Краля на каблуках надела на партнера ремень и подставила щель под его язык
![](/file/9d386f1f6c0bd6fa62910.gif)
💣 👉🏻👉🏻👉🏻 ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ДОСТУПНА ЗДЕСЬ ЖМИТЕ 👈🏻👈🏻👈🏻
Краля на каблуках надела на партнера ремень и подставила щель под его язык
Сайт с возрастным ограничением 18+. Незамедлительно покиньте
сайт labporno.net, если вам нет полных восемнадцати лет, или законы вашей страны проживания
(пребывания) запрещают просмотр материалов порнографического характера.
Сайт с возрастным ограничением 18+. Незамедлительно покиньте
сайт labporno.net, если вам нет полных восемнадцати лет, или законы вашей страны проживания
(пребывания) запрещают просмотр материалов порнографического характера.
Сайт с возрастным ограничением 18+. Незамедлительно покиньте
сайт labporno.net, если вам нет полных восемнадцати лет, или законы вашей страны проживания
(пребывания) запрещают просмотр материалов порнографического характера.
Молодой парень трется лицом о силиконовые дойки 40-летней негритянки и делает ей куни за спиной у друга, а затем шпилит мамку в щель.
Видео добавлено:
1 год назад
Длительность:
7 минуты, 58 секунды
Развалины средневекового замка издавна славились невероятными легендами. Неоднократно городские власти принимали решение снести их, но всякий раз эта затея срывалась по самым разнообразным причинам. То внезапно ощущалась нехватка средств, то отказывали в предоставлении необходимой техники. В конце концов, на груду камней просто махнули рукой.
Была и еще одна странность, которой никто не мог найти объяснения. Подвалы старой цитадели никогда не становились пристанищем бомжей. Словно какая-то неведомая сила гнала их оттуда, наводя ужас. Поговаривали даже, что в этих катакомбах погибло немало любопытных.
Последний градоначальник, человек энергичный и решительный, на одном из совещаний вновь поднял вопрос о руинах, но его слова вызвали лишь скептические ухмылки. Тогда он вызвал к себе командира саперной роты, базировавшейся в городе, и они весь вечер разрабатывали план взрыва. Утром солдаты затащили в подвалы взрывчатку, протянули шнуры и оцепили район.
Весь город вышел посмотреть на то, как эта махина взлетит на воздух. Прозвучала команда, раздался предупредительный сигнал и... Ничего. Только земля содрогнулась от непонятного толчка, а стены замка остались стоять невредимыми. Несколько раз подрывники проверяли своё хозяйство, снова и снова активировали взрыватели, но замок продолжал стоять. Даже старая облицовка не осыпалась со стен.
— Заколдованное место, — твердили старики.
— Умели раньше строить, — с сожалением вздыхали люди помоложе.
В течение трех дней предпринимались попытки сноса, но результат был один и тот же. Замок продолжал стоять. Только его стены почему-то приобрели странный темный оттенок, будто почернели от гнева. А вскоре случилось несчастье: внезапно умер глава городской администрации, а вслед за ним и командир саперов.
С тех пор никто не отваживался поднимать руку на древние камни. Холм, на котором стояла цитадель, обнесли высоким забором, на котором повесили плакат с весьма неоднозначным предупреждением. Но и без этого транспаранта желающих пощекотать нервы не находилось.
Алиса вышла из дверей школы и с облегчением выдохнула. Еще один учебный год позади. Впереди три месяца каникул. Девушка улыбнулась этой приятной мысли и вприпрыжку побежала по узкой улочке, размахивая сумкой с учебниками.
Еще в начале весны родители уехали в очередную экспедицию на Урал, и теперь Алиса наслаждалась свободой. Ей до смерти надоели бесконечные разглагольствования отца о пользе и вреде минералов, многочасовые споры с такими же одержимыми своей работой коллегами, которые почему-то собирались именно у них в доме.
— Пусть теперь спорят до посинения, сидя у костра где-нибудь у горных склонов, — девушка не скрывала своей радости по поводу отъезда родителей.
— Ты даже не будешь скучать? — задала провокационный вопрос мать.
— Ну, буду, конечно, — Алиса уклонилась от материнских объятий, — Но мне будет некогда. Ты же знаешь: конец года, летом нужно хорошо отдохнуть перед выпускным классом. Я же хочу в институт поступить. Много придется заниматься.
