Коллапс ланкийской левой 1987-90 гг.

В условиях украинско-российского столкновения, которое, даже после формального завершения, несомненно породит длительную и крепкую вражду между народами, не грех вспомнить о трагедии Шри-Ланки. Не столько даже о трагедии 30-летнего сингальско-тамильского конфликта, сколько о трагедии ланкийских левых, уничтоженных логикой гражданской войны независимо от того, какие позиции в этой войне они защищали. Это интересный и крайне негативный опыт, немного перекликающийся с нынешней украинской трагедией в плане запутанности, перед которой спасовал бы сам Фридрих Энгельс.

Вкратце: основное население Шри-Ланки составляют сингалы-буддисты, однако на севере и западе острова компактно проживают тамилы, индуистское меньшинство, имеющее традиционные связи со своими соплеменниками из южной Индии. 

В середине 60-х среди тамилов начался рост националистических настроений. Причем, помимо условно правого национализма-шовинизма, имелось, - согласно духу эпохи, - и очень мощное левонационалистическое крыло, представленное "Революционной Студенческой Организацией Илама", пытавшейся взаимодействовать и с мусульманским меньшинством, и с сингалами-буддистами в борьбе за национальное освобождение. 

Значительно осложняло обстановку то, что соседняя Индия фактически использовала тамильский национализм в собственных интересах, стремясь удержать все более отдаляющуюся в сторону Запада Шри-Ланку в орбите своего влияния. 

При этом, поддерживая одной рукой тамильский сепаратизм на острове, другой рукой Индия достаточно жестко действовала против тамильских же сепаратистов в индийском штате Тамил Наду. Ну это известное дело: на Шри-Ланке, значит, действуют бесстрашные борцы за свободу, а в Тамил Наду орудуют террористы и враги, желающие погубить мать-Индию. Диалектика.

К концу 70-х борьба тамилов на Шри-Ланке приобрела открыто вооруженный характер. Возник ряд боевых организаций, среди которых наиболее крупными были LTTE (Тигры освобождения Тамил Илама), выделившаяся из ТОТИ в 1980 году PLOTE (Народно-освободительная организация Тамил Илама), EPRLF (Народно-освободительный революционный фронт Илама) и TELO (Организация освобождения Тамил Илама). Причем, если TELO и ТОТИ клонились вправо (а "тигры" к середине 80-х превратились и вовсе в ультраправую группировку, несмотря на периодическое использование левых символов, типа портрета Че Гевары), то две других организации принадлежали к левому крылу национализма и пытались взаимодействовать с сингальской левой и прогрессивной общественностью, в надежде решить национальный вопрос путем компромисса.

Естественно, что правые и левые друг друга возненавидели, т.к. для правых любой контакт с сингальскими "фашистами", какой бы идеологии они не придерживались, являлся преступлением. Поэтому между тамильскими группами регулярно возникали вооруженные столкновения и только наличие индийских "кураторов", заинтересованных в едином подконтрольном движении, препятствовало до некоторых пор открытой войне между националистами. 

Однако трагизм положения заключался в том, что правые своей непримиримостью к сингальскому большинству, подрывали всякие попытки левых тамилов наладить взаимодействие с сингалами. 

И даже еще хуже: в ответ на антитамильские погромы, правые отвечали не менее жестокими  антисингальскими атаками против гражданских лиц, закручивая вихрь взаимной ненависти все сильнее и сильнее.

А самым неприятным было то, что антитамильской истерии подверглась и крупнейшая левая организация страны "Джанатха Вимукти Перамуна", Народно-освободительный фронт.

Изначально воспринимая борьбу тамилов как дело справедливое и богоугодное, к середине 80-х, - т.е. в момент, когда правый сектор тамильского национализма выдвинулся вперёд и стала очевидной поддержка тамилов Индией, - внутри ДВП начался рост патриотических (ака шовинистических) настроений, основой которых стало неприятие индийского гегемонизма, который, якобы, пытался разорвать Шри-Ланку с помощью реакционного тамильского сепаратизма. 

Здесь немалую роль сыграли маоистские корни ДВП, который заимствовал у "пекинских руководителей" тезис о реакционности индийского государства; откровенно "геополитический" постулат, обернутый в "марксистский" фантик, за счет которого КНР поддерживал любые политические силы, ослабляющие Индию.

К середине 80-х ситуация для левых на Шри-Ланке напоминала катастрофу:

- на Севере правые ("Тигры" и TELO) успешно уничтожали представителей левого крыла тамильского национализма, нивелируя всякие ростки прогрессивного поворота. Будучи ослабленными и не имея никакой возможности переломить ситуацию, левые вынуждены были "прятаться" за Индию, которая опасалась потерять контроль над сепаратистским движением, приобретающим, - по мере укрепления правых, - не только антисингальскую, но и антииндийскую ориентацию. В этих условиях тамильская левая в публичном поле все больше ассоциировалась с "индийским гегемонизмом", что позволяло сингальским шовинистам развивать теорию о том, что между правыми и левыми националистами нет никакой разницы - они все лишь инструмент индийского империализма. 

