Коронавирусные заметки
Нечто интересное происходит в Швеции. Вот графики заболеваемости и смертности:
Заболеваемость растет с начала июня. Но смертность падает, и поскольку прошел уже месяц, это становится уже сложно объяснить временем пребывания в больнице до смерти. Что же происходит?
Смертность падает, вероятно, потому, что уже переболели те, кто оказался наиболее уязвим - как по состоянию здоровья, так и генетически, мы уже знаем, что есть генетические факторы, увеличивающие восприимчивость к вирусу. Это, собственно, неудивительно, некоторые люди иммунны даже от чумы и ВИЧ! Так вот, поскольку они менее восприимчивы, они заболевают позже и болеют легче. Это же объясняет прекращение экспоненциального роста в отсутствии карантина: болезнь экспоненциально распространялась в восприимчивой группе, но эта группа быстро кончилась, и теперь пошла другая, “медленная” экспонента для тех, кому заболеть сложнее. Это же объясняет магические 20% заболевших, вновь и вновь встречающиеся в разных популяциях, от Diamond Princess до Heinsberg Studie. Это же объясняет, почему в Heinsberg Studie лишь в 20% семей была передача вируса между членами семьи.
Если этот тренд продолжится, это будет означать, что в Швеции останется примерно то же количество умерших, которое составляет сейчас 5420 человек. Всего в Швеции 10 миллионов человек, и смертность сейчас 0.05% (это уже для всех, не только для молодых, для молодых пропорциональное уменьшение дает 0.00005%). Если перенести эту цифру на США, то получится 164 тысячи человек, что в сравнении с гриппом 2017-2018 года дает 2.5 гриппа https://www.cdc.gov/flu/about/burden/2017-2018.htm .
Что же происходит в странах, где карантины были? Вот, например, Израиль:
Как я и говорил, карантинная стратегия имеет смысл только в том случае, если за два-три месяца что-то в мире радикально изменяется - появляется лекарство или вакцина. В противном случае, вы либо получаете те же самые смерти парой месяцев позже, либо пытаетесь сидеть до морковкина заговения в карантине. Последнее явно не является опцией, последние события показывают, что попытка запереть молодое, здоровое население дома без спорта и развлечений, да еще и лишив их работы и перспектив, кончается бунтами - и не только в США, где бунты пытаются объяснить расизмом, но и в Германии, где расизма нет, а бунты есть.
Мы еще, конечно, увидим, получится ли у немцев или французев лавировать между Сциллой и Харибдой до появления и внедрения вакцины, но мой прогноз: вирус вернется раньше и заберет причитающееся. Пойти на повторные жесткие карантины правительства не решатся, в результате окажется, что все карантины были совершенно зря: они не предотвратили, а отсрочили смерти. Ценой невероятных экономических потерь.
Кстати, о потерях. Несмотря на отмену тех или иных ограничений, экономика не спешит восстанавливаться. Почему? Объяснение я читал в интервью Tichys Einblick с обувным производителем и ретейлером недели две назад, но не могу сейчас найти ссылку. Я сейчас в отпуске на севере Германии (Гамбург-Бремен-Гановер), и я, кажется, хорошо прочувстовал это объяснение, поэтому приведу его в расширенном варианте.
Дело в том, что экономика уже давно не продает вещи, тем более, нужные вещи. Она продает экспириенсы. Мы идем в ресторан не потому, что очень голодны. Мы хотим испытать определенный гастрономический и культурный экспириенс. То же самое касается шоппинга - мы покупаем стафф не потому, что сильно в нем нуждаемся, а потому что нам (некоторым из нас) нравится вот это состояние, когда они идут из бутика в бутик, прикидывают луки в примерочной, выкладывают в инстаграмм, потом что-то покупают. То же самое касается туристических поездок.
Как этот экспириенс выглядит сейчас? Шоппинг в Германии сейчас подобен походу в российскую поликлинику. Вы приходите, и еще до входа в магазин надеваете маску. Охранник ставит вас в очередь, где вы стоите, может, с полчаса. Потом, наконец, вас пропускают - под пристальным взглядом охранника вы дезинфицируете руки, и далее, задыхаясь собственным углекислым газом (если не додумались подогнуть край маски так, чтобы нос только казался прикрытым), торопясь под давлением ждущей снаружи очереди, что-то покупаете. Если же вы обычный, не особо критичный к медиа человек, то вы еще и в ужасе от перспективы заболеть короной, поэтому всех покупателей в магазине стараетесь обходить, ничего лишний раз не трогать, и делать все побыстрее.
