Короткие мысли - июль

Я внезапно открыл для себя явление чаттеров: людей, которые ведут диалоги с подписчиками, в основном, на OnlyFans.

Надо сказать, открытие это меня ошеломило — в основном в разрезе того, что о нем все знают и тем не менее продолжают платить деньги, чтобы пообщаться с анонимным бурятом, выдающим себя за аутентичную пизду. Это сюрреалистично. Я еще могу понять, хотя и с трудом, оплату онлайн-общения с самой пиздой. Но общаться с бурятом, которого проинструктировал менеджер, который получил гайдлайны от пизды — это какой-то кошмар. Пизда, гомеопатически разведенная мясом в третьей степени — и тем не менее, все еще стоит денег!

При этом люди продолжают испытывать скепсис в отношении сур, которые являются точно таким же разведением, но всего лишь второй степени и не в мясе, а в кремнии — берем логи пизды, загружаем их в кремний, и получаем чат. Казалось бы, и к пизде в этом процессе ближе, и растворитель более чистый — но нет, скепсис.

Я не могу этого понять. Какая разница, кто секстится, человек или компьютер? Важно просто накинуть некое количество якорей в правильном порядке, чтобы произошел neuron activation в моем мозге. Кто их накидывает, есть ли в этом интенция — какая разница?

Подумав об этом и пообщавшись со скептиками, я пришел к выводу, что на самом деле это довольно глубокий культурный вопрос — идущий в параллели с предыдущими обсуждениями в чате творчества Пелевина. В этих обсуждениях у оппонентов всегда так или иначе всплывало, что я неверно интерпретирую творчество Пелевина и «автор хотел сказать другое». Я отвечал, что вообще-то совершенно неважно, что хотел сказать автор: во-первых, мы никогда об этом не узнаем, потому что уважающие себя авторы об этом не говорят (это я из первых рук знаю: как-то я задал этот вопрос, «что хотел сказать автор», автору дэнс-спектакля, и ответа в итоге не получил). Во-вторых, постмодернисты уже давно эту тему по косточкам разобрали: смерть автора, смысл, возникающий во время прочтения, а не написания, и вот это все.

Так вот возможно, онлифанс-пизда выполняет во всем этом процессе священную роль автора. И тут становится немного тревожно, потому что перед планируемым альянсом с инцелами и правыми возникает препятствие: кажется, что именно эти люди — особенно правые — не уважают всякий там постмодерн и деконструироваться не собираются.

Впрочем, подумав еще немного, я осознал, что по крайней мере про правых это устаревшая информация. Палеоконсерваторы — те да, действительно, недодеконструированы, но альт-райты, по сути, только деконструкцией и занимаются.

И тут я вспомнил о недописанной «Эпохе фэнтези». Как вы знаете, обычно я пишу три вывода: про рациональность, технологии и науку; про общество в целом; и про каждого конкретного человека — что ему в этом обществе с этими технологиями делать. В Эпохе фэнтези я закрыл первые два вопроса, про третий же у меня был только один тезис, к тому же довольно старый, я решил подождать, может, что еще придумаю. В итоге ничего нового мне в голову не пришло, а потом я на другие дела переключился.

Но сейчас видимо пришло время этот тезис, пусть и коротко, расписать.

Тезис этот как раз именно про деконструкцию, и в нем две части: во-первых, нам — консервативным, технологически продвинутым, сингулярным — нужна деконструкция; во-вторых, деконструкцию у нас украли.

Начнем со второй части. Как я писал еще в Рациональности слева, в левом движении был довольно длительный момент осмысленности: в эпоху, когда элиты состояли из плесневелых дедов, которые указывали людям, в каком месте автобуса ездить и как правильно ебаться, причем руководство это было, во-первых, основано на сборнике мифов дветысячелетней давности, а во-вторых, для самих плесневелых дедов не действовало, и они могли делать все, что им заблагорассудится. Тут можно посмотреть на Путина, он вот как раз в точности эту модель воплощает, с совпадением многих пунктов руководства. Это совершенно несовместимо с личной свободой, с этим нужно было разобраться, и с этим разобрались, используя деконструкцию в качестве основного приема. И это действительно было освобождение, наверное, самое большое по масштабам за всю человеческую историю.

