Кормушка для птиц, 54.1

— Почтенный, не соблаговолите ли подсказать, где мы с моим спутником можем отыскать травника или лекаря? Есть ли в вашей деревне сведущие в врачевании?

Иллуги старается не пялиться на Кирилла с открытым шоком. Очень странно видеть рядом с собой высокого мужика, но слышать при этом, как он говорит бархатистым женским голосом. Хочется влепить себе пощёчину, чтобы проснуться. Иллуги не любит, когда в его реальности происходят нестыковки, даже если ему известна их природа.

Однако надо делать вид, что всё в порядке, а не пялиться на свою «спутницу» как баран на новые ворота.

— А, это… — глуповатого вида мужичок чешет затылок, соображая, что ответить. А ещё почему-то заливается нежным румянцем. — Это вам Юлёк нужен, ува… уважаемая. То есть, Юлий.

— Благодарю сердечно, почтенный господин, — Кирилл аж поклон отвешивает, правда с безвольно висящей вдоль тела правой рукой это выглядит не так изящно, как планировалось. Лучше бы поберёг себя. — А где нам уважаемого Юлия найти?

— Так… ну, там… — мужик от волнения слабо заикается. — Там надо к окраине идти в сторону леса, изба будет… из дерева… на избу похожа…

Иллуги едва сдерживается, чтобы выразительно не выгнуть бровь.

— Это в какую сторону?

— Туда, — с ним мужику становится говорить чуть легче. — По дороге прямо идите, потом сверните к кладбищу и третий дом справа будет юлькиным. Вот так как-то...

Кирилл рассыпается в новых благодарностях, заставляя мужика покраснеть до кончиков ушей, а Иллуги отстранённо думает, что вгонять людей в краску — это какое-то особое альвийское развлечение. Вот прямо чувствуется, как Кирилл наслаждается представлением. Его довольную лисью ухмылку Иллуги чувствует на энергетическом уровне.

А ведь у этого великого соблазнителя сейчас должно жутко болеть вывихнутое плечо, но даже так он не упускает шанс засмущать кого-то до смерти.

— Ты там себе образ роковой красотки наколдовал? — спрашивает Иллуги уже по пути к дому травника Юлия. — Бедняга решит, что к нему богиня спустилась.

— Это станет для меня лестным комплиментом, — Кирилл оставляет голос женским, чтобы случайные чужие уши не заметили нестыковок. — А что, мой дорогой, ревнуешь?

— Да нет, я уже смирился, что у всех мужиков на тебя стояк в любом облике, — он фыркает. — Пока ты на эти стояки внимания не обращаешь, мне волноваться не о чем.

— Удивительно зрелая позиция.

— В смысле? Хочешь сказать, что я не зрелый?

— В своём нынешнем образе? Прости, но определённо нет.

Нашёлся тут эксперт. Иллуги очень зрело показывает Кириллу язык и демонстративно отворачивается, глядя на дорогу перед собой. Зуд в обожжённых ногах терпеть удаётся кое-как — во время их приключений на кладбище ещё удавалось сдвигать неудобство на фон, но на подходе к деревне Иллуги выть был готов от желания содрать кожу с ног. Даже ярость и шок от вскрывшихся новостей про богов стихли под натиском болезненного зуда.

К тому же, Кирилл на обратном пути умудрился оступиться и рухнуть в заросли той же дряни, в которой Иллуги сжёг себе ноги. Так что им обоим нужно обработать повреждённую кожу, промыть ранки и ссадины, а Кириллу ещё и вывих вправить — непонятно, как он проглядел глубокую яму и так неудачно упал, но досталось ему знатно. Иллуги вокруг него несколько беспокойных кругов навернул, ощупал, осмотрел, но вправлять плечо самостоятельно побоялся из-за довольно дерьмового самочувствия и отсутствия опыта. Поэтому к местному врачевателю они идут вдвоём, хотя по нормам здравомыслия и адекватности стоило отправить Кирилла в гостиницу, сходить за мазью и антисептиком, а потом справиться со всем своими силами. Неизвестно, сколько ещё в Нод-Крае видящих и нет ли среди них врагов. Надо сохранять в тайне тот факт, что Кирилл до сих пор жив — продержаться ещё шесть дней до первой жатвы. Но как это сделать, если Иллуги его заразил своим неумением сидеть на месте, из-за чего Кирилл сорвался искать кладбище, а теперь идёт как ни в чём не бывало по центральной улице оживлённой деревни?

Слабоумие и отвага, вот их общий девиз.

