Комплекс полноценности

1

– Счастье – тяжелый труд, и я устал. Нужна помощь.

Так начал Кирилл нашу незапланированную консультацию. Он позвонил неожиданно. Я только закончил работать и потягивался в кресле, хрустя суставами и досадуя, что опять весь день не двигался: надо что-то менять. Занятый мыслями об ужине в полном одиночестве, я не сразу заметил мигающий на столе телефон, купленный специально для клиентов и обычно стоящий на беззвучном. Прежде чем поднять трубку, припомнил имя: «Кирилл»… Да. Хоть отношения у нас и не сложились, я его запомнил. Юный, целеустремленный и совершенно несчастный. Стартапер, спортсмен и перфекционист, каких в наше время пруд пруди.

– И вам добрый вечер! Узнаю боевой настрой, – похвалил я. – Сколько лет, сколько зим!

– Да. Извините, что так пропал. Ну что, найдется у вас окошко? 

– Для начала, может, введете в курс дела?

– Да… – замялся он. – Помните, год назад я резко прервал терапию? Так вот, теперь мне позарез надо кое-что поправить.

– А поконкретнее?

– Хочу вернуться назад.

– Минуточку.

Поднявшись с кресла, я отыскал среди материалов бывших подопечных папку Кирилла. Долго возиться не пришлось: у меня все по полочкам. Бегло пролистал, ухватывая из заметок главное. Как настоящий педант, к каждой папке я крепил паспортное фото клиента: с этой на меня смотрел молодой мужчина с волевым подбородком, темными зализанными волосами и вымученной улыбкой. Ожидая моего ответа, Кирилл молчал, кажется, даже не дыша. 

– Но послушайте, – возразил я. – Мы, так сказать, прошли программу: перекопали детство, вредные привычки, травмы… Обрисовали жизненные ориентиры и приняли препятствия в расчет. Больше ничем не могу вам помочь. Травмировать мне вас больше нечем, – пошутил я, но реакции не дождался.

– Вы меня не поняли. Я хочу вернуться «назад»: не по зубам мне быть счастливым. Больше не могу.

Я промолчал. Этот парнишка, что, шутить со мной вздумал? Звонить и просить помочь ему перестать быть счастливым...

– Хотите знать, почему я ушел тогда?

– Конечно, – соврал я. Когда год назад он не появился на консультации, я был даже рад от него избавиться. Слишком суетной и хлопотливый малый. 

– Познакомился с девушкой, с тех пор и встречаемся. С ее появлением в моей жизни необходимость в психотерапии отпала.

– Рад за вас! Так в чем же дело? 

– Проблема в том, что... Мне слишком хорошо. А хочу, как раньше. Тягать штангу, мучаясь, что всегда тяну недостаточно. Уходить с головой в проблемы, пропадать в офисе днями и ночами, даже орать на подчиненных… Чувствовать злость. Неудовлетворенность. Чтоб жгла изнутри и толкала все дальше. Понимаете? Не по душе мне это спокойствие.

– И что, совсем никаких проблем с девушкой? – удивился я, солидарный с позицией Адлера: «Все проблемы заключены в межличностных отношениях».

– Есть одна. Корень зла: она преподает йогу. Короче, йоганутая.

– Не понимаю, в чем вопрос? 

– Мы медитируем, дышим и поем. Гуляем. Готовим здоровую пищу. Занимаемся таким сексом, какой мне раньше и не снился. Западня в том, что мне все нравится! И я боюсь этого счастья.

Кирилл помолчал, видимо, собираясь с мыслями. Заинтригованный, я ждал. Вскоре он продолжил, быстро, как бы опасаясь не поспеть за самим собой:

– Раньше я четко знал, что только достижения делают мужика счастливым. Карьера, бизнес, победы. Связи, женщины, машины. Понимаете? Я жил признанием моих заслуг и кайфовал от прироста на счете. Бился головой об стену, когда проект прогорал. А теперь мне просто наплевать. Может, есть какие-то таблетки, чтобы меня по-быстрому обратно?

– Любопытно… А что вас побудило позвонить мне именно сегодня?

– Да вчера встретился с парнями в баре. Все нажрались, один я сидел трезвый как дурак. Мне давно уже не надо напиваться, чтобы чувствовать себя хорошо… Ну, а потом ребята ломанулись в стрип-клуб. А я не захотел.