Но дальше выяснилось страшное. Оказывается, большинство людей не могут жить в состоянии свободы. Поэтому они о деконструкции забыли и за два поколения собрались в отвратительную гадину антинаучной фантастики, репрессивность которой почище, чем у вышеупомянутых плесневелых дедов. Крестики стали масками, крещение — прививкой, священники — экспертами, инквизиция — армией молодых прогульщиков имени Греты Тунберг, оскорбленные верующие обернулись разгневанными твиттерскими, молодых геев и лесбиянок снова химически и хирургически кастрируют, превращая в сшитые из кусков собственной кожи подобия противоположного пола. Я называю это программой «Путин в каждый дом». В итоге мы там же, где были в пятидесятых, по некоторым параметрам — даже, скорее, в нулевых двадцатого века.

И тут мы приходим к первой части тезиса: нам нужна деконструкция. Как проверенный временем метод борьбы с этим.

Возьмите коммунистическое «бога нет, религия — это мошенничество, держащее массы в покорности и обогащающее священников и элиты» и замените в нем бога на ковид, религию на локдауны и священников на экспертов и мейнстримных политиков — и вы получите попросту речь Трампа или АфД на эту тему. Точно также строятся слоганы про то что климата нет, а есть только перераспределение бюджета от граждан к «зеленым» бизнесам, или что демократии нет, а есть только кластерфак педофилов из Q-Anon.

Как и раньше, основным оружием здесь является юмор и современное искусство: теперь это мемы (складывание говна в кучи давно перестало быть современным искусством — оно в каждом музее, на каждой городской площади, это уже давно классика, а не современность). Left can’t meme — это чистая правда, вот как плесневелые деды не могли в шутки, а могли только бубнить выдержки из священного писания — так и левые не могут. Правые шутят совершенно искрометно, это смешно, это захватывающе именно потому, что разрушает забронзовевший нарратив, открывает форточку — и оттуда дует свежим воздухом. Когда у нас говорят, что АфД среди молодежи победила из-за того, что тех тик-ток зазомбировал — да нет же, все не так было. Просто тик-ток оказался единственным популярным пространством без ебучей мейнстримной цензуры, свежий воздух в нем сложится в ветер, и на этом ветре АфД на первое место среди молодежи и выплыло. Зацензурируете или закроете тикток — то же самое произойдет в каком-то другом месте.

Более того, точно также, как леваки пытались отрицать реальность, деконструируя математику или реальность, то же самое сейчас делают и некоторые праваки. Не скажу за демократию или климат, но уж ковид, как вирус, конечно же, есть — другое дело, насколько он опасен. Более того, я лично, о ужас, считаю, что и изменение климата есть — другое дело, насколько он реально нам угрожает и насколько перспективны наши действия по борьбе с ним. И когда я читаю про то, что вируса не существует или что климат не меняется — я испытываю некоторое внутреннее напряжение, дескать, да как же так, реальность же попрана… Но поскольку эта часть реальности для меня вообще-то нерелевантна, я тут не борюсь за правду: ну считает человек, что вируса нет, ну и пусть считает. В моем бытие от этой точки зрения ничего не меняется, вируса ковида могло с тем же успехом не существовать, и мои ежедневные рутины от этого бы никак не поменялись.

Запоздало понимаю я: для профессоров философии из 60-х математика и физика тоже были совершенно нерелевантными частями реальности, поэтому они точно также против коллег, сражающихся с гравитацией, ничего не предпринимали.

По сути, политические сражения сегодняшнего дня сводятся к спору о том, какую именно часть реальности можно попрать. Левые считают, что можно попрать бухучет, физику и биологию ради приятного ощущения того, что служишь миру во всем мире и спасаешь погоду через сто лет. Правые — что можно как раз попрать эти приятные ощущения, а вот физику и бухучет трогать не нужно.

Деконструкция дает свободу от той части реальности, которая не релевантна. То есть она есть, но она не участвует в ежедневном жизненном опыте: у левых физика не участвует, они считают, что электричество берется из розетки; у меня в ежедневном опыте не участвуют страдания коров на ферме, злоключения голодных в Африке и жаркое лето 2124 года.