Однако лучше рискнуть и найти лекаря с какой-нибудь мазью, чем мучиться вплоть до поста и заставлять страдать Кирилла с его травмой. Главное, чтобы у этого Юлия действительно были травы и лекарства, а не Дотторе в подвале или ещё какая напасть — как показала практика, беды любят на них с Кириллом выскакивать в неожиданные моменты.

Уже на подходе к нужному дому Иллуги зачем-то думает о том, каким Юлий окажется. Судя по домашнему «Юлёк», это молодой юноша или вообще мальчишка. Возможно, хиленький. Чего-то такого Иллуги ожидает от местного травника, вот только всё оказывается с точностью да наоборот.

Дверь избы им открывает высокий — выше Кирилла, а на опыте Иллуги он самый длинный мужик из всех — и крепкий темноволосый парень с аккуратной бородой. Широкий разворот плеч, шрам на лице, пересекающий правую щёку, густые брови. Ну всем мужикам мужик. Наверное, это не травник.

Кирилл тоже так думает.

— Мы Юлия ищем, милостивый сударь, — вещает он своим бархатным женским голосом. — Не подскажете, где его найти?

— Нашли уже, — Юлий несвойственно такому крепкому детине тихий. Он хмурится, глядя на Кирилла, а потом хмурится ещё сильнее, когда видит Иллуги и его ноги. — Змеиная крапива?

— Змеиная?

— Только в этом лесу растёт. Люди верят, будто бы там змей так много, что даже крапива впитала их яд и жжёт сильнее обычной, — Юлий отступает от двери, жестом приглашая войти внутрь. — Хотя я думаю, что лес просто что-то охраняет и потому так озлобился на чужаков.

Интересные поверья. Обе версии звучат логично, но вторая, на взгляд Иллуги, должна быть ближе к правде. А ещё исходя из этой же идеи, можно предположить, что лес не хотел отпускать Кирилла, поэтому кинул в яму крапивы. Интересно, лесные аномалии связаны с богами или с «прошлым» Флинсом? Что послужило причиной возникновения такого дремучего и недружелюбного леса? А ещё Иллуги с момента раскрытия божественного заговора терзает другой вопрос: почему Кирилл Чудомирович Флинс снова стал Кириллом Чудомировичем Флинсом? Как имя закрепляется за душой? Его же родители дают… а вдруг перерождающаяся душа оказывается в теле уже на момент его появления в чреве матери и оттуда наталкивает её на мысль назвать дитя именно так, как надо? И зачем вообще богам понадобилось устраивать божественный геноцид? И почему…

Иллуги незаметно встряхивает головой, вслед за Кириллом проходя в дом травника. Вопросов после Кладбища Ночи стало только больше, и не получается перестать ими задаваться — только в голове возникает одна смутная мысль касательно произошедшего, как следом за ней рвётся ещё сотня. Если бы не необходимость сосредоточиться на других вещах, Иллуги бы размышлял о полученной информации, но, к счастью или сожалению, сейчас не до этого.

Без лишних церемоний Юлий усаживает Кирилла на самодельную кушетку по центру комнаты. Ничего не спрашивает, ничего не говорит — просто берёт его безвольную руку и вытягивает вдоль оси, придерживая за плечо. Лицо Кирилла от таких манипуляций бледнеет, в глазах застывает боль и растерянность, отчего Иллуги инстинктивно делает к нему шаг, желая как-то помочь. Но спустя несколько секунд…

— Готово, — Юлий отходит к стеллажу с травами, а Кирилл от облегчения шумно выдыхает, но через мгновение замирает в осознании — и Иллуги вместе с ним. — Сейчас ваши руки обработаю, а потом займусь ногами вашего спутника. Плечо сильно болит? Обезболить?

— Стало гораздо легче, не стоит…

Кирилл смотрит на Иллуги с немым вопросом. Тот в ответ тихонько пожимает плечами, потому что не знает, наткнулись ли они на очередного видящего или нет. Как Юлий так сразу распознал вывих при учёте того, что Кирилл под мороком и боли не показывал? Иллуги сам всю дорогу до деревни удивлялся этому поразительному спокойствию — будто ничего из ряда вон не случилось, всё в порядке, никакой боли. Возможно, Кирилл её чувствовал не так ярко, как обычный человек, а может просто привык сдерживать проявление любых эмоций. В любом случае, так сразу распознать его травму без прямого на неё указания и при учёте морока…

Это, кажется, невозможно.