– А что так?

– Как сказать. Куда приятнее просыпаться по утрам и смотреть, как Юленька тянется в шпагат, держит планку или выкручивает всякие рогалики. И для меня это – эротика. А не блестки, сиськи и шест танцовщиц. Но ведь это ненормально! Я хочу назад!

С трубкой в руке я прошелся туда-сюда по комнате. Снял очки и протер глаза, недоумевая: «И почему такая головоломка прилетает мне в конце рабочего дня и на голодный желудок? За что бы тут зацепиться? Ага!»

– Кажется, я кое-что придумал. Вы говорите, она преподает в студии? 

– Да, в «Аштанге». А что?

– А вы в этой сфере новичок?

– Верно.

– Прекрасно! Вот мы и нашли способ. Почему бы вам не сходить к ней на занятие?

– Зачем это?

– Новая деятельность. Поначалу у вас наверняка не будет получаться. А вам, как помнится, так важно всегда быть на высоте. Особенно в глазах любимой.

– И?

– Начнете переживать, может, даже вернутся панические атаки. Пробудится ваш комплекс неполноценности, который мы так старательно залечивали. Вуаля, от нежелательного счастья остались рожки да ножки.

– Вы гений! – воскликнул Кирилл.

– Тогда так и поступим. Желаю вам удачи на занятии. Набирайте, как будете готовы.

2

– Ну, как прошло?

Мы сидели в моем уставленном книгами кабинете, точнее, гостиной: я консультировал на дому. По телефону Кирилл не соврал. Он и правда искрился счастьем, словно наэлектризованный. Казалось, дотронешься – и ударишься током. Энергия так и била через край. А может, я имел дело с затяжной формой маниакальной восторженности? 

Я пригляделся. Прежнего бубнящего зануду, зацикленного на успехе, было не узнать. Вылощенный, точно скакун для забега. Развязно жующий жвачку. Свежий и взъерошенный, в рубашке, из-под которой выпирали бицепсы, грозя разорвать по швам. А на шее красовался огромный засос. 

Я снова подумал об инструкторше йоги в качестве сексуальной партнерши и грустно вздохнул. (С момента звонка Кирилла эта мысль приходила мне в голову чаще, чем хотелось бы.) И чего этот мальчишка мечется? Пришел дразнить меня своим «комплексом полноценности»? Вечно эти неугомонные стартаперы ищут себе приключений на голову.

– Да просто жуть, – ответил он и вцепился пятерней в волосы.

– А поподробнее?

– Все прошло настолько круто, что вернуться в прежнее состояние у меня тупо нет шансов.

– Давайте все же не будем опускать руки, – приободрил я. – Я на вашей стороне, а это кое-что да значит. Рассказывайте.

– Вначале было все, как вы сказали. Пришел, кинул в угол коврик. Сердце колотилось. Все такие легкие, стройные и изящные, один я казался себе слоном в посудной лавке. Тело не гнулось как деревянное. Я сопел и пыхтел. Вытирал полотенцем пот. А когда Юля скомандовала группе: «Дандаямана дханурасана!» – и все как ни в чем не бывало потянулись в позу, я стал оглядываться по сторонам как ошалелый. И почувствовал, что близок к цели.

– И? – затаил дыхание я.

– Так вот, я почти сорвался в панику, но тут подошла Юля. И правила меня парой легких движений! Сказала разогнуть колено. Помогла почувствовать опору в ноге, а другую сильно и плавно дотянула вверх, развернула корпус. Заглянула мне в глаза. Сказала, что я – молодчина. Я так и остался стоять, полный блаженства и гордости. Хотелось закричать на весь зал: «Она – моя девушка!» 

– Да… – пробурчал я. – Дело плохо. Есть ли еще какие-то детали, ощущения? Все важно и может нам пригодиться.

– Ну, к концу класса я даже втянулся, разогрелся. Перестал комплексовать из-за того, что потею и не гнусь. Кто-то рядом пукнул и я испугался, вдруг подумают на меня. Еще любовался Юленькой, даже когда она правила других мужчин. Но ведь это ее работа.