— Что ты к человеку пристала? — вмешался отец, — Наша дочь уже выросла и четко знает, чего хочет.
Алиса остановилась и огляделась кругом. Можно было идти по улице, но был и другой путь — через пустырь мимо замковой горы. Девушка хмыкнула и свернула в маленький проулок, вскоре выведший её на огромную площадку, заваленную разным хламом. Вдали в легкой дымке проступал холм, на макушке которого чернели стены цитадели.
Она решительным шагом направилась по узкой тропинке, старательно обходя огромные груды камней, развороченных взрывами. Страха девушка не испытывала, но ощутила легкое беспокойство.
— Что это со мной? — с усмешкой подумала она, — Неужели, на меня так действует замок?
— Стоять! — внезапно из-за кучи мусора выскочил парень в расшитой павлинами рубахе и изрядно потертых джинсах.
— Вадик, ты, что ли? — Алиса от неожиданности остановилась, как вкопанная.
Вадик был её одноклассником и одним из тех оболтусов, от которых выла вся округа. Но учителя и директор терпели все эти выходки только потому, что его папаша иногда «отстегивал» кругленькие суммы, тем самым обеспечивая своему отпрыску сладкую жизнь и приличный аттестат. Усвоив с ранних лет, что ему всё дозволено, Вадик постепенно превратился в отъявленного бандита. Подобрав дружков по образу и подобию своему, парень целыми днями слонялся по району в поисках приключений.
В другие районы города он соваться не решался. Там были свои «короли», и можно было запросто лишиться зубов. Но в своей округе он наводил на жителей панический ужас. С развитием частного предпринимательства Вадик тоже занялся бизнесом — отбирал деньги у малолеток, обкладывал данью ребят постарше. Если кто-то осмеливался возражать или сопротивляться, расправа не заставляла себя ждать.
По всему району рыскали его ищейки, вынюхивая новости, которые могли бы заинтересовать их главаря. Кто-то открыл палатку, кто-то занялся ремонтом. Тут же к сыну или дочери предпринимателя подкатывались «представители благотворительного фонда», как сами себя называли хулиганы, и в общедоступной форме объясняли «клиенту» сколько и когда он должен платить.
Все попытки остановить этих негодяев оканчивались неудачами. Ведь лучшим другом отца Вадика был участковый инспектор, уже по уши погрязший в лихоимстве и беззаконии.
Вадик был, как всегда, не один. Из укрытия вышли его верные дружки. Криво улыбаясь и ощупывая девушку липкими взглядами, они перекидывались сальными шуточками.
— Чего привязался? — сдавленным от подступившего страха голосом спросила Алиса.
— Ты будешь моей тёлкой, — нагло улыбаясь, заявил Вадик.
— Это как? — не поняла девушка.
— Не понимает, — заржали дружки.
— Придется объяснить, — игривым тоном воскликнул главарь, — Теперь твоё тело будет принадлежать мне. Вон, сиськи отрастила. И жопа симпотная. Сама в руки просится. И на морду ничего. А остальное потом поймешь, если ты не дура окончательная. Теперь въехала, сучка?
— Да пошел ты, — Алиса сделала шаг в сторону, чтобы обойти преградившего ей путь хулигана.
— Куда? — рявкнул Вадик, — Эй, парни! Тащите её в замок.
Сильные руки вцепились в плечи, и Алису поволокли к холму. Девушка сопротивлялась, как могла, но силы были неравные. Наконец, тело её обмякло, глаза закатились, и насильники смогли беспрепятственно тащить свою жертву. Вадик шел немного позади, радуясь своей очередной победе, и обдумывал, как он будет развлекаться с девушкой.
Заскрипела тяжелая железная дверь, и парни втащили Алису в просторное помещение со сводчатым потолком. Вадик запалил факел и вставил его в упор, врезанный в стену. Оглядев подвал хозяйским взглядом, он бросил через плечо:
— Пока девка в отключке, разденьте её и привяжите к кровати. И рот ей заткните, чтобы не начала вопить, когда очухается.
Алиса открыла глаза. Факел, вставленный в держатель, закрепленный на одной из колон, поддерживавших тяжелый конусообразный потолок, слабо освещал помещение, похожее на старый каземат. Каменные блоки, из которых были сложены стены, пестрели плесенью самых невероятных цветов и оттенков. Воздух был сырым и холодным, и девушка невольно поёжилась.
