Когда не открывает рот.

В одиночестве, с головой погрузившись в работу, каждый ведёт себя не так как в обществе. И Джуд был ярким примером этого утверждения. Десятки, а то и сотни его механизмов, раскиданных по всему серверу и образующих нечто напоминающее сеть, были полностью подвластны лишь гибриду. Глядя на то, как легко он активирует ловушку в совершенно любом месте создаёт ощущение, что на размещение тех уходит очень мало времени. Иначе как по другому можно объяснить то, что тот успевает не только заниматься постройкой, но и умудряется активно поддерживать общение с окружающими его людьми, в результате которого, чаще всего, наживает себе врагов. Но то, что предстаёт перед глазами общества никогда полностью не соответствует тому, что происходит как только он остаётся наедине с собой. За всей той лёгкостью и уверенностью в ловушках скрываются сутки, а то и недели проведенные за столом над чертежами. И именно эту сторону Джуда удалось разглядеть его новому напарнику, а по совместительству и сожителю — Шарпнессу.

Как бы странно это ни звучало, но заклятые враги оказались друг для друга самыми лучшими соседями. Оба, из-за отсутствия союзников, привыкли вести одиночный образ жизни, потому, находясь в подземной базе редко проводили время вместе. Блондин никогда не сидел на месте: каждое утро он покидал стены жилища, направляясь либо на очередную схватку с целью отомстить, либо в дворец испытаний, чтобы пополнить запасы ресурсов для создания самого мощного оружия — булавы. Джуд же предпочитал ночной образ жизни, ведь тогда у него больше шансов остаться незамеченным в процессе создания очередного механизма. Но иногда гибрид, в порыве вдохновения, предпочитал остаться в небольшой комнате, согнувшись над бесконечным множеством чертежей, в попытках довести новую ловушку до идеала. В такие моменты он будто отделялся от всего мира, терял счёт времени и с головой уходил в работу, забывая не только об окружении, но и банально, о своём состоянии.

Их противоположность проявлялась не только в образе жизни, но и в таких вещах, как умение контролировать эмоции. Обычно, ближе к вечеру, когда Шарпнесс возвращался на базу, по его настроению можно было сразу понять, как прошёл день. Мечник не скрывал усталость от продолжительного боя, либо же воодушевление от полученной добычи. Понять, что происходит в голове у гибрида, напротив, было невозможно. Тот мог разорвать очередной чертёж, выкидывая его в угол комнаты, но спустя минуту издать победный возглас, закончив разработку машины. Были моменты, когда он расслабленно потягивался, но на попытку завести диалог, огрызался так, будто его отвлекли в самый ответственный момент. Совсем скоро Шарпнесс понял, что в дни активной умственной деятельности гибрида лучше вообще не трогать. Все же в данный момент он работал на них обоих, что было очень выгодно для мечника. Потому, в такой период на всей базе стихали любые голоса, а единственным звуком оставались лишь шаги блондина, занимающегося своими делами.

Если тёплый свет лампы, стоящей на деревянном столе, не затухал ни на минуту в течение последних нескольких дней, то это был самый первый и явный признак того, что Джуд проектирует нечто новое и не планирует прерываться в процессе. Конечно, полностью не замечать своего союзника, что игнорирует базовые потребности ради работы, было невозможно. И Шарпнесс, оправдываясь лишь тем, что он просто проверяет, жив ли Джуд, позволял себе заглянуть в щель слегка приоткрытой двери. Перед блондином каждый раз представала одна и та же картина: небольшая комната, где места хватало лишь на стол, печку, верстак и кровать, захламлена множеством бумажек. Они висели на стенах, были разложены на полу, либо выброшены в угол, предварительно безжалостно скомканы. Возможно, во всем этом хаосе был своеобразный порядок, но понятен тот лишь центральной фигуре этой композиции, а точнее гибриду. Он же в свою очередь почти неподвижно сидел за столом, иногда дергая ухом, то ли в размышлении, то ли чувствуя на себе любопытный взгляд.

Очередной вечер за работой не предвещал никаких изменений в жизни обоих союзников. Шарпнесс, разложив полезные для мастера ловушек ресурсы по сундукам, как обычно направлялся в сторону своей спальни, по пути намереваясь проверить состояние Джуда. Тёплый свет проникал наружу из маленькой щели, но умудрялся покрыть собой все, что находилось в небольшой комнате. На первый взгляд ничего не изменилось: внутри царил всё такой же беспорядок, скрывающий внутри себя сложную систему, мебель стояла на своих местах, не сдвинувшись ни на миллиметр. Но все же что-то явно отличалось от привычной обстановки, и дело было в самом центральном объекте. Заячьи уши, что всегда гордо торчали, прислушиваясь к окружающим звукам, были опущены, да что уж скрывать, сама голова Джуда мирно покоилась на твёрдой поверхности стола. Плечи слегка поднимались каждый раз, как гибрид делал вдох, показывая, что тот просто уснул, больше не в силах бодрствовать.

Тишину нарушил скрип двери, а следом за ним и досок, из которых был сделан пол. Шарпнесс медленно прошёл внутрь чужой комнаты, приближаясь к обессилившему союзнику. Чаще всего сон Джуда был беспокойным, он никогда не позволял себе полностью забыться в отдыхе и, казалось, всегда был начеку, дабы в случае чего сразу очнуться при малейшем намеке на опасность. Но сейчас, когда мечник склонился над ним и кончиками пальцев, что недавно сжимали рукоять меча, подцепил фиолетовые пряди коротких волос, гибрид даже не дрогнул. Быть может, он слишком поверил в себя, игнорируя усталость несколько суток подряд.

