Конец среднего класса?

В нашем большом тексте на тему общественных препятствий для роботиизации труда мы говорили, что появление робота-работника не освободит простой люд от тяжёлой работы. Расходы на покупку такой машины будет нести не общество, а конкретный экономический субъект рынка, которому миска риса обходится значительно дешевле дорогого робота. Что, увы, и является главным препятствием для роботизации простого труда.

Это замечание до сих пор актуально.

Но через год после выхода текста нам действительно есть, что добавить. Общественная система в который раз осталась верна самой себе, реализуя технологическую революцию со множеством нюансов. И самое главное, она готовится вставить себе же в колеса очередную палку.

ИНТЕЛЛЕКТ С НЮАНСОМ

Помимо роботов-работников мы сегодня поговорим и о нейросетях в контексте замены человеческого труда машинным. Недостатки роботов мы уже обсуждали в большом тексте, они ещё находятся в стадии формирования и пока не используются в труде. А вот нейросети уже заменяют человека в простых, но объёмных интеллектуальных задачах. Но и они далеки от совершенства. Если вы плотно взаимодействовали с ИИ, то вы хорошо знаете, что он больше похож на гибрид разумов то ли маленького ребёнка, то ли сходящего с ума старика, обладающего суперкомпьютером.

Хорошим примером недостатков нейросети является рынок труда. В упомянутом тексте подробно рассказывается, как стремление HR отделов автоматизировать процессы привело к существенному усложнению поиска работы. Теперь перед ритуальной болтовнёй с кадровиками появилось ещё одно препятствие в виде нейросети, которое пробивается… Другой нейросетью. Возни с поиском работы стало больше, а результат получился прямо противоположным: рабочим стало сложнее найти вакансию, а у работодателя дольше простаивает необходимый процесс. Выигрывает от этого разве что весь класс эксплуататоров в целом, так как усложнение поиска работы становится эдаким коллективным локаутом. Это вынуждает рабочих продавать свою рабочую силу ещё дешевле и соглашаться на худшие условия труда. Ведь если вы только что сидели без работы пять месяцев, все ваши заначки кончились, а вместо них появились кредиты, то искать работу снова долго не захочется.

К технологическим проблемам этих систем добавляются общественные. Например, часть темпов роста искусственного интеллекта попросту “нарисована”.

В последнее время стало популярным обсуждение надувательства со стороны топовых it корпораций. Суть его в том, что ведущие фирмы, наподобие Nvidia, OpenAI, и прочих – перепродают друг другу товары и услуги с завышенным ценником. Это даёт рост объемов продаж и прибылей на бумаге, и акций самой компании. Добавьте сюда популярность и реальные успехи у ИИ, и получите отличный повод получить тонну денег у инвесторов. Но по факту эти ухищрения являются хитрым фокусом для повышения прибылей. Даже если за ним стоят реальные успехи важнейшего прогресса мыслящих машин.

Во вторых, введение ИИ в работу – уже не просто тренд, а прямой приказ с самого верха российской бюрократии. Госслужащие, и не только в России, пытаются удержаться на плаву этого процесса, и требуют внедрять ИИ-технологии в подконтрольные ведомства. Очевидно, что в условиях бюрократической машины и кризиса такой приказ приведёт к припискам, формальности, и очковтирательству. Классика.

А ещё господа чиновники с большим подозрением смотрят на всех, кто может подвинуть их с тёплого места. Не так давно господин Володин, словно что-то почуяв, объяснил невозможность замены депутатов машинами… Наличием совести у первых. Можно ли прописать совесть роботу так, чтобы она не превышала депутатской – вопрос хороший.

Но, по всей видимости, упомянутое стратегическое преимущество у чиновников нижнего звена развито слабее. Ведь не смотря ни на что процесс замены шагает по кабинетам: в амурской области государственный защитник интересов предпринимателей заместил должность юриста нейросетью. Объяснил он это решение недостатком средств и низкой вероятностью найти кандидата на эту низовую должность. Знал бы он, какую свинью подкладывает коллегам по масштабу совести…

В тексте “Сферы” о возможностях и недостатках ИИ в бюрократических процедурах – один из экспертов предусмотрительно замечает: 

«…Грубо говоря: тот объем работы, на который требовался целый отдел, сможет реализовать всего один пользователь, умеющий писать промты для ИИ. Опять же, это не значит, что отдел расформируют — это значит, что каждый его сотрудник сможет кратно повысить эффективность.»