Попытавшись пошевелиться, она вдруг обнаружила, что не может этого сделать. Руки были заведены за голову и крепко привязаны к спинке топчана, на котором она лежала. Ноги, разведенные в стороны, тоже были привязаны за лодыжки к углам лежанки. Горло стягивал тугой кожаный ошейник, так же привязанный к лежаку. Девушка почувствовала во рту неприятный горьковатый привкус. Она попробовала сплюнуть и к своему ужасу поняла, что рот заткнут тряпичным кляпом и заклеен несколькими слоями плотной ленты.
Алиса приподняла голову, насколько позволяла привязь ошейника, и оторопела. Она лежала на грубо сколоченной кровати совершенно голая и беспомощная. Она даже не могла позвать на помощь,...
Сколько прошло времени, Алиса не знала, но чувствовала, что она здесь уже давно. Спина от неподвижного лежания на жестком матрасе начала ныть, ноги и руки закоченели. Рот наполнился неприятной вязкой слюной, которую приходилось глотать, чтобы не захлебнуться. Тряпичная затычка затвердела и разбухла, прижав язык к нёбу.
Девушка пошевелила кистями рук, ощутив несокрушимость пут, и вдруг поймала себя на странной и неожиданной мысли, что ей нравится быть связанной и беспомощной, находиться во власти другого человека, подчиняться ему, терпеть унижения. От этой мысли Алисе стало так хорошо, что она перестала обращать внимание на неприятный привкус во рту, затекшую и противно нывшую спину.
По всему телу начала медленно растекаться приятная теплота, которая постепенно спускалась к низу живота. Глаза заволокла молочная пелена, дыхание участилось. Сердце забилось с такой частотой, что готово было выпрыгнуть из груди.
— Что со мной происходит? — спрашивала сама себя Алиса и не находила ответа.
Возбуждение нарастало. Появился приятный зуд в промежности, и девушка ощутила, как набухают половые губы. Клитор, увеличившись в размерах, высвободился из-под мягкого капюшона и заныл, вызывая новую волну истомы, которая поползла к уплотнившимся грудям. Соски затвердели и, став чувствительными на столько, что улавливали малейшее движение воздуха, призывно подняли головки.
И волна сильнейшего оргазма накрыла Алису с головой, бросив её в кипяток, обдала жаром всё тело, мгновенно покрывшееся мелкими капельками пота. Перед глазами заплясали какие-то тени, многократно изменяя свои формы. Девушка закрыла глаза и протяжно застонала. А в её возбужденном сознании уже рисовались диковинные картины из другого, неизвестного ей мира.
Она вдруг отчетливо увидела саму себя, полностью обнаженной, стоящей у столба со скованными руками, заведенными за спину, тяжелыми кандалами на лодыжках и непременным железным ошейником, сжимавшим её тонкую шею. Она извивалась и стонала, а по её телу «гуляла» тяжелая плеть, оставляя на коже узкие кровавые рубцы.
— Очухалась? — голос Вадика вырвал её из мира грёз.
Алиса распахнула глаза и непонимающим взглядом уставилась на своего мучителя. Парень похлопал девушку по щеке и тихо захихикал. Потом схватил её за волосы и подтянул вверх.
— Вот что я тебе скажу, — тихо начал он, — Садиться из-за тебя мне совсем не хочется. Так что насиловать я тебя не стану. Ты сама придешь ко мне и будешь выполнять все мои желания. А сейчас я тебя развяжу, и ты уйдешь домой. И только попробуй проболтаться кому-нибудь.
Он достал из кармана брюк складной нож и перерезал веревку на руках. Потом быстро развернулся и ушел, предоставив возможность Алисе самой заняться собственным освобождением.
Девушка еще несколько минут лежала, боясь пошевелиться. Потом осторожно сняла ленту со рта и вытащила кляп. Нащупав застежку, она освободилась от ошейника и села. В подвале было темно и тихо. Не было слышно даже шума ветра и морского прибоя, хотя, замок стоял совсем близко от берега.