В дальнейшем ситуация дошла и вовсе до абсурда, так как сингальские социал-патриоты более позитивно воспринимали ультраправых "Тигров освобождения Тамил Илама", объявивших войну Индии, чем левых националистов, во многом державшихся на плаву за счет индийской поддержки;

- на Юге острова дела шли еще хуже. В 1983 году, из-за сотрудничества некоторых диссидентов "Джанатха Вимукти Перамуна" с тамильской левой, правительство запрещает организацию, напрямую обвиняя её в содействии "северному терроризму". В ответ на это ушедший в подполье фронт приступает к очищению своих рядов от сторонников диалога с тамилами. 

По мере развития и углубления этнического конфликта, внутри ДВП все большее влияние приобретает сингальский шовинизм: наблюдая со стороны тамилов лишь остервенелый расизм, расцветающий под эгидой Индии, ДВП отказывался говорить о федерализации как методе решения национального вопроса, воспринимая тамильское движение в целом как реакционное. 

Но настоящая катастрофа была впереди: в июле 1987 года между ланкийским и индийским правительствами было подписано соглашение, в соответствии с которым Индия обязалась с помощью своей армии навести порядок на севере Шри-Ланки в обмен на что ланкийское правительство предоставило тамильским провинциям ряд привилегий, направленных на федерализацию страны.

Ответом на индийскую интервенцию и принуждение к федерализации стало мощное (действительно мощное) патриотическое движение сингалов, возглавленное Джанатха Вимукти Перамуна, которое достаточно быстро переросло в вооруженное восстание против ланкийского правительства, отличавшееся особой жестокостью.

"Вооруженные Патриотические Народные Отряды" и "Патриотическое Народное Движение", - боевые организации ДВП, объединившие широкие слои населения, - приступили к нападениям на полицию, ланкийскую армию и представителей государственной власти. В ответ на это правительство не только выдало полиции и армии карт-бланш на бессудное уничтожение активистов ДВП; были так же сформированны многочисленные "эскадроны смерти", осуществлявшие массовые казни и выборочные убийства. Отрубленные головы, вырезанные сёла, массовые изнасилования, расчленёнка, наконец, визитная карточка Шри-Ланки тех лет, - сжигание людей с помощью автомобильных покрышек, - всё это осуществляли обе стороны конфликта, сумевшие за 3 года поубивать более 60 тысяч человек.

Печальнее всего то, что в своем патриотическом экстазе активисты "Джанатха Вимукти Перамуна" и его вооруженного крыла принялись уничтожать и тех из сингалов (прежде всего левых), которые призывали к мирному разрешению этнического конфликта. Теперь, после индийской интервенции, всякие намёки на федерализацию страны или диалог воспринимались исключительно как "национальное предательство". Тамильское движение, этот инструмент "индийского империализма", должно было быть уничтожено, иначе Шри-Ланка развалится.

И вот тут, в 1988 году произошла совершенно безумная вещь: ряд сингальских левых и коммунистов, не согласных с позицией ДВП и подвергшихся атакам со стороны оголтелых патриотов, сформировали собственные вооруженные структуры для борьбы с восставшими. 

Самыми крупными из таких структур были "Викальпа Кандаяма" (Альтернативная группа), диссидентская фракция "Джанатха Вимукти Перамуна", изначально пытавшаяся выстроить революционный союз вооруженной борьбы с тамильским "Народно-освободительным революционным фронтом" (EPRLF), и "Народно-революционная Красная Армия", сколоченная из членов левого "Независимого студенческого союза" и пытавшаяся взаимодействовать с "Народно-освободительной организацией Тамил Илама" (PLOTE). 

К 1987 году вокруг "Альтернативной группы" сформировалось ядро из нескольких левых и коммунистических организаций, которое в среде патриотов получило наименование "Третья вражеская армия" (после индийской и ланкийской); началась кровопролитная вражда между ланкийскими левыми, завершившаяся фактически взаимным уничтожением. А тех из членов "Третьей вражеской армии", кто выстоял в кровавой ланкийской мясорубке 87-90 гг. ланкийское же правительство аккуратно упрятало за решетку по обвинению в намерении свергнуть конституционный строй. 

Ситуация с "Народно-революционной Красной Армией" сложилась еще тяжелее, поскольку эта формация, образованная в начале 1988 года, почти мгновенно превратилась в банальный "эскадрон смерти".

Да-да, "красноамейцы" не только осуществляли карательные акции против тех, кто подозревался в сочувствии "Джанатха Вимукти Перамуна"; они напрямую взаимодействовали с полицией и правительственными "эскадронами смерти", типа "Желтых кошек" или "Зеленых тигров", уничтожая правозащитников, буддистов и тому подобных гуманистов, выступавших против чрезвычайно жестокого подавления антиправительственного восстания. 