Иллуги решает подождать новых знаков, но во время обработки рук Кирилла Юлий молчит. Может, он просто умелый лекарь, сходу видит все проблемы. Неизвестно. Когда Кирилл встаёт на ноги и отходит к стене, подходит очередь Иллуги — он забирается на кушетку и вытягивает повреждённые ноги, наблюдая за действиями Юлия с тихим любопытством.

Сначала надо обработать мелкие ранки от шипов, промыть всё, а потом уже мазать. Во время первых этапов в домике висит тишина, но перед мазью Иллуги не выдерживает:

— Больно будет?

— Немного. Потерпите чуть-чуть, юный господин.

И тут господа начались. Ладно, похоже это обращение теперь Иллуги будет преследовать, надо смириться. Он смотрит на то, как Юлий для удобства закатывает рукава рубахи, обнажая крепкие предплечья, кожа на которых… ох.

Шрамы от ожогов. Много, больно, неприятно на вид. Желудок сжимается от смеси жалости и слабого отвращения.

— Что… — изо рта тут же рвётся несдержанный вопрос, но Иллуги одёргивает себя. — Простите. Мне не стоило.

— Любопытно, откуда ожоги? — Юлий осматривает свои изувеченные руки, а потом одной обхватывает Иллуги за лодыжку, бесцеремонно разворачивая его ногу в нужную сторону. Мазь касается внутренней части бедра над коленом, заставляя кратко шикнуть от неприятных ощущений. — Рос в общине, которая свято верила в новых богов. А раз новые боги старались искоренить всё магическое и божественное, то надо следовать их заветам.

— Вас хотели сжечь? — вмешивается в разговор стоящий возле стены Кирилл, со странным выражением лица наблюдая за процедурой лечения.

— Сначала мать мою в колдовстве заподозрили. Я взял вину на себя, сознался в грехе, а там… думал, помру, но чудом выжил и сбежал, — он берёт паузу, продолжая тёплыми пальцами наносить мазь на ноги Иллуги. Молчит немного, мнётся, а потом задаёт внезапный вопрос в сторону Кирилла: — Господин, а вы как так женским голосом говорите? Тоже колдовство?

Внутри от этих слов всё тревожно замирает. Иллуги смотрит на Кирилла, читая в его взгляде зеркальный испуг, и не может сообразить, что теперь делать. Правду сказать? Нет, лучше не рисковать. Согласиться на версию с колдовством? Наверное, будет оптимальным вариантом. Или сразу всадить Юлию нож в горло?

Ради безопасности Кирилла можно было бы решиться, но появляется мысль, что устранять людей даже при минимуме призрачной угрозы — это что-то в стиле новых богов и Дотторе. Становиться чудовищем не хочется.

— Колдовство, верно, — отвечает Иллуги вместо Кирилла, зная, что соврать тот не сможет.

— А зачем на женский менять? Видно же, что мужик.

— Это только нам видно. Для остальных мой учитель выглядит дамой, — ну тут ничего не выдумать, придётся правду сказать. — А вы, получается, видящий?

— Видящий? Это как?

Понятно. Выходит, староверки не всех особенных к себе собрали, что, на самом-то деле, довольно очевидно. Лаума раньше говорила, что если они и встречали мужчин со способностями, то те не были раскрыты полностью. Неизвестно, почему подобных они не принимали в общину, но это для Иллуги останется загадкой. Важно только то, что далеко не все видящие пробуждаются с источником информации о своих особенностях под боком. Кто-то вынужден блуждать в потёмках и угадывать всё самостоятельно — так же, как и сам Иллуги.

— Это когда человек видит сквозь иллюзии. Обладает силой и ловкостью, несвойственными обычным людям. Когда видит энергетику живого, будущее, с животными общий язык находит… ну или другие странные особенности.

— Ну вы и загнули, господин, — Юлий добродушно фыркает, расслабляя наконец нахмуренные брови. Его руки в этот момент широко проходятся по первой ноге снизу вверх, распределяя мазь по всей поверхности. Кирилл возле стены как-то странно мнётся. — Будущее видеть, со зверьём говорить… сила у меня вправду имеется, при таком-то росте, но видеть то, чего нет, никогда не умел.

Ну это ещё надо знать, что есть и чего нет.

— А других странностей за собой не замечали?

— Может и замечал… травы у меня больно быстро вырастают. И у живых любая хворь от моего лечения уходит в краткие сроки — я сразу вижу проблемы и понимаю, как их быстро залечить. Вот ваши ноги бы даже с мазью только на днях зажили, а после моей к вечеру будет чистая кожа. Вы, господин, ноги в следующий раз берегите, красивые же. Кто ж в таком наряде в чащу ходит?