Развязав ноги, Алиса поискала глазами одежду. Её юбка и блуза лежали в углу на старом ящике. Босоножки стояли рядом. Не было только лифчика и трусиков. Видимо, насильники разорвали их, снимая с девушки, а потом просто выбросили. Колготок тоже не было, но Алиса не расстроилась. Одевшись и кое-как причесав пальцами свои растрепанные волосы, она поспешила к выходу, но вдруг остановилась, опасливо оглядываясь по сторонам. Потом быстро вернулась и сунула в сумку ошейник, отцепив его от привязи.
Домой девушка пробиралась крадучись, как вор, то и дело оглядываясь назад, хотя была почти уверена, что за ней никто не следит. Прошмыгнув мимо сидевших на скамейке возле подъезда неизменных бабок, Алиса поднялась на свой этаж и юркнула в квартиру. Свет зажигать она не стала и сразу же закрылась в своей комнате, как в детстве, боясь наказания отца за какую-нибудь шалость.
Первый день каникул выдался холодным и дождливым. Еще до наступления рассвета небо озарялось грозовыми всполохами, а потом разразилась настоящая буря с порывистым ветром и настоящим ливнем, сопровождаемым яркими грозовыми вспышками и громкими громовыми раскатами, от которых дрожали стекла. В такую погоду совсем не хотелось вылезать из постели, но Алиса заставила себя подняться и умыться.
Её голова кружилась, как после крепкой пьянки. Во всём теле чувствовалась сильная усталость. Всю ночь девушке снились кошмары, которые она, однако, не смогла бы сейчас припомнить даже приблизительно. Посмотрев в зеркало, она содрогнулась, не узнав своё отражение. Глаза ввалились, щеки побелели, словно были измазаны мелом, волосы упрямо торчали в разные стороны, не взирая на все старания.
— Приму ванну — всё пройдет, — решила Алиса.
Лежа в теплой воде, она действительно почувствовала некоторое облегчение. Её ладонь скользнула по груди. Прикосновение к соску отозвалось легкой истомой. Девушка закрыла глаза и стала массировать уплотнившуюся бусину. Приятная теплота разлилась по всему телу, бедра сами собой разошлись в стороны, открывая доступ к промежности, уже трепетавшей в ожидании ласк.
Девушка издала долгий протяжный стон и накрыла горевшую огнем непреодолимого желания раскрывшуюся раковину. Мягкие волоски, росшие на лобке, переплели пальцы, и Алиса не отказала себе в удовольствии сначала поиграть мягкой шерсткой. Перебирая её пальцами, она чувствовала каждый волосок, отзывавшийся на прикосновение легким покалыванием, распалявшим молодую девственную плоть, которая, словно сковородка, раскалялась всё сильнее, пока не превратилась в чувствительное пятно, истекавшее желанием.
Алиса осторожно погладила пальчиками ставшие чуткими к любому прикосновению половые губки и, не удержавшись от соблазна, погрузила средний палец в пылавшую зноем вожделения пещерку. Большим пальцем она начала неистово тереть вынырнувший из укрытия бугорок наслаждения. Её глаза уже смутно различали очертания помещения, сознание постепенно отключалось от реальности, дыхание участилось и стало даже хриплым.
Вторая рука в это время ласкала уплотнившуюся грудь. Алисе даже показалось, что её и без того развитое полушарие увеличилось в размере, а сосок, ставший твердым, от нарастающего внутреннего напряжения готов был лопнуть, как мыльный пузырь. Тело начало содрогаться от приближающейся долгожданной развязки. Движения рук участились, и теперь пальцы, ласкавшие норку, задвигались, как поршни, а низ живота сам собой, словно оживший, задвигался навстречу руке, всё сильнее прижимаясь к ней.
И вновь Алиса испытала сильнейший оргазм, и ей даже в какой-то миг показалось, что вода вокруг неё сейчас закипит. Долгий тягучий стон вырвался из её приоткрытого рта, многократно усилившись покрытыми кафельной плиткой стенами ванной комнаты. Но девушка уже не слышала собственного голоса. Закрыв глаза, она летала в пушистых пенных облаках нирваны, раскинув в стороны руки и наслаждаясь лёгкостью и гибкостью своего тела.
Сознание постепенно возвращалось, Все мышцы обмякли, и Алиса еще долго лежала в ванне, не шевелясь. Такого наслаждения она еще в своей жизни ни разу не испытывала. Начинал чувствоваться холодок, вызванный остывшей водой. Наскоро ополоснувшись, девушка накинула на еще влажное тело коротенький махровый халатик и, немного покачиваясь, вышла из ванны.