В конечном итоге, в период 1990-91 года "Джанатха Вимукти Перамуна" и его широкий вооруженный фронт был уничтожен самым беспредельным образом. Забавно, что вслед за подавлением сингальского патриотического восстания, армией и полицией была ликвидирована (отчасти - в физическом смысле) и "Народно-революционная Красная Армия", деградировавшая к тому моменту просто до банды головорезов.

Получается, одна часть сингальской левой при содействии правительства уничтожила другую часть, после чего правительство уничтожило оставшихся в живых своих бывших союзников. 

В тот же самый момент на севере острова уничтожению подверглись и левонационалистические тамильские организации.

Дело в том, что, индийские миротворческие силы, обеспечившие существование тамильской автономии, очень скоро вступили в противоборство с "Тиграми освобождения Тамил Илама", крупнейшей сепаратистской организацией, окончательно переместившейся на ультраправый фланг.

Отступив в джунгли, ТОТИ начали борьбу уже с "индийской оккупацией" и теми органами власти, которые функционировали в тамильских провинциях под защитой индийцев. А надо заметить, что в эти органы в значительном количестве входили представители прогрессивных левонационалистических организаций. Так, EPRLF фактически возглавила провинциальный совет, назначив в него министрами двух сингалов, что вызвало капитальную ненависть со стороны "тигров".

К 1989 году между Индией и Шри-Ланкой отношения обострились: в то время как ланкийское правительство под давлением общественности (неприятие индийской интервенции было действительно широко распространено) призвало Индию вывести свои силы (якобы, успешно выполнившие миротворческую миссию), сама Индия покидать остров не торопилась. Даже наоборот: под предлогом борьбы с ТОТИ, Индия создала и вооружила полностью подконтрольную Тамильскую национальную армию, посредством которой предполагалось сохранить индийское влияние на острове.

В этих условиях ланкийское правительство (!!!) начало тайно передавать оружие и деньги ТОТИ для борьбы с индийскими силами и их прокси. 

В декабре 1989 года, после парламентских выборов, новый премьер-министр Индии В.П.Сингх распорядился начать вывод войск со Шри-Ланки.

1990 год стал смертельным не только для сингальской левой. В этот же самый момент вышедшие из джунглей ТОТИ, вооруженные и оснащенные ланкийским правительством, приступили к насаждению собственной власти на освобожденных Индией территориях. Естественно, процесс этот осуществлялся посредством беспощадного террора: боевики ТОТИ страшным образом вырезали остатки левонационалистических PLOTE и EPRLF, которые в эпоху индийской интервенции окопались в правительственных учреждениях.

Таким образом, к 1991 году на политической арене остались только две противоборствующие силы: реакционные ТОТИ и реакционное ланкийское правительство. Которые немедленно вступили в кровопролитную борьбу уже между собой, продолжавшуюся вплоть до 2009 года, когда "тигры" были наконец побеждены.

Таким образом, Шри-Ланка показывает нам трагический пример полного поражения левых, которых мельница большой политики перемолола в фарш, независимо от того, правильную ли с точки зрения марксизма позицию эти левые занимали или нет.

Резюмируя, катастрофа ланкийской левой сложилась из следующих факторов:

1. Левые тамильские националисты, будучи изначально влиятельной силой, были дискредитированы в глазах сингальского большинства связями с Индией и, что еще хуже, связями с правыми ТОТИ и TELO, предпринимавшими грандиозные усилия для раздувания межэтнического конфликта через осуществление массовых бессудных убийств сингалов (якобы, в ответ на антитамильские погромы). В условиях развернувшейся взаимной резни, позиции левых националистов, пытавшихся наладить диалог с сингалами, не находили широких симпатий у запуганного тамильского меньшинства. 

2. Кроме того, по левым националистам удар за ударом наносили правые "тигры" и лишь последующий конфликт "тигров" и индийских миротворческих сил позволил левым тамилам удержаться на плаву. Однако, после вывода индийских сил и фактического сговора ТОТИ и ланкийского правительства, левые националисты были уничтожены.

3. Сингальская левая в лице "Джанатха Вимукти Перамуна", так же будучи изначально очень влиятельной силой, мало помалу сползала на шовинистические позиции. Чему способствовали как открытая поддержка тамильского движения со стороны Индии, так и террор, проводимый правыми тамилами против сингалов на севере острова. Соответственно, после индийской миротворческой интервенции, ДВП взял курс на свержение правительства "национальных предателей" и жесточайшим образом был уничтожен этим самым правительством.

4. Та часть сингальской левой, которая отвергла патриотический пафос ДВП и выступала за диалог с тамилами даже в условиях развернувшейся межэтнической резни, была атакована как сингальскими, так и тамильскими шовинистами. Не имея иного пути кроме вооруженной самообороны, эта часть сингальской левой фактически выступила помощником правительства в деле подавления восстания ДВП, после чего была этим же правительством и ликвидирована под предлогом борьбы с "протамильскими подрывными элементами".

Итогом этой трагедии стало почти полное уничтожение левой как на Севере острова, внутри тамильского меньшинства, так и на Юге, среди сингалов.