Нам еще очень много от чего нужно освободиться, и для этого нужно деконструировать еще очень много всякого. Не мешало бы, например, пройтись по всевозможных эколухам, эпидемиолухам, политолухам и социолухам, по всем, у кого все рассуждения — вероятностные с гигантской дисперсией, и кто эти рассуждения тем не менее одно на другое нанизывает, складывая эту дисперсию, делая еще больше и тем не менее претендуя, что результат имеет что бы то ни было общее с истиной. Слово «гуманитарий» должно стать ругательным в отношении всех, кроме философов — которые честно признаются, что занимаются философией и не претендуют на науку.

Нам нужно деконструировать концепцию человека. Ядром либерального мировоззрения является идея, что человек — это что-то возвышенное, священное, просто по факту своего существования ценное и оттого Вселенной наделенное некими правами. В консервативном представлении человек всегда низводился до агрессивной и похотливой лысой обезьяны, которая, однако, имеет шанс стать чем-то большим, если будет очень много над собой работать и следовать правилам, которые всегда противоположны природным инстинктам обезьяны; и что права, как и свободы, есть не у обезьяны, а у человека, которой эта обезьяна в итоге становится. Разница сингуляризма с палеоконсерватизмом в том, что это за правила: у палеоконсерваторов в качестве свода правил выступают сказки народов мира, у нас — матан, тервер и прочие науки.

Сноска на полях: это все про Запад. В Рашке деконструируй — не деконструируй, работать ничего не будет, потому что, во-первых, сложено полноценное полицейское государство, а во-вторых, в культуре полностью отсутствует демократия. Деконструкция на Западе в 60-70-е работала, потому что работала связка: ненасильственный митинг — разгон — возмущение избирателей — проигрыш на выборах. Если что-то из этой связки выпадает, то методика в целом перестает работать. Собственно на Западе сейчас тоже не все хорошо, а именно переход от «разгона» к «возмущению избирателей» все больше и больше контролируют медиа и биг тек, которые эти новости просто цензурируют. К счастью, все еще есть X и, как это ни странно, тикток, которые пока не дают путинистической заразе развернуться и на Западе в полную силу.

Что еще необходимо деконструировать — так это рассказы про искусственный интеллект. Тут новостей выши крыши: то AGI в 2027 году пообещают, то генерала АНБ в правление позовут. Ну и конечно все ожидают, о, ну да, раз OpenAI обещает — значит, будет.

Друг тут вспомнил серию из Чип и Дейла, «Культ Ку-Ку-Колы»: там мыши приносили разные ценности, засовывали их в некую сложную конструкцию, кричали «Пузыряй», и потом ценности исчезали — взамен им показывали мультик с песенкой и давали бесплатной ку-ку-колы. С ИИ происходит точно то же самое: культисты сжигают массу электроэнергии в видеокарточках, обещая построить AGI.

Построят или нет — бабушка надвое сказала. Я уже писал, что не верю, что исключительно на основании имеющегося подхода можно построить AGI, потому что это, по сути, память, а не интеллект: сеть запомнила множество текстов из интернета, и умеет по запросу находить релевантные. Чтобы превратить это в интеллект, в эту конструкцию нужно еще что-то добавить. Что именно — непонятно, и не факт, что до этого додумается именно OpenAI, особенно учитывая, что в основном их ресурсы заняты работой в духе more of the same. К тому же, поскольку языковых моделей очень много, многие из них свободны и быстрее, чем ChatGPT, то экспериментировать с разными подходами может любой: например, недавно в чат занесли такой такую статью, в которой умельцы многократно повысили уровень маленькой LLAMA с помощью некоего внешнего «водителя», который управлял процессом инференса, задавая вопросы о порожденном контенте самой сети. Это явно шаг в том направлении, где, как я считаю, лежит решение: скрещивание алгоритмов поиска и выводов с нейросетями.

Где возникнет в итоге решение — непонятно, повторюсь, ничто не гарантирует, что это будет OpenAI, и лично я бы поставил против них, потому что прорывные решения редко возникают в корпорациях, и гораздо чаще — в академии или open source (языковые модели в этом смысле — аномалия). А вот что понятно — так это то, что у OpenAI большие проблемы. Постепенно тон постов на LinkedIn меняется с «искусственный интеллект уже здесь» на «мы попробовали, и ни хуя не получилось, да еще и дорого, шо пиздец».