Она приготовила себе завтрак, сварила кофе и теперь с аппетитом ела, косясь в окно, где всё еще шумел дождь. Торопиться было некуда, но и на улицу выходить не хотелось. Алиса вымыла посуду и решила проверить почтовый ящик. Вдруг пришло письмо от родителей! Открыв узкую дверцу, она обнаружила конверт из плотной желтоватой бумаги, на котором вместо адреса жирными буквами было написано всего одно слово «АЛИСЕ» .
— От кого это? — девушка ... повертела в руках неожиданное послание.
Забравшись с ногами на диван, Алиса вскрыла конверт и увидела вложенный в него диск и сложенный вдвое листок бумаги, на котором было напечатано всего несколько слов:
Несколько минут она сидела на диване, подтянув колени к подбородку. Но любопытство взяло верх, и девушка вставила диск в свой компьютер. На экране замелькали чьи-то лица, послышались невнятные голоса. Потом неожиданно всё смолкло, и камера, немного попрыгав, утвердилась на нужном ракурсе.
Вглядевшись в экран, Алиса увидела тот самый подвал старого замка и себя, обнаженную и привязанную к кушетке.
— Вот сука! — выругалась девушка и хотела уже выключить компьютер, — Придурок! Теперь он не отвяжется.
Но какая-то неведомая сила удерживала её от этого, и Алиса, откинувшись на спинку стула, продолжила просмотр. Пока девушка на экране лежала неподвижно, она не испытывала никаких эмоций. Но как только та зашевелилась и застонала, Алиса почувствовала сильный жар. Невольно она подалась к экрану и буквально приникла к нему. На лбу выступили капельки пота, засосало под ложечкой, а промежность моментально увлажнилась начала хлюпать.
По мере того, как пленница в подвале извивалась и стонала всё больше, Алиса чувствовала, как возбуждается. Вскоре она уже не могла владеть собой. Ноги разъехались в стороны, её руки, раскинув полы халатика, устремились к набухшим губкам, грудь заныла, а вокруг сосков появился легкий зуд, который усиливался с каждым мгновением. И вскоре Алиса уже неистово ласкала своё тело под аккомпанемент стонов своего изображения на экране.
Она кончила одновременно с окончанием фильма. Мокрая от пота, она вытащила пальцы из своей норки и рассеяно посмотрела на них. Вязкая густая смазка стекала с кончиков пальцев на обнаженные бедра, а на сидении образовалась большая темная лужа. Всё тело колотило, как в ознобе, но сил двигаться у девушки не было, и она, тяжело дыша, оставалась сидеть, даже не пытаясь пошевелиться.
Из оцепенения её вывел неожиданно прозвеневший телефон.
— Как фильмец? — в трубке раздался насмешливый голос Вадика.
— Ты сука! — срывающимся голосом ответила Алиса.
— Ну-ну, увянь, соска, — голос парня стал жестким, — Я пока этот шедевр оставлю у себя. Если будешь хорошей девочкой, я отдам его тебе и больше не вспомню. Будешь ерепениться — вся школа, включая директора, увидит этот ролик. Поняла, кошелка?
— Чего ты хочешь? — задыхаясь от негодования и бессилия, воскликнула девушка.
— Я подумаю, — усмехнулся Вадик, — А ты будь готова. А пока я тебе еще письмецо сварганил. Уже лежит в ящике. Чао, крошка!
Тяжело дыша, Алиса поднялась со стула. Пот лил с неё градом, между ногами противно чавкало, но она всё же спустилась на лестничный пролет и достала оттуда очередной конверт, который был значительно больше и толще своего предшественника. Взвесив его на ладони, девушка криво ухмыльнулась и, услышав чьи-то шаги, быстро юркнула в свою квартиру.
Негнущимися пальцами она вскрыла конверт. Там лежала пачка отпечатанных на принтере фотографий и письмо следующего содержания:
Наблюдая за тобой в том подвале, я кое-что про тебя понял. Когда ты корчилась на лежанке, к которой
Оттрахал и после залил сперму на лицо Винус Афродита
Страстная ебля мужиков с горячими сучками порно фото бесплатно
Русская жена в чулках потрахалась с изголодавшимся мужем