За сколько вы готовы купить этот шикарный экспириенс? По-моему, магазины должны еще и приплачивать тем стоикам, которые в них еще заходят.
То же касается ресторанов. Знаете, с чего начинается поход в ресторан в Гамбурге и Бремене? Вам дают бумажку, где вы указываете ваше имя, адрес и телефон. И вы понимаете, что с этими данными ваш отпуск будет в любой момент прерван чумными докторами, которые во имя Спасения Жизни снимут вас с поезда или предпишут две недели сидеть в чужом городе под угрозой штрафа, непонятно как доставая продукты и непонятно каким образом расплачиваясь за съемное жилье. Понятно, что у меня моментально отказала память, и теперь, когда я пытаюсь вспомнить свой телефон, у меня просто не получается восстановить все цифры правильно.
То же самое с туризмом. Почему я вообще поехал в Гамбург и Бремен? Потому что полететь куда-либо тупо страшно: во-первых, самолет в любой момент отменить. И ладно бы только отменить - мой рейс Берлин-Вена-Краков в марте был заменен (после нескольких итераций) на Берлин-Франкфурт-Мюнхен, причем помимо двух перелетов там еще предлагалось, видимо, путешествие на машине времени, потому что время вылета из Франкфурта было до прилета. Во-вторых, неизвестно, чего от тебя на непонятном языке потребуют местные чумные доктора и в какой ковидарий тебя в случае чего засунут. С немцами хотя бы я говорю на одном языке и в курсе новостей, поэтому если что могу сбежать из одной федеральной земли в другую.
То же самое касается спортзалов. Там не работают души и раздевалки, так чтоты должен сразу приходить в спортивном и потом потным идти домой. Это само по себе не оптимально, но да ладно. По идее, там должно находится очень небольшое количество людей, каждый из них должен протирать тренажер спиртом до и после упражнения, ни с кем нельзя разговаривать и так далее. К счастью, мой спортзал на эти ограничения наплевал, только девочка-сотрудница ходит от компании к компании и просит их хотя бы делать вид, что они не вместе. Протирание тренажеров видел только дважды - жуткого вида тетки буквально поливали его спиртом, протирая все, сидения, рукоятки, и даже штырь, которым удерживаются веса.
Поэтому нынешняя ситуация - это, конечно, гораздо лучше полного карантина, но “отскока” экономики точно не обеспечит. Скорее, она продлевает агонию: рестораны и отели, которые явно шли к банкротству, теперь умудряются сводить концы с концами и не понимают до конца, то ли нужно бороться, то ли пусть его. И надо понимать, что инвесторы тоже это видят, и поэтому бизнес может закрыться раньше, чем ему реально станет нечем платить по счетам.
Кроме того, мы видим разворачивающийся эффект домино, который только что случился с Airbus. Они были вынуждены уволить 15000 человек. Airbus - это без шуток технологическая гордость Евросоюза, не “наше все”, но очень близко к этому, технологии, инновации, и вот это все. Они находятся в самом тяжелом кризисе за все время существование, и осторожно прогнозируют выход в 2025 году. А у них ведь тоже есть субподрядчики, поставщики… В кризисе, пока без увольнений, автомобильная промышленность - люди как-то не очень хотят покупать новые машины. То же самое касается моды - объективно, сейчас гораздо меньше бизнес-встреч, собеседований, культурных эвентов, те, что остались, проходят в онлайне, поэтому штаны, например, вообще не нужны.
Чем на это отвечает немецкое правительство? Снижением НДС, которое приводит к удешевлению товаров на копейки. Потребляйте на здоровье!
Совершенно непонятно, к катастрофе какого масштаба в итоге придет мир. К сожалению, экономические последствия видны только в долгосрочной перспективе, в отличие от задыхающихся в реанимации стариков. Поэтому пройдет еще много времени перед тем, как вы сможем закрыть счет, который должны выставить лево-либеральному мейнстриму. Но его надо тщательно вести и фиксировать факты. То, что это 2.5 гриппа. То, что смерти вполне могут оказаться не предотвращенными, а отсроченными. То, что катастрофа, в которую мейнстрим вверг наш мир, может быть куда хуже, чем погибшие доли процента от населения, преимущественно состоящие из стариков, уже переживших среднюю продолжительность жизни.