Тут, опять же, я могу вернуться к собственным соображениям по этому вопросу двухлетней давности: тогда я очень долго пытался выдумать какой-то коммерчески выгодный юзкейс для этих моделей, и не преуспел. Чем больше я слышу от коллег, тем лучше понимаю: они тоже не преуспели. То, что было обещано на высоте хайпа — что «искусственный интеллект разберется в вашей предметной области и решит проблемы» — не наступило, а то, что эти системы действительно могут — осуществлять поиск — как оказалось, можно сделать и системами предыдущего поколения. У нас получилась в этом смысле success story — мы сначала на волне хайпа сделали прототип с LLM, менеджмент был в восторге, и мы получили бюджет на нормальную реализацию без LLM, на sentence transformers — оказалось, что они за прошедшие пять лет настолько развились, что можно ничего не обучать и ни с чем не разбираться, там уже масса готовых продуктов, осуществляющих разнообразный поиск. Косты смешные, производительность высокая, а разницу в качестве поди заметь.

Те же, кто так не сделал, стонут от постоянно увеличивающихся костов, и постепенно сходят с хайпа тоже. И уж в любом случае нет фундаментальной причины выбирать именно ChatGPT, та же LLAMA уже доступна на AWS, так что аргумент «зато не надо покупать кластер с видяхами» не работает — не покупай, арендуй у AWS по той же сервисной модели с пореквестовой оплатой.

И вот как менеджменту OpenAI продолжать в таких условиях пузырение?

Только показывать спектакль с повышением ставок. Просить подождать еще чуть-чуть, поверить в новуку и ни в коем случае не прекращать финансирование, параллельно раздавая интервью о грядущем AGI и совершая другие сценические действия для создания атмосферы великого прорыва — в том числе приглашая генералов АНБ в правление.

То есть когда вы от биг биза слышите что-то про ИИ, я предлагаю всегда задумываться, в каком контексте это имеет больше смысла: как утверждение об объективной реальности, или как сценическое действие в корпоративном спектакле для инвесторов. К сожалению, как я отмечал раньше, тот бизнес, который освещается в медиа, гораздо чаще занимается вторым, а не первым — собственно, это и есть причина, почему бизнес в этом медиа вообще появляется, нормальной сосисочной это не нужно, зачем, у них все хорошо, сосиски продаются, профит капает. А вот когда сосиски не то что не продаются, но еще и не готовы толком — вот тогда, конечно, возникает необходимость участвовать в медиа-пространстве и показывать спектакль инвесторам и в таком формате тоже.

На самом деле есть еще один, довольно мрачный, контекст, в котором и приглашение генерала АНБ, и обещания AGI именно в 2027 году имеют большой смысл.

Во многих точках западного мира мы сейчас наблюдаем, как рушится левацкий мейнстрим: последней добавкой к уже оформившейся правой коалиции в Европе стала Франция, где Ле Пен впервые в истории вышла на первое место. В Великобритании консервативная партия имеет реальные шансы оказаться на третьем месте по числу голосов, чуть ли не впервые с момента своего создания. В обеих странах из-за странненькой избирательной системы количество мест в парламенте мало связано с количеством поданных голосов, но изменения это тектонические. Особенно тут интересно падение Макрона: в отличие от Сунака и Меркель, номинально связанных со старыми консервативными партиями, пожилые избиратели которых приносят им голоса не смотря ни на что, Макрон и его партия — созданный телевизором на пустом месте феномен, за которым не стоит никаких традиций, это мейнстрим в чистом виде — и этот мейнстрим проиграл. В сочетании с голосами пенсионеров мейнстрим все еще побеждает, это видно по Германии.

Кроме того, миру была явлена умопомрачительная демонстрация первого в мире андеда-кандидата в президенты США; и последующие, пока что безуспешные, попытки отозвать-таки кадавра из избирательного бюллетеня. Это какая-то совершенно поразительная история: будто бы есть какая-то естественная закономерность, почему левачество приводит к власти разваливающихся стариканов, типа Черненко, которые приступают к выполнению своих обязанностей, не приходя в сознание, и почему в итоге власть сосредотачивается в кругу семьи этих стариканов, типа Тани и Вали.