Мы сомневаемся, что существенное повышение производительности труда мелких чиновников никак не поменяет их количество. Не просто так слово “оптимизация” стало меметичным.

Как можно заметить, несмотря на препятствия и техническую сложность, паровоз автоматизации труда не останавливается. Правда, в рамках существующего порядка появляются иные проблемы. Самое главное здесь то, что под его колесами может оказаться один из столпов самой системы.

ПИРАМИДА БЕЗ СЕРЕДИНЫ

Несмотря на “светлое” будущее в жерновах экономики для нищих работяг, обсуждаемые технологии могут заместить работу людей статусом чуть повыше. По мере развития нейросетей и роботов-рабочих, появляется возможность заменить мелких чиновников, юристов, программистов, и многих других высокооплачиваемых специалистов. 

Высокооплачиваемых.

И это уже серьезная проблема для капитализма вообще. И дело тут не только в очевидном усугублении кризисов перепроизводства.

Рабочая аристократия и мелкое чиновничество – важные прослойки в современной капиталистической пирамиде. Нынешнее классовое общество держится не только на штыках силовиков, но и на общественных слоях с градацией привилегий. Больше нельзя просто заставить одних нищих стрелять в других, требующих хлеба. Приходится применять хитрость и идти на уступки. 

Лишившись верхушки среднего класса и рабочей аристократии, рыночное государство лишится своего массового сторонника, сглаживающего недостатки системы своим существованием. Вчерашнего холуя и хама, восторгающегося своим рабством, система запнет в ряды разочаровавшегося в ней бывшего адепта. Как видно из нашей местной практики, разочарованные властью люди из Z-сообщества – на практике являются самыми опасными для неё людьми. По крайней мере внутри страны и в ближайшей перспективе. 

Безусловно, мы не демонизируем тех, кто заработывет чуть выше среднего. В этой среде есть множество прекрасных людей, испытывающих дрожь негодования при виде несправедливости. Да и роль в давних событиях разночинцев, сельских учителей и печатников – известна. Говоря о т.н. “среднем классе”, в рамках этой статьи мы в первую очередь говорим о сокрытом в этом очень разном слое общества свойстве быть опорой верхов, посредником между нищими и самыми, хм, совестливыми из нас.

Но даже осознавая появившуюся на горизонте проблему сокращения рабочей аристократии и среднего “класса”, сторонники сильного и рыночного государства мало что смогут с этим сделать. Рынок не может просто взять и остановиться в процессе оптимизации затрат на рабочую силу. Конкурент, сделавший это первым, получит преимущество. Так что мы запросто можем увидеть обратную ситуацию, то есть парад увольнений тех, кто ещё вчера был вполне обеспечен.

Кто-то может сказать, что мы лишь нагнетаем ситуацию, ведь на протяжении истории новые технологии приводили не только к массовым увольнениям, но и к созданию новых “рабочих мест”. Вот и на этот раз рыночек порешает программистов, но создаст что-то иное. Но в нашем случае есть ключевая разница. Развитие техники вскоре будет способно заменить не только “ручные” профессии, но и умственные. То есть, весь процесс создания товара. Остаются только “свои” люди в кабинетах, которым можно доверить задачи, требующие не трудолюбия и ума, а личной лояльности. Очевидно, что в эту сферу засунуть миллионы вчерашних квалифицированных работяг не получится.

ВЫВОДЫ

Вот и получается, что прогресс роботизации и нейросетей тесно связан с нашим обществом и несёт в себе глубокие последствия. Несмотря на препоны от бюрократии и бизнеса, это дело не стоит на месте, и всё в большей степени создаёт угрозу для спокойной жизни именно средней прослойки общества. 

Этим людям капитал не только дал жалкие крохи с прибылей высших воротил. Но и повесил стихийную, противоречивую, не всегда осознаваемую деятельность по удержанию стабильной работы общественной системы. 

Иронично, что сокращая экономические издержки, капитал одновременно сократит расходы на своё воспроизводство.

Сложно сказать, хватит ли этого фактора для запуска масштабного кризиса по окончательному распаду капитализма. 

Но увидеть его и предположить последствия – вот, что мы с вами можем.

А что будет дальше мы увидим.