему старик.

— Не с тобой же мне сидеть-в-поздорную-трубу-глядеть , — передразнил Никлас и захлопнул дверь.

Но Тэро уже было всё равно, о чём они говорили. Он уносил ноги.

Конец ознакомительного отрывка