– Браво! – воскликнул я. – Это наша зацепка! – дальше говорить я не мог. Клиент должен догадаться сам. Никаких прямых указаний к действию. Такие правила игры.

– Что? Ревность? 

Я даже откинулся в кресле, благодарный за догадливость Кирилла, которой он прежде не отличался. Вот что делает с людьми счастье...

– Послушайте. Если вам надоело быть счастливым, и вы по имени знаете ваше препятствие… Ответ очевиден. 

– Понимаю, – сказал он глухо. – Нам надо расстаться. Но у меня нет ни малейшего повода. Мы полностью и во всем друг другу доверяем. Все чисто.

– Кто ищет, тот всегда найдет, – загадочно изрек я.

С консультации Кирилл вышел полный решимости. Я знал, он найдет достаточно деструктивный способ приложения бурлящей в нем силы, которой был обязан своему нежелательному счастью.

3

И конечно, оказался прав. Кирилл прибежал ко мне домой следующим вечером, прекрасно зная, что я против столь грубого нарушения границ. Я встретил его на пороге, не давая войти в дом. Бедняга весь горел от волнения. Он оглядел меня бешеным взглядом безумца. Я понял, что все кончено.

– Вы чего это? – он неопределенно махнул на мои зеленые с фламинго шорты и белую футболку, взмокшую на груди.

Выдерживая неловкую паузу, я почесал бороду и прищурился. Незачем отчитывать этого сорванца, его новое состояние достойно сочувствия.

– Я у себя дома, – заявил я авторитетно. – Вам повезло еще, что я отменил две последние консультации и наслаждаюсь свободным временем. Чем обязан? 

– Я… Мы… Все получилось.

– Поздравляю вас!

– Ага. Все произошло так быстро. Залез к ней в телефон и увидел переписку: она договаривалась с кем-то о встрече! Предъявил ей. А она лишь спокойно заметила, что проводит пробное занятие на дому для какого-то мужика. Но я-то знаю, никаких таких занятий она раньше не проводила!

– И она так спокойно отреагировала на ваше вторжение? – впечатлился я.

– Сказала, что правду не доказывают. И что ей неприятна моя слежка и недоверие.

– А вы?

– Закатил сцену, поставил ультиматум: или он, или я.

Слова его звучали как настоящая музыка для моих ушей. Посвятив полжизни изучению человеческой натуры, так часто я задавался вопросом: «Почему самые хорошенькие достаются тем, кто не умеет ценить?» А сейчас увидел, что ценность женщина себе определяет сама.

– А она? – спросил я, скрывая волнение в голосе и предвкушая ответ.

– Приняла как есть и пошла собирать вещи. Нельзя же так. Нет, я всегда знал, что меня привлекают скандалы и сучки. И привык, что отношения заканчиваются разборками и драчкой, а не так. Так что все к лучшему.

– Значит, ваш запрос удовлетворен? – подытожил я, возвращаясь к роли психолога. Моя позиция безоценочна: любой запрос клиента надо уважать и всячески способствовать его успеху. 

– Более чем. Пожалуйста, пришлите счет за консультации мне в офис. Вряд ли буду куковать один в опустевшей квартире.

Мы попрощались. Неспеша я прошел в кухню и разрезал канцелярским ножиком большую упаковку с бутылочками кокосовой воды, доставленную накануне курьером. Взял две и направился в гостиную.

Я хорошо понимал Кирилла. Столько лет и сам жил жаждой признания, работая намного больше, чем стал бы любой счастливый человек в гармонии с собой. Тщеславие руководило мной во всех делах. Всячески я маскировал его от себя и других, оправдывая «полезным вкладом в общество». Слезть с этой иглы не так-то просто – но попробовать стоило. Слишком устал от самолюбования и циклов успешности. Я очень соскучился по жизни.

А у мальца-стартапера все еще впереди. Придет время, осознает. Я же человек старше, умудренный опытом. Стойкий и крепкий. Мне «комплекс полноценности» совсем не страшен – я готов встретиться с ним лицом к лицу. И труд счастья, пожалуй, выдержу.

– Юлия, – войдя в гостиную, обратился я к девушке. Она встала с коврика, тряхнув длинными русыми волосами, и улыбнулась. – Раз уж у нас незапланированная пятиминутка, выпьем по кокосовой водичке? За счастье.