В таких условиях мейнстриму как воздух нужна гальванизация, новый снафф. Мы с ковидом уже опытным путем выяснили, что время жизни снаффа — два года, после этого люди просто перестают верить обеспокоенным телеведущим. Война в Украине длится уже больше двух лет, и нужно что-то свежее.

Два года назад я в шутку предположил, что могут завезти инопланетян — те озвучат список требований для приема в Галактический Альянс, совпадающий с программой Зеленой партии, и дело будет в шляпе. В принципе, технически это не очень сложно, особенно если инопланетяне будут заявлены как экзоты, требующие фторной атмосферы, что помешает с ними общаться всем, кроме особо отобранных кекспертов. Скептиков можно обвинить в том, что они нарушают дипотношения с Галактическим Альянсом и своим недоверием провоцируют войну и бомбардировку Земли астероидами, и посадить в тюрьмы — с ковидом мы поняли, что это возможно.

Но пока что мейнстрим решиться на этот отчаянный шаг не может — возможно, из-за избитости темы, а может быть, из-за того, что слишком много неквалифицированных людей придется вовлекать в монтаж сцены, кто-нибудь обязательно проболтается.

Но вот что можно, так это объявить о создании искусственного суперинтеллекта, который новучно докажет, как правильно обустраивать общество (сюрприз, в соответствии с программой Зеленых). Более того, я даже готов допустить, что ИИ придет к таким выводам без всяких внешних манипуляций, то есть внутри него не будет прятаться человек, который все это пишет — этого эффекта легко достичь, попросту правильно отобрав данные для обучения. Людей для такого требуется куда меньше, чем для строительства летающей тарелки, спускающейся с неба, среди этих людей можно обеспечить 100% квоту на выпускников соевых университетов, которые и без ИИ мечтают о такой экспертократической диктатуре, да и к тому же, большую их часть можно просто не посвящать в детали заговора.

Тут же становится понятно, почему ИИ обязательно должен быть закрытым, понятно, почему аналоги нужно душить законами в разных странах, почему нужно пытаться запретить создание новых ИИ — в соответствии и с христианским, и антинаучно-фантастическим учениями, Истина должна быть только одна, появление нескольких СуперИИ ведет к интеллектуальному язычеству и противоречиям, какой из них слушать. И 2027 год тоже понятен: нужно вывести AGI на сцену незадолго до выборов в США, чтобы успеть нагнать хайпа и на этой волне вывести в президенты человека, который пообещает во всем слушаться ИИ. Пробный шар уже запущен.

Это, конечно, конспирология в духе профессора Соловья, но, как я уже многократно писал, в эпохе Фэнтези сама идея о том, что может случиться, уже сама по себе ценна — потому что времена непредсказуемые, а доказательство того, что нечто непременно случится, попросту невозможно. Важно, я считаю, понимать, что в современной фашизирующейся культуре, в этом сплаве государства и корпораций, могут осуществляться сколь угодно запутанные, невообразимые с точки зрения здравого смысла сценарии — собственно, доказательством этого является в том числе претендующий на пост президента США живой труп. По мере отхождения общества все дальше и дальше от предсказуемого, ламинарного течения истории с научно-техническим прогрессом и экономическим ростом, когда были простые и работающие правила, будет изобретаться все больше правил сложных — и использование экспертократией ИИ для того, чтобы уже наконец свернуть всю эту надоевшую демократию людей, которые не хотят голосовать правильно, я считаю вполне возможным.

И лучшее, что можно сделать для предотвращения такого сценария — это деконструировать ИИ еще до такой попытки, чтобы как можно больше людей убедилось, что ИИ во-первых постоянно советует странное, а во-вторых, пригоден в основном для дрочки на аниме-персонажей. Чем больше мы используем ИИ для coomer shit и чем больше мемов мы с ним рисуем — тем больше шансов, что технология для этого использования протухнет, как и инопланетяне (которые тоже основательно отравлены сумасшедшими, которые в 70-90-х годах постоянно видели НЛО, или же похищались и препарировались инопланетянами).

Возвращаясь к вопросам искусства: и порно, и суры могут стать деконструирующим искусством, таким же, как и мемы — важно только правильно их приложить.