Иллуги неловко пожимает плечами, мол «дурак, есть немного». Знал бы Юлий, что он не по своей воле в таком виде сунулся в лес, разговор бы наверняка пошёл в другом тоне. Либо сочувствующем, либо враждебном. В любом случае, узнать этого не удастся, потому что спрашивать больше как-то нечего, а сам Юлий берётся за вторую ногу Иллуги и, почувствовав благодарных слушателей, расслабляется, начиная рассказывать что-то про травы. Человек своё дело любит, сразу видно. На посту бы такого лекаря, который любую хворь лечит в краткие сроки — это же все работать больше будут, а не валяться в лазарете, и смертей меньше…

Иллуги смотрит на Юлия по-новому и мечтательно вздыхает.

Кирилл возле стены издаёт тяжёлый вздох и нетерпеливо притопывает ногой.

— Ну вот и всё, — вторая нога тоже оказывается покрыта слоем мази. — Сейчас забинтую, чтобы не пачкаться и заразу в ранки не занести. Аккуратнее в следующий раз, грех такие ноги калечить.

— Постараюсь, — Иллуги делает вид, что не замечает, каким открыто недовольным взглядом Кирилл смотрит на происходящее. В нём проснулся собственник, ясно. — А вы в ратники не хотите?

— С чего вдруг такие вопросы?

— Им бы такой чудесный лекарь очень пригодился. На границе хворей и травм много.

— Пошёл бы, юный господин, да только мертвяки меня в ужас вгоняют. От них такой тьмой веет, знаете?

— Знаю, видал парочку, — привирает Иллуги и понимающе улыбается. — Ну, насильно никто не тащит, воля ваша. Спасибо за помощь.

— Вам за разговор спасибо. Мало кто готов мои бредни про травы слушать. Вы не беспокойтесь, платы не возьму, иногда в радость просто помочь…

Юлий продолжает бодро говорить что-то о хороших людях, а улыбка Иллуги становится приклеенной. Про плату он даже не думал — у них с Кириллом ни монетки в кармане, утром из гостиницы вышли чуть ли не босыми по воле богов. Как-то стыдно становится.

Приходится рассыпаться в благодарностях, чтобы показать себя вежливым и добропорядочным. А потом Иллуги берёт Кирилла под локоть и уводит из дома, едва не сталкиваясь лоб в лоб с деревенской девушкой, которая с громким «Юлька! У меня сестра рожает!» врывается к травнику. Да он тут нарасхват. Какой же полезный мужик всё-таки, вот бы такого на пост — Иллуги бы тогда стал самым счастливым командиром.

Тем более боязно оставлять видящего, знающего о Кирилле, без присмотра. Вот вдруг скажет о сегодняшних пациентах кому не надо? Или вообще притворялся добрым, а на деле враг?

— Давай его выкрадем, чтобы никому тебя не сдал. Будет врачом на посту, — предлагает Иллуги, когда они с Кириллом удаляются на некоторое расстояние. — Ты представь: люди быстрее выздоравливают и работают больше!

— Ты поэтому смотрел на него так, словно съесть хочешь?

— Да не так я смотрел…

— А мне показалось…

— Тебе показалось, — Иллуги с важным видом оставляет последнее слово за собой, приближаясь к Кириллу и слабо щипая его за щёку. — Ты у нас, помнится, очень зрелый и рассудительный.

— Я такого не говорил.

— Ну тогда знай, что съесть я хочу только тебя.

— Я просто не люблю, когда так трогают что-то… моё.

— Он лекарь.

— Он похвалил твои ноги.

— У меня красивые ноги, чего бы не похвалить.

— Согласен, я бы твоим бёдрам культ поклонения организовал, но давай их буду трогать только я, ладно?

— Мне кажется, этот спор глупый.

— Мне тоже.

Иллуги смотрит на Кирилла несколько секунд, замечая, как тот от глупого спора напрягся, и тихонько фыркает, начиная посмеиваться. Это так странно. Они тут регулярно на грани гибели, только что узнали, что по воле богов являются перерождениями людей из старого Тейвата, но стоят посреди деревни и спорят про иллугины ляжки. Либо крыша совсем уехала, либо они так свыклись с регулярными ударами судьбы, что смиряются с ними всё проще.

— Ладно, придётся оставить Юлия и надеяться на его неосведомлённость… во всём. Не убивать же хорошего лекаря. Идём в гостиницу. Пора возвращаться.

И да помогут боги… нет, да поможет Куутар обойтись на обратном пути без приключений. Из высших сил только на неё вся надежда.

У новых богов Иллуги теперь принципиально не будет ничего просить.