Шарпнесс оглянулся, замечая неподалёку кровать, что обычно служила лишь фоном в привычной композиции Джуда за работой. Но сейчас, мягкая мебель стала одной из самых важных вещей попавших в поле зрения мечника. Уже меньше чем через минуту спящий союзник оказался у него на руках, вопреки всем ожиданиям, даже не дрогнув от смены положения. Заячьи уши смешно свисали, вызывая слабую улыбку и блеск в зелёных глазах. Блондин всегда считал эту часть тела своего напарника забавной, пускай рассмотреть ее можно было лишь в редких случаях когда тот был без брони, как например сейчас.

Кровать с тихим скрипом встретила своего хозяина, пускай тот оказался на ней не по своей воле. Но даже избавив Джуда от утренней боли в спине, обеспечив тому более комфортное место для сна, Шарпнесс не спешил покидать небольшое помещение. Мечник, сам не понимая почему, не мог отвести взгляд от спокойного лица спящего. Это был первый раз, когда гибрид перед ним был настоящим и расслабленным, не имеющим сил даже на то чтобы поддерживать образ самоуверенного, а уж тем более язвить и бросаться колкими фразами. И блондину, по неизвестной причине хотелось в подробностях запомнить эту сторону своего напарника.

Фиолетовые пряди были небрежно разбросаны по подушке, контрастируя с белой наволочкой. В локонах можно было разглядеть небольшие крупицы алой пыли, без которой не обходилась ни одна ловушка, они игриво блестели в теплом свете лампы, привлекая к себе ещё больше внимания. Шарпнесс ощутил, как уголки его губ вновь поднялись в слабой улыбке, но это отошло на задний план, когда он опустился на край матраса, протягивая руку к чужой голове. Пальцы практически сразу запутались в волосах, подмечая что те, к огромному удивлению, были настолько же мягкими и приятными на ощупь, как и уши, которые ему однажды посчастливилось погладить. В ответ на прикосновения Джуд зажмурился, а кончик его уха дрогнул, отчего мечник мгновенно отдернул руку, замирая и глядя на спящее лицо.

Постепенно страх быть пойманным отступил назад, сменяясь любопытством при изучении лица гибрида. Под закрытыми глазами были видны мешки, заметить которые Шарпнесс смог лишь сейчас, пристально осматривая союзника. Опускаясь ниже, в область губ, зеленым глазам удалось разглядеть, что те были прокусаны, вероятнее всего в процессе очередного размышления. Каждая новая мелкая деталь, ранее не так сильно привлекающая внимание, все больше разжигала искру любопытства, опуская взгляд дальше. Шея гибрида лишь слегка напрягалась, стоило тому сделать очередной вдох или выдох. Попавшие на неё концы волос располагались там же, где и изредка дергающиеся, больше как инстинкт, уши. Словно забыв о том, что Джуд может проснуться в любой момент, Шарпнесс зажал кончик одного из органов слуха между пальцами, шумно выдыхая через нос, от того, насколько те были приятные на ощупь. Образ хладнокровного и непобедимого мечника сыпался с каждой секундой, пока его рука поглаживала мягкое ухо союзника, постепенно поднимаясь все ближе к его основанию.

Блондин был не единственным, кто сегодня не скрываясь показывает себя с противоположной стороны. Гибрид и в самом деле обладал приятной глазу внешностью, когда не открывает рот, дабы сказать то, что создаст ему нового врага.

"Когда не открывает рот." — мысль пролетела в голове Шарпнесса с такой скоростью, что он даже не успел полностью осознать её. Уже в следующую секунду его рука отпустила основание заячьего уха и направилась в сторону покусанных губ.

Пальцы замерли над закрытым ртом, чувствуя как их касается тёплое дыхание гибрида. Было видно как поднимается и опускается его грудь в такт с сопением. Посторонние звуки, наполняющие базу, в ушах мечника затихли настолько, что стало возможным уловить как снаружи шипит паук, как рычит зомби и как там, на поверхности земли, сервер живёт активной жизнью. Все замерло лишь в этой комнате и только для затаившего дыхание Шарпнесса. Внутри растеклось странное тёплое чувство, напоминающее умиротворение, ощутить которое мечник в данный момент никак не ожидал. В этом небольшом пространстве царило молчание, что обволакивало словно одеяло в дождливый день, согревая тело со всех сторон.

По неизвестной причине блондин хотел растянуть этот момент как можно дольше. Что-то внутри, полностью завладевшее его телом, умоляло остаться, чтобы успеть насладиться ровным дыханием союзника, касающегося его пальцев, находящихся в нескольких миллиметрах от горячей кожи. Но как всегда это бывает, судьба жестоко шутит над теми, кто хочет этого меньше всего. Джуд дернулся. Казалось, это было не более чем мелкое движение во сне, в попытках устроиться поудобнее, но резкой смены картины перед глазами и относительно громкого шороха простыней было достаточно, дабы выдернуть Шарпнесса из своеобразного транса. Он, даже не стараясь вести себя тихо, вскочил с кровати, поспешно отдаляясь в сторону выхода, пока в голове царил хаос, похуже чем в помещении. Скрип пола под ногами лишь сильнее встряхнул его, заставляя мгновенно покинуть комнату, плотно закрывая за собой дверь.

Джуд очнулся ближе к обеду глядя в кварцевый потолок над собой. Он все же уснул. Последнее, что осталось в его памяти, перед долгожданным отдыхом, был лишь заваленный чертежами стол. Гибрид поднялся с мягкого матраса на локтях, осматриваясь вокруг. Все было на своих местах: бумаги остались там же, где он их разложил, даже те, что должны были пойти в мусор, нетронуто лежали комом в углу. Но что-то явно было не так, как ночью. Изменилось положение и место только его самого.